Я Попала!!!
Шрифт:
***
В комнату постучались.
– Да.
– Доброе утро Янита.
– Доброе утро Эрнест -я улыбнулась ему.
Дома в своем мире, находясь в статусе жениха и невесты, мы бы снимали один номер на двоих. Здесь же, мы жили в разных, И его «доброе утро» сказанное с нежностью, то не многое, что мы могли себе позволить. Процесс ухаживания, я бы сравнила с нашими восемнадцатым- девятнадцатым веками. Мимолетное прикосновение к руке, выразительный взгляд, все, что мы могли позволить себе на людях. И только находясь наедине, там где нас не могли увидеть даже случайно, можно было позволить себе объятия и что скромничать,
– Наши планы не меняются,- обнял меня нежно.
– Нет, сегодня домой. Открытие магазина прошло успешно, Диего со всем справляется. Можно смело оставлять магазин на него, а дома ремонт заканчивается, хочу проконтролировать.
– Да,- обнял он меня смеясь. –Ты любишь все контролировать. Я хочу тебя поцеловать, безумно соскучился. Можно, -прошептал мне на ухо. Его дыхание на моей шеи вызвало мурашки по моему телу. Приятные мурашки.
– Мог бы и не спрашивать,- сама потянулась за поцелуем.
– Как же сладко, ты сводишь меня с ума любимая. Жду не дождусь нашей свадьбы.
Он прижал меня к себе. Я сама жду не дождусь нашей свадьбы. Мне самой, наших поцелуев становится мало. Была бы моя воля, я бы осталась с ним, в этом номере, на постоялом дворе. Но нам нельзя, здесь нас не поймут, да и дела отменить нельзя. Печалька, как любила выражаться Яська.
– Я уже собрала вещи, осталось зайти в магазин, забрать у Диего список заказов на мебель и игрушки. Все равно поедем мимо Лесной, так почему бы и не завести список заказов, так будет быстрее.
Магазин только открылся, а народу уже было много, особенно в продуктовом.
Сейчас мы печатали памятки со всем нашим ассортиментом продуктов, как готовить, где хранить. Что надо заказывать, а что можно купить в магазине. Петрий сделал составную печать, да не одну. Теперь у нас нет писательского кружка))).
В памятку включили и наши сладости.
Так мы убивали двух зайцев, информировали как правильно использовать наш продукт, ну и конечно рекламировали то, что покупатель возможно не увидел сразу. Дома он сядет, почитает спокойно, и будет соблазн купить что-нибудь еще.
– Эрнест, обрати внимание на мальчика. На вид лет десять, он все крутится около прилавка. Одет вроде чисто, но видно, что вещи далеко не новые. С ним что-то не то.
– Ну да, он не похож на покупателя. Продукты в магазине не дешевые, цена не заоблачная, но все же.
– Он как будто не может на что то решится, смелости или решимости набирается.
– Действительно, суетится подозрительно.
– Позови Диего, не будем ждать, когда он что-нибудь украдет. Просто поговорим, может ему помощь нужна. Ну не похож он на воришку. Слишком волнуется, переживает.
– Ты как всегда права. Диего видишь мальца, веди в кабинет.
– Сейчас орин.
Я наблюдала как Диего поймал мальчишку и повел его в кабинет. Он брыкался и просил его отпустить.
– Я ничего не сделал! Отпустите меня!
И вот, напротив меня сидел маленький, нахохлившийся боевой воробей.
Глава 74. История Дилима.
– Как тебя зовут – спросила я у него.
– Дилим –ответил он.
На что Диего хмыкнул, ведь
– Что ты хотел сделать Дилим, я не думаю, что у тебя есть деньги на покупки.
– Ничего.
А сам как то уменьшился и покраснел, а значит не все потерянно. Совесть есть. А значит не от жизни хорошей он решился на воровство. Спросите кто от жизни хорошей идет воровать. Здесь столкнулась с этим впервые, а в моем мире воровство среди власть имущих не такая уж и редкость. Новостные ленты только пестрят, то у одного на даче банки с деньгами закопанные откопали. У второго вся родня почему то резко стала владельцами квартир, заводов и пароходов. А этому мальчишке явно есть не чего, только почему пришел в наш магазин? Явно есть места более подходящие и удобные для кражи. Мы все выкладываем на витрины, и это не магазин для самообслуживания. Где спрятал за пазуху и ушел не заплатив. Взять, что незаметно, сложно.
– Где твои родители Дилим?
– Зачем вам орина?
Ух ты, надо же, и весь подобрался сразу, значит тема больная и про орину сразу вспомнил.
– Дилим, наверное мне надо представится. Меня зовут орина Янита де Жан Юст. Это моя земля и мой город. Тебя не просто так привел сюда орин Диего, его попросила я. Я решила, что тебе нужна помощь.
В глазах напротив меня зажглась надежда , значит я была права и мальчику нужна помощь. Но сначала надо его покормить.
– Диего, попроси девчонок нам сделать бутербродов, и в дорогу собрать еды.
– Хорошо орина Янита, я быстро.
Диего принес нам горячей еды и бутербродов (в магазине мы сделали столовую для сотрудников , людям надо есть), еще горячего чая и компот.
У Дилима забурчал живот, он явно был голоден, но есть почему то не собирался.
– Орина, можно я возьму домой? – сказал он краснее еще сильнее.
– Дилим, давай ешь и рассказывай все по порядку. А там уже решим, что делать.
Мальчишка поел со скоростью света.
– Мама умерла, а денег у меня нет. Сестренки кушать хотят, продуктов нет. Узнал, что здесь. Опоздал. Уже все.
Начал свой сбивчивый рассказ.
– Дилим, успокойся пожалуйста. Начни сначала, я сейчас мало, что поняла из твоего рассказа.
Мальчишка вздохнул и начал рассказывать нам свою историю.
«Мама убежала от отца, Он сначала бил только ее, особенно когда придет пьяный, а потом стало доставаться и мне».
Дальше продолжу от своего лица.
После рождения сестричек, отец семейства совсем озверел, побои стали носить постоянный характер. Последней каплей Урлики стала угроза убить одну из малышек. Маму звали Урлика. «Детей много, орут, надоели уже, и вообще кто просил троих сразу рожать»,- выговаривал он ей. За это ей тоже доставалось. По рассказу мальчика поняла, что муж бил с аргументами, оправдывая себя или пытаясь еще и морально задавить женщину. Защиты у нее нет, а вот за мужа вся родня. Свекровь часто говорила «бьет, значит сама виновата». Просить о помощи и жаловаться ей она перестала. После каждого обращения за защитой к свекрови, побои были более жестокие и сильные. Она с трудом потом ходила, а заботу о детях не кто не отменял. Сама она сирота, заступиться не кому. Из родственников была только дальняя родственница, троюродная бабушка, вот к ней и сбежала.