Я тебя придумала
Шрифт:
Правда, это не только ее ребенок, но и Грейсона.
Что теперь? Что же ей делать?
— Я скучаю по тебе, Аврора! Как я хочу, чтобы ты была здесь со мной, — прошептала Шарлотта.
В ее памяти всплыла почти забытая картина. Она сидит в ногах устроившейся в кресле Авроры с большой книжкой сказок на коленях. Крестная гладит ее по голове и напевает: «Если бы мечты были лошадьми, нищие бы ездили верхом…»
Шарлотта притянула колени к груди, сжалась в комочек и горько безутешно расплакалась.
— Ты должна пойти
За эти дни Шарлотта немного успокоилась. Она была благодарна судьбе за то, что у нее есть дом и достаточно денег, чтобы ни она, ни ее ребенок ни в чем не нуждались.
Как оказалось, у нее даже есть друзья, которые начинают волноваться за нее, когда она вдруг без видимой причины несколько дней подряд не приходит на работу. Открыв сегодня дверь, Шарлотта обнаружила на своем пороге Милли с цветами и тортом. Она была счастлива ее видеть и благодарна за ее дружеское участие.
Милли принесла не только торт, но и последние слухи, гуляющие по университету.
Несмотря на то что новость о беременности ошеломила Шарлотту, она все же смогла взять себя в руки, написать проект «Фонда Гринстоун» и отправить его Миду по электронной почте. Причем чем больше она думала о своем проекте, тем больше убеждалась, что участие в нем ей совершенно не требуется. И все же она подробно описала, какие проекты могли получить поддержку ее будущего фонда, как она представляла себе их организацию и администрирование. Университет за свое участие получал преимущественное финансирование для своих исследований, а взамен должен был предоставить ей несколько сотрудников для административной и делопроизводственной работы. Причем один из них должен был быть готов много путешествовать, выезжая на места раскопок, чтобы проверять, как продвигается работа. Этот человек должен быть квалифицированным археологом, причем занимавшимся не только кабинетной работой, но и полевыми исследованиями. В идеале — Дерек.
— Весь университет говорит только о твоем фонде, — рассказывала Милли, уплетая кусок принесенного ею торта. — Дерек в полном восторге от твоей идеи и с удовольствием согласится на все, что ты ему предложишь. Но, Шарлотта, для того чтобы кто-то воспринял твое предложение всерьез, ты должна быть там. Если ты действительно хочешь, чтобы твой проект стал реальностью, ты должна убедить в этом не только Мида, но и ректорат.
— Я действительно хочу этого, — вздохнула Шарлотта.
— Значит, я увижу тебя на работе в понедельник?
— Да, — помедлив, ответила Шарлотта. — Может, ты все-таки хочешь кофе? Я не могу смотреть, как ты ешь торт всухомятку.
Милли благодарно кивнула.
— Расскажи мне, что подтолкнуло тебя на создание этого фонда?
— Смерть Авроры, — вздохнула Шарлотта. — Деньги, которых у меня больше, чем я могу потратить за всю жизнь, и которым я знаю отличное применение. Невозможность добиться признания моих заслуг как ученого от нашего университета. Отсутствие ясной цели в жизни, которую я надеюсь обрести, создав этот фонд.
— А что думает о твоем
— Понятия не имею, — пожала плечами Шарлотта.
— Похоже, вы двое так и не смогли найти общий язык? — расстроилась Милли.
— Нет. Я не могу измениться, а в Грее слишком сильна тяга к приключениям. Он просто не может сидеть на месте и жить как все.
— Кто такой Грей?
— Гил. Тот, который Тадеуш. Только он не Тадеуш. Он Грейсон.
— Слишком много имен для одного человека, — пробормотала Милли.
— Так только кажется, — чуть улыбнулась Шарлотта.
Она дорожила дружбой Милли, а значит, должна была рассказать ей правду.
— Милли, ты умеешь хранить секреты?
— Да. Но только если это не повлияет на мою работу и не будет противоречить моим принципам. Тогда лучше ничего мне не рассказывай.
— Он может повлиять только на твое отношение ко мне.
Милли отодвинула в сторону тарелку с тортом, сделала большой глоток и пристально уставилась на Шарлотту:
— Рассказывай.
— Гил Тайлер — это плод моего воображения. Грей Тайлер — это человек, офис которого ты попросила переслать нам. Это два совершенно разных человека. — Каяться в грехах было сложнее, чем она думала. — И это еще не все.
Милли вернула на место поползшие вверх брови и кивнула:
— Продолжай.
— Мы с Греем несколько раз переспали. И это было потрясающе. Волшебно. Но это был лишь мимолетный роман. — Помолчав, она заставила себя закончить. — А теперь я беременна.
Милли моргнула и медленно кивнула.
— Это случайность, одна из тех совершенно незапланированных беременностей.
Милли еще раз кивнула, продолжая молчать.
— Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, — взмолилась Шарлотта.
— Сейчас. Мне просто нужна минутка, чтобы осознать все, что ты сейчас сказала. И нам определенно понадобится еще один торт.
— У меня в холодильнике целые горы тортов. А еще мороженого, засахаренных орешков и карамельных тянучек. Ты можешь съесть их все, но только после того, как скажешь хоть что-нибудь.
— Кто-нибудь еще знает? — осторожно спросила Милли.
— Пока нет. Я решила попрактиковаться на тебе.
— Я не знаю, что сказать. У меня такое ощущение, словно я на телешоу и ты ведущий, который ждет от меня ответа на миллион долларов. Можно я использую звонок другу?
— Кому?
— Дереку.
— Только если собираешься пригласить его сюда. Я смогу отработать на нем признание в том, что я беременна, перед тем как сделать это перед Греем.
— Но я правда не знаю, что сказать, — жалобно вздохнула Милли.
— Пожалуйста, скажи, что я справлюсь, — взмолилась Шарлотта, увидев неуверенность на лице подруги. — Пожалуйста, Милли. — Она с трудом сдерживала слезы. — Мне нужно, чтобы кто-то поверил в меня и пообещал, что все будет хорошо.
— О, Шарлотта, милая. — Милли подбежала к ней и заключила ее в объятия. — Все обязательно будет хорошо. Я знаю тебя и не сомневаюсь, что ты можешь справиться с чем угодно. Ты станешь самой замечательной мамой, вот увидишь!