Я, рейнджер
Шрифт:
— Это было в день его смерти, — догадался я, чувствуя, как холодеют ступни. — Только не говори, что ты винишь себя!
Стиг-Рой дернул плечами.
— Умом понимаю, что это бред, — сказал затем неожиданно зло. — А все равно кажется, что если бы сдержался, повел бы себя иначе…
Я сверлил его взглядом целую секунду, надеясь, что мой вид без слов подскажет Стиг-Рою, насколько он неправ. Но потом понял, что игрой в молчанку делу не поможешь. Тут надо по старинке, словами через рот.
— В тот раз, может, и да, но ответь на вопрос: сколько
— Нет, они были не для них, — Стиг-Рой покачал головой. — В смысле, это не были стимуляторы потенции. Скорее, стимуляторы воображения, если ты понимаешь, о чем я.
Я понимал. Никогда не сталкивался с медикаментозной наркоманией, но понимал.
— Все равно для них, — я обхватил себя за плечи. — Да-Атану казалось, что сам по себе он слишком обычный даже для платной любовницы.
Похоже, дело-то было не только в слабом сердце. У Да-Атана, оказывается, проблемы покруче нашлись: комплекс неполноценности, заниженная самооценка и вот это все. Он был членом самой крутой команды в целой галактике, и для нормального самочувствия ему требовалось искусственное расширение сознания.
— Вот как-то так… — резюмировал Стиг-Рой со вздохом и резко сел. — Искупаюсь, — сказал, глядя на садящее в море солнце.
Моим первым порывом было вскочить, расценив эти слова как побуждение к действию, и только секундой позже я понял: на этот раз меня не звали. Стиг-Рою нужно было побыть одному.
УС5
Глава 32
— Ну давай, давай же! — я бубнил себе под нос и делал это осознанно.
Потому что был уверен, что меня никто не слышит, и потому что партия в шахматы между Стиг-Роем и Анри тянулась уже просто бесконечно долго.
— Терпение, рейнджер, похоже, не ваш конек… — раздался позади низкий голос командора. Я обернулся. Командор посмеивался, стоя в коридоре.
Мой наблюдательный пункт располагался в смотровой нише под самым потолком кают-компании, где проходил чемпионат века, но, видно, удобное местечко приглянулось не только мне.
— Да какое, к звездным ветрам, терпение, они уже полчаса ходят, и никто ни одной фигуры не взял, — я в сердцах стукнул ладонями по поручню.
Мы были в пути уже больше месяца, и Светокрыл взял вторую паузу на отдых и охоту. В принципе, люди в слиянии не мешали рассекателям есть и спать, но на совете, созванном вполне официально, в центральной зале моего замка, было решено, что на это время мы со Стиг-Роем будем переходить на линкор. У командора на борту была лучшая команда, но за то время, что они болтались в космосе, технологии ушли далеко вперед, и теперь им требовалась помощь, чтобы нагнать остальное человечество.
— В этом и прелесть хорошей партии в шахматы: противники обдумывают ходы и ждут ошибок друг друга, — командор подошел ближе
— Рукопашка? — уточнил я. — Предупреждаю сразу: внешность обманчива.
Много моих сокурсников имели честь убедиться в этом на собственном опыте. Да что там много, единственный, кого мне ни разу не удалось положить на лопатки, — это Гай-Хи.
Я с трудом сдержал улыбку, вспомнив полученное от него сообщение. Добравшись до "Странника" — надо было посадить смородину и забрать кое-что из оборудования, — я имел честь узнать, что у него все отлично. Бизнес наконец начал приносить доход, контрактов заключено на год вперед как минимум, а быть капитаном "вообще зашибись".
— Нисколько в этом не сомневаюсь, — командор кивнул со всей серьезностью. — Более того — надеюсь на это. Возможно, в ваше время появились какие-то новые способы тренировки или боевые приемы? Мне хотелось бы посмотреть и, возможно, поучиться.
— С удовольствием покажу парочку! — я глянул вниз, на шахматную доску. Фигуры, кажется, даже не трогались со своих мест. — Идемте? Как раз успеем, пока они тут думают и считают.
Линкор был таким огромным, что мог себе позволить полноразмерный полигон, и я был абсолютно уверен, что командор здесь частый гость. Стиг-Рою, кстати, тоже бы понравилось, если бы он не увяз в шахматах, видимо, навечно.
Мы переоделись в специальные белые костюмы, чем-то похожие на твою, Оби-Ван, робу.
— Это спортивное кимоно, — пояснил командор. — У вас уже нет таких?
— Возможно, где-то и есть, — я потрогал грубоватую ткань, затянул потуже пояс. — В академии — и в армии тоже — тренируются в обычной компрессии с функцией отвода тепла и влаги и поддержки суставов. Ну трико такое, плотно облегает тело, — пояснил, осознав, что пауза в разговоре затянулась.
— В вашем возрасте уже нужно поддерживать суставы? — поразился командор.
Он пару раз взмахнул руками, и стало ясно: уж ему-то никакая поддержка не нужна, даром что виски уже основательно тронула седина.
— Пробежимся? — предложил я, решив, что бег станет лучшей разминкой.
Командор кивнул и жестом предложил занять дорожку.
Полигон и правда был большой. Всего два круга вокруг трибун — а здесь были и они, — и я как следует вспотел.
После пробежки мы устроили что-то вроде челленджа: по очереди показывали упражнения и выполняли их. К концу этой разминки мое кимоно можно было выжимать. Командор выглядел посвежее, но было видно, что тоже отлично размялся.
— Татами вон там, — он показал на возвышение в ближнем к нам углу полигона. — Вы в отличной форме, рейнджер, — выдал мне похвалу. — А в мое время бытовало мнение, что с развитием технологий человеческие тела начнут дряхлеть. Были даже концепции, что человек эволюционирует в подобие головастика: большой мозг, примитивные пищеварительная и выделительная системы и органы чувтсв.