Я - тьма
Шрифт:
— Значит, вы хотите на запад? — спросил он.
— Там теплее, чем на севере, — ответил Пол. — И теплее, чем здесь, — несмотря на шинук. [4] Скоро здесь станет холодно, как на Северном полюсе.
Думаю, имеет смысл добраться до побережья. Ванкувер — отличное место. Там не бывает холодно. Разве что сыро. Там можно перезимовать.
Синичка кивнула. Рот у нее был набит арахисовым маслом. Она сглотнула.
— Я люблю Ванкувер. Не была там уже два года. Было бы здорово снова искупаться в океане.
4
Шинук—
— Хорошо, — сказал Мейсон. — Я согласен.
Он решил, что будет думать о проблемах по мере их поступления. В конце концов, он всегда сможет уйти, если все пойдет шиворот-навыворот.
— Здорово! — воскликнула Синичка. — Кажется, впервые за много дней я наконец могу порадоваться.
— Я тоже, — кивнул Мейсон и удивился, потому что это действительно было так.
На следующее утро они собрались в холле. Мейсон взял из магазинчика карту. Калгари отделяло от побережья всего несколько дорог. Надо было соблюдать осторожность.
Ничто
Я вернулся.
Думаю, вы по мне скучали.
У меня под ногтями кровь. Она присохла к моей одежде, запеклась у меня в волосах, перепачкала мои ботинки. Она просочилась мне под кожу, смешалась с моей ДНК, и я впитал всю ее силу.
Я уверен, это не моя кровь.
Жизнь проходит словно в тумане. Я то и дело выпадаю из времени. Меня окутывает серый сумрак, проникает в мое сознание и оставляет наедине с голосами. Я слышу их. Они заползли под кору моего мозга и высосали из моей крови тепло. Высосали жизнь. Я удивляюсь — что еще?
Почему я до сих пор в сознании, если так много людей утратили рассудок? Они устроили это специально? А если да, то зачем? Или мой мозг работает не так, как у остальных? Что придает мне силу? Иногда я прихожу в себя и осознаю — пусть даже на секунду — все, что натворил. Не думаю, что многие так же мечутся туда-сюда. Если бы с каждым случались моменты просветления, убийств было бы меньше. Как и разрушений. Я едва могу выносить сам себя.
Я бы хотел больше не вспоминать. Я не хочу помнить. Если они собираются завладеть моим разумом и подчинить себе мое тело, зачем снова и снова дают мне эти проблески свободы? Если я должен убивать, зачем мучить меня подробными картинами моих злодеяний?
Девушка. Я ее помню. Такая молодая. Такая красивая. Я хотел ей помочь — но мне нельзя доверять. Она была в смятении, и я это отлично понимал. Она хотела быть частью чего-то хорошего. Но я видел тьму внутри нее. В ее душе таилась склонность к убийству. Она ничем не отличалась от других — просто еще не понимала этого.
Когда-нибудь они найдут каждого из нас. Созданный ими хаос станет новым мировым порядком.
И тогда каждый будет мечтать о смерти.
Ариес
— Я не пойду.
— Ты согласился. Как и все мы.
— Я передумал.
Они сидели полукругом в крошечной однокомнатной квартирке на втором этаже. Джек, расположившийся посредине, держал в руках картонную коробку — он бросил туда бумажки с именами. Правила
Первым вытянули бумажку с именем Джой. Она не сказала ни слова.
Затем Ариес. Так и было задумано. Когда они только решили тянуть жребий, Ариес сказала Джеку:
— Положи мое имя так, чтобы наверняка его вытянуть. Я не отпущу их наружу одних. Считай меня добровольцем.
— Тогда я тоже с вами. — Джек откинул с лица прядь русых волос. — Без меня ты не пойдешь.
— Нет, — сказала Ариес. — Тебе надо остаться здесь — на случай, если я не вернусь. Так что постарайся не вытянуть свое имя.
Таков был план. И все с ним согласились. Имена Джой и Ариес уже вытянули, оставался еще один человек. Но Колин, когда его имя выпало последним, вдруг передумал.
— Я не пойду, — заявил он.
— О господи, тогда я пойду! — вздохнул Натан. Он забрал у Джека коробку и стал рыться в ней в поисках своего имени. — Я не против. Я даже хочу.
— Нет, — Ариес покачала головой. — Был уговор. Он не может так просто взять назад свое слово.
— Я простужен, — сказал Колин. — Я не выйду из этого здания, пока не поправлюсь. Слишком большой риск.
— У тебя одни отмазки, — проворчала Ева и передразнила Колина: — «Я устал. Я не буду готовить. Я не хочу!»
— Ева, хватит, — сказал Натан.
— Мне это надоело, — отозвалась она. — От него никакого проку. И он всегда готов подставить остальных, потому что он трус.
Колин вскочил:
— Возьми свои слова назад!
— Попробуй заставь меня.
— Прекратите! — Джек встал между ними. — Что за детский сад? Я пойду. Вместо Колина.
— Нет, — отрезала Ариес.
— Так, ладно, пора с этим кончать, — спокойно сказал Натан. — Тут не о чем спорить. Я пойду. Точка.
Ариес кивнула. Натан прав. В последнее время Колин нервно реагировал на любое предложение. Он не хотел ничего делать и никому помогать. Он не дежурил по ночам, ссылаясь на то, что устал. Не обшаривал комнаты в поисках полезных вещей — это Джой нашла в кладовке велосипеды. Может, мир и изменился, но Колин остался прежним. Он был так же заносчив, как и прежде; с ним было много проблем. Конечно, Колин не один такой. Все они порой были готовы вцепиться друг другу в глотки. Виной тому нехватка еды, места, удобств, невозможность оставаться спокойными и держать себя в руках. Но Колин, казалось, поставил своей целью довести остальных до бешенства.
Натан прав. Не о чем спорить.
— Хорошо, — сказала Ариес. — Мы идем с Джой и Натаном.
Джек со стуком швырнул коробку на стол и вышел из комнаты.
Ариес бросилась было за ним, но остановилась. Она не могла сделать так, чтобы все были довольны, и ей надоело играть роль миротворца. Джек остынет. Сейчас у нее более насущные дела.
— Давайте тогда все продумаем, — сказала она.
— Я заварю чай, — предложила Ева. — Кто-нибудь хочет?
Когда она ушла, Ариес посмотрела на Колина. Тот сидел на полу и листал старый журнал. Колин вел себя так, будто не было никакого спора, будто Натан не собирался идти на вылазку вместо него. Повторялась история с «Алисой в Стране чудес» — Колин рвал и метал, когда что-то шло не так, как ему хотелось.