Я + он

Лин Стефания

***

Открываю глаза из-за того, что кто-то нагло льет на моё лицо ледяную воду.

— Попробуй фанту, сучка! — Смеется. Назар. Все еще он…

— Иди к черту! — Отхаркиваю воду и поворачиваюсь на живот.

Вокруг деревья. Подо мной сырая земля покрыта легким слоем первого снега. А мороз в воздухе заставляет чувствовать себя в ледяной ловушке. Руденко, пока я без сил валялась в машине, успел снять с меня обувь и пальто.

— Ну, ты готова?

Отползаю, игнорируя его слова. Но он вообще не обращает внимания на моё поведение. Именно сейчас понимаю

это так ясно, что даже страх уходит на второй план. Он все равно сделает то чего хочет. Сделает то, за чем привез меня сюда. Сделает, потому что сильнее, потому что живет так.

Не чувствую конечностей. Не чувствую вообще тела. Будто кто-то взял и отключил все тактильные ощущения…

Парень хватает за волосы и заставляет встать на ноги. Босыми ступнями еду по ледяной земле. Прижимает лицом к капоту джипа и сжав руки за спиной так сильно, что начинаю тихо выть, другой рукой снимает джинсы.

— Сейчас я покажу тебе, как ты должна рассчитаться со мной за действия твоего ненормального! — шипит в ухо, обдавая горячим дыханием, от которого вздрагиваю.

Стягивает трусы и ногой заставляет расставить широко ноги. Физически чувствую, как возится позади освобождая своего друга.

— Умоляю… — Плачу. — Не нужно… Пожалуйста… — всхлипываю. Боль разъедает все тело. Ломает на куски. Выкручивает кости, стягивает кожу и обжигает адским огнем и ледяной водой одновременно. Чувство неизбежности окутывает меня в свой лживый покой. Оно кричит смириться, сдаться. Перетерпеть. Но нельзя. Мысль о том, что смирится с подобным нельзя, все еще пульсирует в голове. Все еще выстукивает набатом. Шумит ветром в ушах.

— Ты заслуживаешь худшего. — Говорит сзади.

Холодный металл машины обжигает ледяным прикосновением кожу. Руки болят от того, насколько сильно их сжимает Руденко. А тишина вокруг, прерываемая только моими всхлипами и мольбой, звучит жутко. Будто она знает, то, что сейчас произойдет — уничтожит меня всю. Пядь за пядью выжжет душу и продырявит сердце.

Ветер срывает с ветвей снежинки. Вижу их и фиксирую взглядом, будто они не настоящие, а всего лишь моё воображение. Дыхание будущей зимы проходится телом, заставляя вздрогнуть…

Пальцы Назара касаются бугорка между ногами. Больно, нагло. Злостно.

— Сейчас… — шипит сверху. Я просто лежу. Нет сил бороться. Нет сил противостоять Назару. Он все равно сделает это, хочу я или нет. Он накажет, ибо по другому не умеет. Мне нужно просто пережить… Нужно перенести сознание в другое место… Возможно тогда я смогу потом жить…

— Отойди от нее! — Незнакомый мужской голос врывается в сознание грубым тоном. — Ты не слышишь меня, парень? Быстро отойди от девушки!

— Тебе дядя какая разница? Сгинь! Она заслуживает этого наказания!

— Мне безразлично. — Грубый и сиплый голос раздается ближе. — Я уже вызвал полицию, и у меня злая собака.

Я действительно слышу, как рычит рядом собака. Назар забирает от меня руки и отходит на шаг назад. Быстро натягиваю на себя джинсы и поворачиваюсь к своему спасителю. Это обычный мужчина, которых полно в нашей стране. Пройдешь мимо,

даже не обратишь внимание: толстая куртка, тяжелые ботинки, шапка, во рту сигарета; рядом же сидит овчарка, бросая злобные взгляды на Руденко.

— Лейла не любит таких, как ты. Дёрнешься, она моментально отгрызет твои причиндалы между ногами. Ясно? — Мужчина внимательно смотрит на моего насильника, пока Лейла подходит ко мне и упирается горячим носом в руку бросая злобные взгляды на Руденко.

Я все еще не могу поверить, что меня спасли. Это не просто удача или фарт, это настоящий успех! Касаюсь ладонью шерсти собаки чувствуя тепло на коже. Обнимаю ее, присев к ней и втягиваю носом запах влажного меха и надежды. Лейла чувствует, что нужна мне и прижимается ближе, несколько раз что-то подвывая на понятном только ей языке.

— Ишь, Лейла всегда знает кому нужна помощь. Уже не первый раз в этой лесополосе случается подобное. — Мужчина бросает злобный взгляд на Назара, что стоит поодаль, пытаясь спрятаться между стволов безмолвных деревьев. — А Лейла тянет меня сюда только в таких случаях. Ты как, девочка?

Все еще стою на коленях, холод кажется не оставляет даже мечты о тепле, и прижимаюсь к собаке. Это животное как-то почувствовало, поняло, что я в опасности, и привела сюда мужчину. Она словно посланная ангелом-хранителем, а он у меня наверное таки есть.

— Спасибо вам! В самом деле. — Дрожащим голосом отвечаю. — Если бы не вы…

— Ничего, полиция будет скоро. А ты… — обращается к Назару. — Сядешь за это. Ненавижу таких, как ты. — Выбрасывает окурок и тушит его ногой в землю.

И действительно через короткое мгновение я вижу в темноте сначала мигалки автомобиля, а затем и саму полицию, которая с характерным звуком останавливается рядом с джипом. Двое полицейских выходят на улицу, кутаясь в черную форму.

— Вы вызывали? — Смотрят на меня и переводят взгляд на босые ноги.

— Вызывал я! — Мужчина подходит к ним. — Меня зовут Валентин Правда. Вот этот, — поворачивает голову к бледному Назару — на моих глазах не просто издевался над девушкой, а напал и хотел изнасиловать. Если бы я не оказался здесь случайно, то неизвестно чтобы с ней произошло.

Один из полицейских подходит ко мне, помогает встать на ноги и ведет в свою машину. Другой надевает наручники на Назара и подталкивает в спину. Пока усаживаюсь в авто представитель закона вызывает еще полицейских, с которыми и поедет Руденко судя по его словам. Валентин — мой спаситель — вместе с Лейлой садятся рядом. Мужчину забирают, как свидетеля нападения на меня.

Через несколько секунд мы уезжаем с небольшой поляны, и с моих глаз исчезает Назар Руденко и полицейский.

* * *

В отделении мне позволяют позвонить адвокату и вызвать кого-то на помощь. Некоторое время колеблюсь, но все-таки звоню Максу. Я не объясняю ему ничего, только прошу взять обувь. Затем с меня берут показания и даже предлагают одеяло, чтобы согреться. Через полчаса Макс прилетает в участок: бледный, испуганный, с расширенными глазами от непонимания и пакетом в руках.