Я не ее копия
Шрифт:
— Мне восемнадцать лет, из пелёнок я вылезла давным-давно. Нравится тебе это или нет. И опять же, как распоряжаться своим телом, дело моё. Я не на панель вышла, парень мне нравится. И я боюсь даже спросить, что твои амбалы ему наговорили.
— Ты ведешь себя, как девка лёгкого поведения, — поворачиваю резко голову и поджимаю губы, подавляя взрыв, — трусы в такси потеряла или раньше — дома? Впрочем, не отвечай. Заруби себе на носу, пока ты живешь в моём доме, о блядстве забудь. Найдешь себе достойного ухажёра, познакомишь, а я ещё подумаю, разрешить
— Мне уже начинать тебя папочкой называть? Ты в него поиграть решил?
Снова фыркает. Откинулась на сидение, посмотрела в окно, покачала головой.
— Я со своим то не ладила, и ты туда же. Не нужно устраивать моё тело в выгодный брак, который мне не нужен. Я видела брак родителей. Это был ад. Я не выйду замуж.
??????????????????????????Брак родителей? Интересно, даже очень. Что же не устраивало Инну в этом браке? Или же это муженек из тяжёлых попался? Так стоп. Мне плевать на это. Не сейчас, не думать о том, что готово взорвать мозг.
— И каким ты видишь своё будущее?
3 глава
Алексей
— Тебе правда интересно? — переводит пытливый взгляд на меня и сканирует своими большими глазищами.
Ещё как! Я должен быть осведомлен о том, как вертятся шестеренки в этой русоволосой головке. Осведомлен — вооружен.
— Мы не чужие, может, именно сейчас то время, когда стоит побыть немного откровенными?
— Не чужие, вот как. Не прочувствовала пока, прости. Всё, что я увидела из нашего общения — это твоё желание побыстрее от меня избавиться, и честно — я тебя даже не виню. Сложно это.
Девчонка отворачивается в окно, рассматривая огни ночного города.
— Я не знаю, чего хочу. Ты знал в восемнадцать? Я точно знаю, что не хочу ничего, что хотел для меня отец.
Мы совершенно разные. Я это только сейчас понимаю. И понимаю её метания. Глупейшие ситуации, которые организованы не нами. Но я обязан держать под прицелом буйную голову этой девчонки. Она уже длительный период в нестабильном состоянии. И я полгода назад, вероятно, погорячился, отправив девушку подальше с глаз долой. Но я не смог. Просто не смог смотреть на неё, перед глазами видя ту, которая когда-то превратила мою жизнь в ад.
Инна даже после смерти не захотела меня через много лет оставить в покое. Явилась ко мне в образе своей дочери. Молодая копия той юной, взбалмошной девушки, которая доводила меня до сумасшествия. И эта далеко не укатилась. Только я не позволю больше подобным особям влиять на моё настроение.
— В восемнадцать я твёрдо знал, что хочу стать первоклассным финансистом, чтобы иметь возможность содержать семью, и о да, жениться. Банально?
Девчонка выслушала мою тираду с недоверием.
— Удивил, — призналась честно. — Я не это ожидала услышать. Что же не женился?
— Она предала наши чувства. Ушла к другому. Он был старше, опытнее, уже на то время имел
Отворачиваюсь к окну, понимая, что от горьких воспоминаний почему-то неприятно щемит в области сердца. Неужели на всю жизнь подобное раздирающее противное чувство?
— Сочувствую, — в голосе девчонки звучит искренность. — Тяжело влюбиться в корыстную суку. Только вот не ожидала что ты однолюб. Неужели после той приличные не попадались?
Гм. Я не искал. Потому что не видел смысла. Все на один манер сделаны. Для секса всегда можно найти. А вот для жизни вместе… Мне это не важно.
— Судя по тому, что видел сегодня в гостиничном номере, даже такие молодые и смазливые уже готовы себя продать за серебряник любому.
Горько улыбнулся, повернув к Василисе голову.
— Вернулись к оскорблениям? Ладно. Думай что хочешь, я к тебе в голову не влезу и свою логику не объясню. Так что, какой смысл начинать?
Пожала плечами и отвернулась к окну.
— Правда глаза колет? Что ты там хотела узнать? В этом номере? Так было невтерпеж?
— Да какая разница уже? Плевал ты на то, что я хотела, о чём разговор вести.
— Тогда делись тем, что хочешь, чтобы было между нами.
Она долго молчала. Смотрела сначала в окно, затем перевела хмурый, задумчивый взгляд на меня, и сверлила взглядом меня. Затем сглотнула.
— Давай для начала попытаемся ладить. Со мной несложно.
— Я не конфликтный человек. Привык думать рационально. Только поэтому ты сегодня из номера вышла без поучительного ремня по заднице. Но считаю это перебором с восемнадцатилетней девушкой. Поэтому со мной тоже несложно.
— Выключи папочку, мне сразу дерзить хочется, — кривит рот, отворачиваясь к окну.
— Да, а чем тебя не устраивал твой папаша?
— То есть у тебя никаких вопросов не вызывает человек, который сосватал свою семнадцатилетнюю дочь какому-то бизнес партнеру и написал свое завещание так, чтоб доченька сосала лапу, пока не выполнит его требования?
Я давно пробил этого цепкого клоуна. Много лет назад я говорил Инне, что ее будущий муженёк ещё тот хапуга. Не послушалась. Её проблема. Считала мои слова бредом юнца. Сама прожила, как на вулкане, дочь обрекла на мучения. Черт. Опять загоняюсь. Мне важно услышать версию Василисы. Я знаю только поверхностные факты о жизни их семьи.
— Он хотел уберечь тебя от растраты и потери бизнеса? Тебе досталась солидная фирма, которая занимается грузоперевозками. Неплохой бонус в виде такого детища.
— Он хотел уберечь свой бизнес, поверь, меня во всем этом нет. Плевал он на меня. Я вообще не думаю, что он хотел или планировал меня изначально. Он хотел только маму. И это были долбанутые отношения.
Василиса постучала пальцами по сидению и продолжила.
— Юзик вызывал у него больше эмоций, чем дочь. Удобно, что дочь. Имеется отверстие, которое легко пристроить на член Юзика. Вся сказка, — пожимает плечами и отворачивается к окну.