Я помню...
Шрифт:
Мы поспорили еще минут двадцать, и я пошла домой. Было темно, идти было жутковато, и я бежала. Неожиданно мой мобильник завопил на всю улицу так, что я вздрогнула и чуть не разоралась. Кто-то звонил с неизвестного номера, но я так испугалась, что даже не подумал о том, что это может быть Анас.
А это был он, голос я узнала сразу.
– Привет, - просто сказал он.
– Привет!
– задыхаясь, ответила я.
– Бежишь?
– Бегу!
– Почему?
– Страшно!
– я перешла на быстрый шаг.
– В смысле? Ты где?
–
– Далеко тебе идти?
– Нет, между нашими домами всего три дома.
Он расхохотался:
– О, да! Ну, это очень страшно! Давай я буду с тобой разговаривать, - судя по голосу, он улыбался.
– Давай, - согласилась я, - как дела?
– Нормально. Послезавтра еду в Гимназию, ты там будешь?
– Не-е-ет, - заныла я, причем впервые в жизни жалела, что не смогу болеть за нашу школу, вернее за него, - у меня "художка", и "Зима" не готова.
– Чего?
– Ну, скульптура зимы, осталось чуть-чуть, нужно сдавать уже.
– Вы там еще и скульптуры лепите?
Я расхохоталась:
– А ты думал, мы там только рисуем, причем с натурщиков?
– А как ты догадалась про натурщиков?- смеялся он.
Я уже подошла к подъезду.
– Ну, это же ты, немного испорченный, не совеем правильный...мальчик! И я уже пришла.
– Немного испорченный, - он улыбался, потом тяжело вздохнул, - надеюсь, что немного...
– Немного-немного, мне можешь верить! Ладно, я пошла домой и спасибо, что проводил!
– Не за что! Обращайся! Спокойной ночи!
Анас выиграл. Мне кажется, если бы в школе официально разрешили шампанское, то директор бы проставился. Причем угостил бы всех и за свой счет! Таким довольным я его не видела ни разу, видимо статус школы теперь возрастет до небес. Печально только то, что это не заслуга тренера школьного, а заслуга ученика, который с детства занимался этим видом спорта.
Я сдала скульптуру, получила пятерку, и шла довольная на остановку. В это время мой телефон сошел с ума, мне девчонки писали, что он победил, скидывали фото, а спустя минут десять, когда я уже села на кресло в конце автобуса, позвонил Анас:
– Уже знаешь?
– просто спросил он.
– Знаю!
– ответила я.
– Ты пойдешь со мной отмечать?
– Куда это?
– тут уже я напряглась.
– Мы с ребятам идем в гости к Лёхе.
– Это который боксер?
– спросила я, и меня аж перекосило, я терпеть не могла этого Лешу. Пуп земли, считал всегда себя самым лучшим, вел себя нагло, унижал учителей. Если папа занимает не последнее место в городской Думе, то он значит ему все можно.
– Нет, спасибо, - грубо ответила я. На том конце линии повисла пауза.
– Анас?
– мой голос дрогнул. В ответ тишина.
– Мне кажется, - начал он вкрадчиво, - или меня только что отшили? Кто-то только что не пошел на вечеринку к одному из самых, типа, крутых парней в школе?
– Вот именно, что типа, - выдохнула я с облегчением,
– Что ты сказала?
– у него даже голос осип на этом вопросе.
– Я не хочу, чтобы ты туда ходил, - твердо повторила я.
– То есть, у меня не должно быть друзей? - кажется, он злился.
– Я не говорила, что у тебя не должно быть друзей! Ну, вот скажи, там будут Валерка Дударев, высокий такой, баскетболист?
– Нет.
– Андрей Почаев?
– Нет.
– Сергей Березин?
– Нет, и что? К чему эти фамилии?
– К тому, что они нормальные ребята, и никогда не пойдут к этому Леше придурку, потому что это не вечеринка, это притон какой-то, где пьют и вообще...не удивлюсь, если у них помимо травки еще что-то есть...
– Есть. Можешь мне поверить.
У меня даже дыхание от злости перехватило:
– Значит, ты туда не идешь!
– И кто мне запретит?!
– он даже крикнул, слышно было, что разозлился ужасно.
– Я! Я тебе запрещаю, понятно? Раз так хочется отметить - позови прямо сейчас нормальных ребят, пока все не разъехались, в пиццерию какую-нибудь! И вообще, смысл заниматься борьбой, быть лучшим, а потом идти и заливать все это алкоголем до беспамятства, будто ты никчемный, никому ненужный...
– Да так и есть!
– заорал он.
– Дурак! Ты своему отцу нужен, он тебя любит, хоть и по-своему, по-уродски немного!
– я так орала, что на меня оглядывался уже весь автобус. Одна бабушка так внимательно слушала, что я ощутила себя на съемках программы "Пусть говорят", - И ты мне нужен! Нашел с кем общаться...
Посреди моего эмоционального взрыва за доблесть, честь и достоинство раздались короткие гудки. Он бросил трубку. Ненавижу, когда так делают! Я трясущимися руками стала набирать его номер, но он сбрасывал. Я не нашла ничего лучшего, как разреветься. Дура, вот дура, я же хотела помочь ему, хотела, чтобы он мог видеть радости в повседневности, чтобы не искал утешения в алкоголе или еще в чем-то хуже. А сама все испортила.
– Внученька, у тебя все хорошо?
– спросила заботливая бабушка, которая с интересом слушала мой разговор, - Поругались?
Я кивнула и хлюпнула носом. Бабуля еще повздыхала, побубнила что-то в стиле "эх, молодежь-молодежь" и вышла из автобуса. Я подходила к дому вся зареванная, судорожно пытаясь придумать причину своих опухших глаз. Хотя моей маме нужно идти в "Битву экстрасенсов", как она все узнает и угадывает - не понятно.
У самого подъезда мой телефон пискнул. Это был Анас. В Вибере он скинул мне фото - толпа ребят из нашей школы, примерно человек пятнадцать, среди которых непостижимым образом оказалась Наташка-дракон, сидели в пиццерии и довольно улыбались в камеру. В самом центре сидел Анас, торжественно подняв стакан сока. А следом пришло сообщение от него: "Отмечаем. Вечеринка в стиле "детский утренник". Я начала хохотать и смеялась, пока не зашла в квартиру.