Я не продаюсь

Сергиенко Кристина

— Прости, — шепчу. — Может быть, следующий раз получится лучше.

В это раз у меня нет плюшевого медведя, поэтому всю обратную дорогу я просто смотрю в окно. Рука время от времени тянет к сумочке с телефоном, чтобы написать Генри сообщение. Но я каждый раз одёргиваю себя. Всё равно не знаю, что писать. И вздрагиваю, когда телефон пиликает сам. Несколько секунд гипнотизирую его взглядом.

Неужели он написал мне первым?

От этой мысли сердце замирает и тут же начинает биться быстрее. Ладони потеют,

и я быстро вытираю их о брюки. Беру телефон, вздыхаю глубже, провожу пальцем по экрану и разочарованно вздохнуть. Это не Генри — Сьюзи. Всего пару часов назад я была бы безумно рада этому, но не сейчас. И всё же открываю сообщение, чтобы прочитать короткое: «Ты дома?»

Смотрю в окно, оценивая, до поместья явно не больше пятнадцати минут езды. И набираю быстро ответ: «Нет, но скоро буду».

Через пару минут телефон пиликает снова.

«Хорошо. Мне удалось достать ту самую сумочку. Буду ждать тебя в условленном месте».

Я несколько раз перечитываю сообщение, прежде чем понимаю — она написала кодовое слово. И, судя по последнему предложению, сбежать можно будет уже сегодня, через пятнадцать минут. Только это новость почему-то совсем меня не радует.

Я вздыхаю и перевожу взгляд в окно, выстукивая пальцами по сиденью. Это странно, но, кажется, я совсем не хочу сбегать. Не сейчас. Может быть, стоит отложить эту затею? Дать Генри шанс. Я уже успела ощутить всю горечь свободы и понять, что скучаю вовсе не по дому, а по семье, которой лишилась. Но сбежав, я всё равно её не обрету.

Да, именно так и нужно поступить. Не отказываться совсем, но отложить. Надеюсь, это возможно.

Набираю быстро: «Сегодня не могу. Давай отложим покупку».

И вглядываюсь в экран, ожидая ответа. Ну же, напиши, что всё хорошо. Но проходит минута, вторая, пятая, а ничего не происходит. И я не выдерживаю, пишу следующее сообщение: «Мне больше не нужна эта сумочка».

И опять ничего.

Странно.

Может быть, она просто не слышит телефон? Отвлеклась как раз в ту минуту, когда пришло сообщение. Хоть это и довольно странно, учитывая, что мы собираемся сделать. Но проверить это я могу лишь одним способом, — позвонив. Что я и делаю. Но Сьюзи почему-то не спешит брать трубку.

Да что такое?

От нетерпения и нехорошего предчувствуя сидеть на месте всё сложнее, поэтому как только машина останавливается, я тут же выскакиваю, бросая на ходу:

— Приятного вечера, Джек.

И спешу по знакомой дорожке в сад, к неприметной калитке в дальнем углу, возле которой Сьюзи должна меня ждать. И уже на подходе вижу тонированную машину. Сердце на миг замирает, чтобы тут же забиться быстрее, а ладони потеют. Так что приходится остановиться и вдохнуть глубже, пытаясь успокоиться.

Всё хорошо. Я просто скажу ей, что побег нужно отложить.

Делаю шаг и замираю.

А

если отложить не получится? Если нужно либо сбегать сейчас, либо оставаться? Что я выберу тогда?

Я встряхиваю головой, пытаясь отогнать ненужные мысли. Надеюсь, такой выбор делать не придётся.

Толкаю калитку, и задняя дверца машины тут же открывается, словно приглашая сесть внутрь. Сначала это вызывает удивление. Почему Сьюзи не выходит? И только потом я понимаю, что в таком случае её могут увидеть и передать потом Генри. И тогда он очень быстро меня найдёт.

И всё же я на миг замираю, странное предчувствие заставляет присмотреться к машине пристальнее. Кажется, что-то не так. Но что именно, я понять не могу.

Впрочем. Что там может быть не так? Машина как машина. Да и о нашем плане никто не знает.

Вздыхаю глубже и решительно делаю шаг, а за ним ещё один. Но чем ближе подхожу, тем сильнее становится тревога. Внутренний голос буквально кричит об опасности. И я на всякий случай оглядываюсь по сторонам, но на улице никого нет. Значит, всё дело в моих нервах. Всё-таки не каждый день приходится отменять побег.

Подхожу к машине и наклоняюсь, заглядывая внутрь.

— Прости, но сегодня не получится. Я писала тебе об это в сооб…

Но окончание слова так и застревает в горле, потому что в салоне Сьюзи не одна. Рядом с ней сидит незнакомый мужчина, удерживая нож возле её горла. При виде меня он улыбается так, словно безумно рад встрече.

— Садитесь в машину, Камилла, если не хотите, чтобы я навредил это милой девушке.

У меня внутри всё холодеет и все органы, кажется, сворачиваются в один тугой ком.

Он надавливает чуть сильнее, и даже отсюда я вижу, как на её шее выступает алая капелька крови. Глаза подруги полны страха. Она пристально смотрит на меня, а затем открывает и что-то беззвучно шепчет. И я как-то на удивление легко угадываю слово «беги».

Но уйти не получается. Ноги, кажется, вросли в тротуарную плитку. Да и бросить Сьюзи я не могу. В конце концов, это я придумала этот дурацкий побег.

— Только без глупостей, миссис О’Лэс.

В голосе незнакомца слышится едва заметное раздражение.

Я нервно сглатываю, пытаясь просчитать варианты. Наверное, у меня получится сбежать. Но что тогда будет со Сьюзи?

Её убьют — подсказывает цинично внутренний голос. На лице преступника ведь нет маски. А кто отпустит живым свидетеля, способного указать на него?

Впрочем, я ведь тоже вижу его лицо. А, значит, и меня может ждать эта же участь. Понимание этого отзывается нервной дрожью во всём теле. Но решение уже принято.

Я делаю глубокий вдох и сажусь в салон.

Сидящий спереди мужчина тут же оборачивается, прыская чем-то вонючим мне в лицо. Пытаюсь увернуться и не дышать, но тщетно.