Я - телепат
Шрифт:
Но нет, грабителем он не был. Просто к нему за два дня до ограбления пришел какой-то немолодой человек и предложил ему крупную сумму денег, если он уедет из страны, никому об этом не сказав. Полотер согласился.
И вот в течение двух вечеров подряд этот немолодой человек, в первый день, вероятно, только выясняя обстановку, посещает банк, находится в кругу солдат, проходит мимо многочисленных часовых. И все принимают его за человека, к которому давно привыкли, хотя потом выяснилось, что он совершенно не был похож на старика-полотера. Можно
Я отношу это за счет того же умения мгновенного гипноза, о котором только что рассказывал. Как видите, непорядочный человек, — преступник смог использовать гипноз в своих гнусных целях. И опять же я убежден, что он не смог бы внушить часовому мысль пропустить к сейфам чужого человека, — это внушение вошло бы в конфликт с долгом. И не удалось бы. А внушение, что часовой видит перед собой известного ему человека, не встретило этого противодействия и удалось грабителю, видимо, без большого труда и напряжения.
Теперь немного о народной медицине.
Наверное, и Вам приходилось читать или слышать, как знахари "заговаривают кровь". Вот льется она из глубокой раны, прямой пульсирующей струйкой бьет. Явно перерезана какая-нибудь крупная артерия. Над ранкой склоняется знахарь. Шепчет какие-то непонятные слова. Ранка — вытрите ее — суха. Кровь останавливается.
Наверное, Вам приходилось слышать и такое выражение — "заговаривает зубы". Чаще, впрочем, говорят "не заговаривай мне зубы". Пошло это выражение из польских и белорусских, да, наверное, и из российских деревень, где в старые времена и в помине не было зубных врачей. Но зубы — убежден в этом — у людей болели всегда. Как же их там лечили?
Заговорами. Та же знахарка, тот же знахарь приходили к больному, шептали какие-то слова, делали какие-то телодвижения и зубы болеть переставали. Точнее, человек переставал ощущать эту боль. И то, и другое — и "кровь заговорить", и "зубы заговорить" — занимает всего несколько секунд.
Удивительно? — Да. Но ничего чудесного, во всяком случае здесь, нет. Нет никакого вмешательства "потусторонних сил" — ни злых, ни добрых. Это — тоже одна из форм гипноза. Я говорю об этом с такой убежденностью и знанием дела потому, что я и сам умею «заговаривать» зубы и изгонять головную боль не хуже самых знаменитых знахарей. Я делал это тысячи раз. И, как принято говорить, всегда без осечки.
Конечно, я обхожусь без заклинаний и нашептываний. Они не нужны. Я просто смотрю на моего пациента и представляю при этом свою абсолютно не беспокоющую меня челюсть, свой абсолютно здоровый зуб. И разговариваю при этом с пациентом о его болезни. И зуб у него перестает болеть. Занимает это столько же времени, сколько Вы затратили, чтобы прочитать этот абзац. Аналогичным способом я прекращаю головную боль.
Вероятно, аналогичным же способом излечивают и среднеазиатские табибы и знахарки укушенных змеей. Я говорю «вероятно», потому что лично с такими случаями
Нередко рассуждают так: ну, чему могут научить нас эти темные люди, не знающие не только теории относительности, но и таблицы умножения?.. А знание и умение — это вещи абсолютно разные. Для умения нередко вовсе не обязательно знание. Когда-то путешественники и моряки пользовались компасом, и не подозревая, что земля круглая и что у нее есть постоянное магнитное поле. Кстати, мы и сегодня пользуемся компасом, хотя ученые не очень-то представляют, каково происхождение магнитного поля нашей планеты. Кузнецы умели закалять сталь, ничего не зная о ее кристаллических превращениях. Так вот, чтобы не пропал секрет "компаса и стали" деревенских знахарей и колдунов, и надо соединить их умение с современным знанием.
Ну, а какое же все это отношение имеет ко мне? Да самое прямое! Я тоже умею внушить свою волю человеку, скажем, глядя ему в затылок. Или вовсе на него не глядя. Очень редко я пользуюсь этим. Но, листая страницы памяти, чтобы привести пример из своей жизни, вспоминаю…
Вспоминаю небольшой, но уютный зал в одном из министерств Москвы.
Все идет хорошо. Зрители добросовестно и дружелюоно пытаются разобраться в том, что я им показываю. Я не менее дружелюбно пытаюсь помочь им в этом…
И вдруг, в конце зала появляется почти шарообразная фигура самого большого здесь начальника. Все встают, приветствуя. А начальник, не отвечая на приветствия, кривит рот и скептически смотрит на меня.
— Ах, так, — мысленно говорю я, — не верите? Ну, так я заставлю Вас поверить — будете балериной, — а вслух добавляю:
— Вот Вы и будете моим индуктором.
И толстый начальник, по моему мысленному приказанию, вдруг нелепо начинает прыгать между рядами стульев, мимо своих опешивших подчиненных ко мне на сцену.
Будет неправильно, если я умолчу в этой книге о том, что нередко использовал гипноз для лечения психических болезней. Делал я это и в те далекие времена, когда абсолютно не знал ничего о сущности гипноза, не знал научных рекомендаций, руководствуясь лишь здравым смыслом. Возможно, что рассказанное мной встретит возражения специалистов, возможно, меня упрекнут в неправильных действиях, но что было, то было.
У одного польского графа началось очень странное заболевшие. Ему представилось, что в голове свили себе гнездо… голуби… сизари…
Обращались к врачам. Но у графа был трудный характер и лечиться он отказался: ему казалось, что его любыми средствами стремятся заманить на операцию, во время которой разрежут голову пополам. Тогда обратились ко мне.
Я не стал убеждать больного, обращаясь к его здравому смыслу, что в голове голуби жить не могут. Наоборот, я принес с собой на первую же встречу длинную блестящую трубу на треноге — вроде переносного телескопа — с какими-то колесиками и винтиками. Установил ее и посмотрел сквозь эту трубу на голову больного.