Я считаю до пяти
Шрифт:
— Роман Михайлович, здравствуйте, — раздался высокий голос декана.
Офигеть, вот это мы попали! Пытаясь утрамбовать мешающие книги, я нечаянно пнула Рому, от чего он вздрогнул.
— С вами все в порядке, Роман Михайлович? — поинтересовалась Елена Яковлевна.
— Д-да, да, со мной все в порядке. Икнул просто, — и Костров еще раз изобразил икоту.
— Хм, я впрочем, пришла все по той же самой причине. Роман Михайлович, я буду очень надеяться, что все это слухи.
— В чем дело, Елена
— До меня доходят разные сплетни, которые надеюсь, не имеют под собой никакой почвы. В прошлый раз, когда я застала Вас со студенткой, я спустила это все на тормозах, ссылаясь на бурную фантазию наших девушек.
— Конкретнее.
— Ходят слухи, что вы крутите роман с одной из наших студенток! Вы понимаете, что я не могу не спрашивать у Вас. Я поверю в вашу невиновность, но если это правда…
— Это не правда! Я не кручу романы со студентками! Я не хуже вас знаю, что мне может грозить за это.
— Отлично, я не сомневалась в Вас, Роман Михайлович.
Кое-как застегнув пуговицы на джинсах, я сдула длинную прядь с лица. Пыль, лежащая преспокойно на книгах до этого, радостно полетела в разные стороны. Прикрыв лицо ладонью, я постаралась не чихнуть. Надо дать Роме знак, чтобы он вывел декана из аудитории. Когда на мой пинок мужчина не обратил внимания, я ущипнула его за ногу. За это я получила коленом в плечо.
— Раз не сомневались, тогда может, вы оставите меня. Дел полно.
— Конечно-конечно.
Каблуки декана уже зазвучали около двери. Слава Богу, а то я сейчас посинею от натуги. Совсем изнемогая, я постаралась чихнуть очень тихо и зажала нос. В этот момент зазвонил мой мобильный и, убрав руку от лица, чихнула во весь голос.
— Будьте здоровы! — сказала Елена Яковлевна и резко остановилась. — Кто это чихнул?
В панике, я постаралась зарыться в учебниках, потому что декан шла обратно. Сейчас она заглянет под стол и увидит меня. Это будет катастрофа!
— Роман Михайлович, что здесь происходит? Кого вы тут прячете?
— Вам послышалось, — попытался оправдаться мужчина. Попытка вышла очень жалкой.
— Сомневаюсь, — усмехнулась женщина и отодвинув Кострова, заглянула под стол. — Прасковья?
Глава двадцатая. Перемены
— Прасковья? Что ты тут делаешь? — поинтересовалась строго Елена Яковлевна.
— Где тут? — включила я дурочку.
— Здесь, под столом, — с угрозой в голосе уточнила декан. Что-то подсказывало мне, что обмануть ее больше не получится, но это не значит, что я не могу попробовать.
— Ручка упала и закатилась куда-то. Вот ищу. — Руками я пыталась нащупать хоть что-то напоминающее ручку, но попадались одни книги.
— А здесь, что делаешь? — Женщина обвела
— Елена Яковлевна
— Помолчите, Роман Михайлович! С вами у меня будет совершенно другой разговор! — волком уставилась на него женщина.
Ну все, кажется мы попали по полной. Нужно как-то выкручиваться, иначе вместе вылетим из университета. Мне казалось, что любое слово из моих уст будет сказано против Ромы. Да и вообще, что бы мы сейчас не сказали, нам все равно не поверят. Но я ведь злой гений, поэтому должна выкрутиться.
— Елена Яковлевна, вы же прекрасно знаете, какие проблемы у меня с высшей математикой, — начала я так и сидя на полу. О том, чтобы встать я даже не подумала. — Скоро экзамен и если я не подготовлюсь к нему как следует, то скорей всего не сдам, а отец меня убьет. Роман Михайлович оказался очень добр и занимается со мной почти ежедневно. Нельзя наказывать его за доброту.
— Так вы занимаетесь? — вновь засомневалась женщина и, обогнув Рому, подошла ко мне.
— Конечно! — радостно закивала я и, схватив первую попавшуюся книгу в руки, и показала декану.
Ромашка схватился за волосы, и по лицу было видно, что он сдерживает стон отчаянья. Глаза декана тоже округлились. Что им не понравилось в этом учебнике?
— Кант? Вы изучаете Канта?
Какой еще Кант? Я посмотрела на корочку книги и чуть не завыла. Вот теперь точно попали! Ну кто мог знать, что в кабинете высшей математики могут оказаться книги по философии? Чем тут Ромашка в свободное время занимается?
— Вылезь из-под стола! — закричала женщина. — Вы что меня за дуру держите? Немедленно признавайтесь, что у вас происходить.
— Мы занимались, — пропищала я.
— Это я уже поняла, — со смешком сказала декан. — Только не понятно, чем вы тут занимались.
— Елена Яковлевна, я полностью готов взять на себя всю ответственность. Прасковья здесь совершенно не причем, — заявил Рома.
Мне захотелось головой о стену стукнуться. Что он творит? Конечно, это благородно, что он всю вину на себя взять хочет, но я то как после этого буду жить? А экзамен как сдавать?
— Что значит, Прасковья не причем? Очень даже причем! — заявила я, гордо выставив грудь вперед.
— Да заткнись ты уже! — сказал Рома и вновь принялся доказывать декану мою непричастность.
— Вы можете не сомневаться, что я все равно докопаюсь до правды. Получите вы оба и мне не важно, кто из вас виноват. По университету уже давно расползаются различные слухи, что у нас преподаватели со студентками романы крутят. Это же позор! Я проведу расследование, и если будет доказано, что между вами что-то есть — вылетите отсюда со свистом! Я понятно изъяснилась?