Я - гнев

Робертс Джен

— Дичь какая-то, — сказала Сара. — Они все здесь собрались, но, кажется, все они против друг друга.

— Да уж, я бы уволила организатора всего этого дела, — кивнула Ариес.

Сара усмехнулась. Тут зажужжал телефон — пришло сообщение, и она полезла строчить ответ. По ее улыбке Ариес догадалась, что это Колин. Она никогда не могла понять, почему ее лучшей подруге нравится самый придурочный парень в школе.

— Смотри, чувак из «Гринписа» ковыряет в носу, — сказала Сара, убирая телефон обратно в сумку. — Как думаешь, это у них такой корпоративный стиль?

— А

что, вполне может быть, — заметила Ариес. — Это же так естественно, а «Гринпис» — за естественность!

Сара хихикнула:

— Да уж, этот парень близок к природе!

— Очень все это странно, — проговорила Ариес. — Никогда раньше не видела, чтобы люди протестовали вообще против всего. Разве это не убивает саму идею протеста?

На улице толпились разношерстные группки людей. Они выглядели взволнованными. Кажется, никто не понимал, что происходит. Толпа заполонила тротуары и выплескивалась на проезжую часть, так что водителям приходилось замедлять ход и сигналить. Водитель автобуса съехал на обочину и начал орать на компанию подростков в черных толстовках и рваных джинсах. Те огрызались на него и отказывались уходить с дороги.

Людей становилось все больше, и вид у них был все более озадаченный. Многие из вновь прибывших не имели никакого отношения к протесту, как Сара и Ариес. Они услышали, что в соседнем квартале какая-то суматоха, и пришли посмотреть, в чем дело. Кто-то строчил эсэмэски. Немецкие туристы в рубашках с надписью «Ванкувер» оживленно болтали друг с другом и снимали происходящее на дорогие камеры. Ариес услышала, как какая-то взбудораженная девушка кричит по телефону друзьям, чтобы те приходили и присоединялись к веселью. Кто-то врезался в девушку, телефон вылетел у нее из рук и упал под ноги другой девушке, которая случайно наступила на него своим тяжелым ботинком.

— Эй!

Ариес подняла голову и увидела, что к их столику направляются Бека Филипс и Джой Ву.

— Все как будто с ума посходили, правда? — громко спросила Джой. Шум вокруг все нарастал, и ей приходилось кричать. — Вы только представьте! Мы только что приехали на легком метро и видели кучу копов в экипировке. У них с собой слезоточивый газ!

Бека закивала:

— Возможно, надо убираться отсюда. Все это добром не кончится. Копы начинают сердиться.

— Безумие какое-то, — вздохнула Ариес. — Как думаете, что происходит?

Сзади кто-то закричал. Ариес выгнулась и посмотрела, что происходит. Двое из ребят в черных толстовках схватили автомат по продаже газет и запустили им в припаркованную машину. Зазвенело разбитое стекло, заголосила сигнализация.

— В новостях все только об этом и говорят, — сказала Джой. — Судя по всему, какая-то группа хакеров разослала сообщения по ванкуверским форумам. Каждая протестная группа получила информацию о том, что сегодня надо собраться на Гранвиль-стрит.

— Получается, кто-то все это придумал? — изумилась Сара.

— Вроде того.

Дальше по улице стоял бездомный с пустым стаканчиком из-под кофе и просил подаяния. Парень в дорогой кожаной куртке вышиб стаканчик у него из рук, и мелочь посыпалась

в водосток. Бродяга встал на колени, чтобы собрать деньги, и тут его кто-то пнул.

— Так или иначе, пора уходить, — сказала Джой. — Мы хотим прорваться назад. У меня в нескольких кварталах от Дэви-стрит припаркована машина. Вас подбросить куда-нибудь?

Ариес посмотрела на Сару. Они приехали сюда на метро. Если возле станции собрались вооруженные полицейские, то, возможно, пробиться туда не выйдет. Может быть, станцию даже временно закрыли. А мысль идти домой пешком Ариес совсем не привлекала.

— Да, мы бы не отказались, — сказала Сара. — Если вы не против.

— Ну само собой, — откликнулась Джой. — Но давайте пойдем, пока тут все окончательно с ума не посходили.

Ариес встала, а Сара полезла под стол за сумкой. Ариес первой заметила кирпич. Она успела схватить Сару и оттащить ее в сторону, прежде чем витрина разбилась вдребезги. На место, где они только что сидели, посыпались осколки стекла и обломки неоновой вывески. Ариес обернулась и увидела двух удаляющихся парней в толстовках.

— Все хорошо? — спросила она у Сары.

Та кивнула. Нижняя губа у нее дрожала.

— Ну что за уроды, а! — возмутилась Джой. — Как будто здесь и без них недостаточно бардака!

Она развернулась и крикнула в толпу:

— А ну-ка, давайте еще раз, трусы!

Сара нервно хихикнула.

Они начали пробираться сквозь толпу по направлению к Дэви-стрит. Продвигались они медленно — народ стоял очень плотно. Ариес заметила, что в некоторых магазинах продавцы заперли двери и повесили на них таблички «Закрыто». Ариес отлично их понимала.

— По крайней мере, мы уходим от копов, — сказала Бека. — Не думаю, что родители будут в восторге, если меня арестуют. Хотя брат бы оценил.

— Откуда все эти люди? — удивилась Сара. Ее чуть не снес мальчишка в солнечных очках и со скейтбордом. — Как будто сейчас Новый год. В жизни не видела такой толпы. А мы же здесь были во время Олимпиады. Помните? Такого столпотворения даже близко не было.

— Видимо, новости быстро разносятся, — предположила Ариес. Она увидела целое семейство, прячущееся на пороге дома; глава семьи пытался уклониться от одного из загадочных прыгунов в масках. — Странно это все. Как будто людям делать больше нечего.

С другого конца улицы донеслись громкие хлопки. Кто-то рядом закричал. Бека тут же зажала уши.

— Похоже на выстрелы, — заметила Джой. — Давайте скорее!

— Где стреляют? — спросила Сара.

— Позади нас, — ответила Ариес и прислушалась. — По крайней мере, мне так показалось.

— Я не горю желанием это выяснять, — бросила Джой, протискиваясь между перепуганной парой в одинаковых ветровках.

Но впереди все тоже было не слава богу. Кто-то из противников абортов сцепился с девушкой — кажется, активисткой «Гринписа», трудно было разобрать. Он размахнулся и ударил кричащую девушку табличкой прямо по голове. Выступила кровь; другой протестующий, возможно защитник животных, схватил другую табличку, и завязалась ожесточенная потасовка.