Я не ее копия
Шрифт:
Молчу и смотрю на него, напоминая себе, как дышать. В голове крутится мысль, что он красивый и желанный даже когда злой. Да я реально пропала.
Кулак Лёши приземляется возле моей головы, в аккурат в дверное полотно, он рыкнул так отчаянно, что внутри всё перевернулось.
— Я использовал презерватив?
Качаю головой в знак отрицания, пытаясь подавить поток слёз, который душит горло.
Скосила взгляд на его руку и поняла, что следующий удар, видимо, последует мне в лицо.
Хватает за волосы и встряхивает так сильно, что взвизгиваю.
—
— Ты делаешь мне больно, отпусти, — руками упираюсь в его корпус, пытаясь вырваться из хватки.
Я вообще об этом не подумала, я думала, задача мужчины думать о предохранении.
— Всё произошло слишком быстро, мы целовались, а потом ты резко вошёл, я не успела даже подумать об этом.
Ни на миллиметр не отходит от меня, так же пылает бесовским огнем и делает мне больно. Каждое мое слово отдается в его теле нервным ударом, я это чувствую.
??????????????????????????- Какого черта ты делала у меня в спальне?! Я был пьян!
А вот на этот вопрос у меня нет вменяемого ответа. Я просто беспомощно смотрела на него, закусив губу. Стыдно? Да. Жалею? Нет. Я повторила бы это снова, если бы могла.
— Пожалуйста, отпусти меня, мне больно, — повторяю беспомощно, опуская взгляд.
Хватает рукой за затылок и гонит меня к кровати, швыряет на матрас и чеканит каждое слово:
— Прибери здесь, а потом у тебя есть ровно час для того, чтобы привести себя в порядок. Мы едем к гинекологу.
Поднимаю злой взгляд на него с кровати, думая, как бы так и ответить ему, и остаться в живых.
К гинекологу значит. Избавиться от того, что он даже не знает, сделал ли. Хозяин — барин.
С остервенением рванула простынь на себя, закуталась в неё как в тогу, и вышла из его комнаты.
Вернулась к себе, распахнула настежь окна, делая глубокий вдох и выдох. Смотрю на ещё спящий город, а голова гудит. Хочется спать и плакать. А ещё обнять подушку и осознать, что произошло.
Опять задаюсь вопросом, как можно одновременно быть таким холодным и таким нереально горячим. Ночью, когда он целовал и обнимал, когда прижимал к себе, он был совершенно другим. Но как через стену льда пробиться снова к моему ночному любовнику? Не знаю.
Нужно сделать то, что он говорит. Собраться и поехать к врачу. Хотя послать его к черту и запереться в комнате тоже огромный соблазн. Так поступила бы девочка. А я уже не девочка. А женщина, которая должна нести ответственность за последствия своих поступков.
Ровно через час я вышла из своей комнаты. В романтичном летнем платье, с небрежным хвостом и сумочкой в руках.
Молчу, смотрю на него, ожидая дальнейших указаний.
7 глава
Алексей
Ушла. Спасла свою тонкую шею от моих трясущихся рук. Конченая идиотка! Я подавил звериный рев, и второй раз ударил кулаком в дверь. Задрожала, но
Метнул взбешенный взгляд на кровать. Две подушки одиноко валялись в центре. Глаза пытливо ищут следы нашего безумия. А я отчаянно клянчу у своего подсознания ответы на миллион вопросов, которые долбятся словно дятлы в голове — противно и настырно.
Я сошел с ума, если взял её здесь, в стенах квартиры, где жил столько лет. Чем я думал? Да ничем! Потому что не мог предположить себе такого вопиющего случая. Василиса своим присутствием в этих стенах выбила из под ног почву. Ничего не помню. Тру пальцами виски, расхаживая по комнате. Неужели я позволил себе глупым подростковым несбывшимся фантазиям воплотиться в реальность через её дочь? Нет. Это невозможно. С первой минуты, как только девушка свалилась мне, как ком на голову, испытывал жуткую неприязнь.
Увидев копию Инны, дёрнулся и вжался всем телом в кресло. Это словно наказание. И это происходит со мной. Всё, что я столько лет пытался изгнать из своей памяти, ожило и заиграло с новой силой. Мне было проще отослать Василису в закрытую школу, чтобы дать себе время прийти в себя. Пришел. Смог уговорить себя, что просто обязан сделать то, что меня просили родители этой сироты. Инны больше нет. Что я чувствовал? Пустоту, которая образовалась много лет назад.
В день, когда Василиса переступила порог моего кабинета, стал судным днём. Я долго молчал, а она сидела напротив и небрежно листала ленту в инстаграм. Похожа на мать, но в тоже время совершенно другая. Более кукольная и грациозная. И мне показалось, что в мой дом попал юный и кроткий ребенок, которому нужна поддержка. Но стоило этому нежному цветку открыть ротик, понял: Армагеддона не избежать. И первая неделя в новой школе стала сложным испытанием для моих нервов. Споры, вспышки гнева и дерзкого поведения Василисы быстро привели меня к одному верному решению: с глаз долой.
Полгода спокойствия. И теперь очередная вспышка подростковой неадекватности. Она умчалась искать приключений с первым встречным в тот момент, когда состоялась наша первая ссора неделю назад. Не понимал её поведения, не мог даже предположить, что придем к тому, что случилось сегодня ночью. Отомстила? Все равно с кем?
Опускаюсь на ковер у кровати, нервно тру голову. Теперь морщин и седых волос у меня станет в десять раз больше. Впрочем, это лирика. Она могла забеременеть. От меня. Это просто взрыв мозга.
Сижу и тупо смотрю в потолок. А потом вспышка. Будоражащий голос, который задевает каждый нерв внутри моего тела, нежные прикосновения губ, трение кожи о кожу. Я не раз видел Инну во сне. И в этот раз я вновь жарко и напористо трахал её. Вбивался в ее податливое тело, дурел от её юного и желанного тела и взрывался от удовольствия. Так было не раз, на протяжении многих лет. Не часто, но довольно ярко и…казалось, что так реалистично. Теперь реальность за стенкой. Что с ней делать? Убить? Не смогу. Просто ненавижу всё, что связанно с ними. Вернее, с ней.