Я обязательно вернусь
Шрифт:
Прищурившись, виконт де ла Кано кивнул головой.
— И ещё, внимательно присмотритесь к слугам, кто то выносит информацию из дома. Лучше будет, если в связи с будущим переездом мы рассчитаем особо подозрительных из них.
Глава 16
Глава 16
Весь следующий день я посвятила эскизу печати, которой были заверены все письма и документы графа де ла Гутьеррес. Нужно было изготовить серебряный перстень большого размера по образу и подобию. Данная печать, просто обязана была находиться в руках у графини.
Я остерегалась работать по ночам, но времени было катастрофически мало, в следующее воскресенье мы должны были спокойно и невозмутимо представить все необходимые документы падре. И назначить день венчания виконта де ла Кано и донны Адории де ла Сантос пусть не в храме нашего городка. Значит в Париже, но это венчание состоится.
Итак, на перстень ушла почти неделя, я его даже состарила, оттиск печати был, невозможно отличить. Подключила сеньора Рикардо и кузнеца, посвящая их в некие таинства ювелирного дела. Документ на виконство был составлен и проверен много раз. Его черновик сеньор Рикардо на неделе возил в Париж. Там с ним ознакомился государственный секретарь по делам двора и аристократии, внеся поправки в документ, он сказал, что копию документа после его подписания нужно будет обязательно предоставить ему для регистрации.
В субботу утром Жанна очень разборчиво, на французском языке переписала чистовой экземпляр документа в двух экземплярах, каждый из них подписала и заверила оттиском «старинного» серебряного перстня графского рода. Виконт де ла Кано, теперь уже в своем праве, верхом отправился в Париж, и он сделал невозможное! К воскресному утру у нас на руках был документ, зарегистрированный государственным секретарем по делам двора и аристократии. Оказывается, наш сеньор был лично знаком с помощником вышеуказанного секретаря, уж не знаю, при каких таких обстоятельствах состоялась это знакомство, но как сказал виконт:
— Услуга за услугу.
Виконт всю ночь верхом добирался до усадьбы и документ таки был, как я уже говорила у нас на руках.
Но в город, на службу выехать в воскресенье нам не представилось возможным, у детей всю ночь была высокая температура, резались какие-то особые зубки, а может и не очень особые, но уж сильно болезненные. Мы были измучены бессонной ночью, и только к утру удалось сбить температуру близнецам. В молитве мы провели всё раннее утро и разошлись по своим покоям немного отдохнуть.
Графиня Жанна послала за лекарем в город, а так же написали короткую записку священнику о болезни детей, с приглашением приехать в имение к обеду.
Каково же было наше удивление, когда одна из нянь, молоденькая и очень хорошенькая, мадмуазель Анна, попыталась отпроситься в город. Ссылаясь на то, что её ждёт жених. Графиня на этой неделе никого не отпускала на выходные, да в принципе никто и не просился, работы в доме, в саду и на ферме было очень много. Все знали свои обязанности, да и у нашей Жанны и не забалуешь, везде должен быть порядок.
А тут после такой ночи и в город, причина только одна няня видела, что виконт уезжал в столицу два раза за неделю. И кто- то в городе
Графиня, сославшись на то, что экипаж уже уехал в город, отказала девушке в её просьбе, попросив при этом хорошо отдохнуть, пока дети спят. Ведь неизвестно как они будут себя чувствовать далее. И какая ночь будет впереди, возможно опять совершенно бессонная. Просила набраться терпения, и на следующей неделе обещала, что мадмуазель обязательно навестит родителей. И у неё будет возможность встретиться с женихом.
Их разговор слышал приехавший святой отец, и затем графиня забеспокоилась, что до сих пор нет лекаря. Все прошли в детскую, близнецы спали, но опять были с температурой. Волнение матери передалось всем окружающим.
— Ваша светлость не беспокойтесь, у всех детей режутся зубки, все конечно в руках господа, но я уверен, что все будет хорошо — при этих словах падре благословил близнецов.
— Ах, святой отец вы для нас уже как родной, мы так часто нуждаемся в вашей поддержке — глаза графини лучились доверием и любовью.
— Ваша светлость, я хотел бы напомнить о нашем разговоре, который состоялся в прошлое воскресенье. Вы не можете долго проживать без поддержки мужа, просто необходимо рассмотреть предложения нескольких благородных семей, я хорошо их всех знаю и мог бы дать вам неплохой совет.
Графиня обеспокоенно сложила ручки на груди и глаза её увлажнились от не пролитых слез:
— Я хотела бы чтить память своего погибшего мужа до конца своих дней, ваша светлость, и я не представляю возле себя других мужчин. — Одинокая слеза всё же покатилась по уставшему лицу.
— Должны, наверное, пройти годы, мой сын Антонио и крошка Анжелик совсем еще малы. Но знаете, я хотела бы вам представить нашего виконта Рикардо де ла Кано Гутьеррес. Это была воля моего покойного мужа, на случай, если с ним что-то случится. И мы её исполнили, как только закончился траур. Сеньор Рикардо на этой недели вступил в виконство, мы и документы уже зарегистрировали в столице, и все встало на свои места. Конечно, официально траур снят с нашего рода, но в душе мы все скорбим.
Падре молча прочитал документ, я ещё раз убедилась, на сколько, этот человек может держать лицо:
— А что мадемуазель Каталина? Есть у неё какие либо договоренности или может быть она обручена? — спросил он. Взгляд священника просто сканировал меня. Я скромно склонила голову. Напряжение росло, казалось нас пытались взять в железные тиски, для того, чтобы никогда уже не отпустить. Служитель святой церкви вмешивался в нашу светскую жизнь, пытался влиять на все её аспекты. Хотя должен был заботиться только о нашей бессмертной душе.
— Святой отец, сеньорита Каталина долгое время жила и получала образование в монастыре в Испании. Ей тоже надо время, чтобы понять и научится, как стать настоящей хозяйкой большого дома, и женой главы рода, для этого понадобиться несколько лет. К семнадцати её годам мы определимся с выбором и возможно прислушаемся к вашим советам.