Шрифт:
1
1
Когда за Кириллом громко захлопнулась входная дверь, я не испытала ничего. Просто констатировала факт: он ушел. Ушел и точка. Я сначала даже испугалась собственного бесчувствия, а потом поняла, что так даже лучше. Бежать за ним и падать на колени, умоляя вернуться, я точно не собиралась.
Сняв тонкое обручальное кольцо, я положила его на белую деревянную полку с книгами. Пусть тоже пылится вместе с непрочитанными томами. Мысленно отметила, что, когда буду убираться, нужно будет протереть и ее.
Он ушел, и у меня освободилось время. Готовить не нужно, гладить его рубашки тоже. Это даже заставило
Я вернулась в комнату, взяла телефон в руки, полистала соцсети, посмотрела смешное видео с котиками, ответила на пару сообщений. Но руки хотели что-то делать, а не просто тыкать пальцем в экран.
Я походила по дому, даже притронулась к пылесосу, но потом одернула руку, поняв, что и это делать я больше не обязана. И что мой самый главный бардак только что ушел, напомнив мне на прощание о моей черствости и безразличии. Я даже хотела сказать ему вслед, что мне плевать на его мнение, но промолчала, хотя мне и правда было плевать.
Выглянув в окно и убедившись, что Кирилл точно ушел, а не просто демонстративно вышел на улицу, я направилась в гараж. Он примыкал к кирпичному дому, отличаясь разве что подъемной автоматической дверью. В гараже стояла моя старенькая, но такая любимая машинка — Пежо 107 модели. Я провела рукой по белому кузову — старая привычка, от которой давно пора было избавиться. Но я настолько ее любила, что готова была целовать в капот каждый раз при встрече. Она появилась у меня еще раньше, чем этот дом и муж, в те времена, когда я только научилась зарабатывать. Я пыталась откладывать, но долго не выдержала и влезла в кредит, чтобы разорвать порочный круг поездок на общественном транспорте. Я увидела ее на всем известной онлайн-площадке и сразу влюбилась, окончательно и на всю жизнь.
Кирилл всегда говорил, что она некрасивая, несуразная какая-то. Я злилась на него за это. Какая же она некрасивая? Очень даже красивая. Продолговатые фары, выступ на капоте, словно носик. Я ухаживала за ней и берегла больше, чем мужа. Просто она никогда не ворчала, никогда не высказывала мне о том, какая я бесчувственная и черствая. Это было не просто «корыто с болтами», как говорил Кирилл, это была моя крепость, место, где я чувствовала себя собой.
Я прошла вглубь гаража к коробкам, которые давно собиралась разобрать. Они стояли здесь с момента переезда, около шести лет. Именно тогда я купила этот дом, а потом зачем-то вышла замуж. Коробки мне торжественно вручила мать, бережно собрав мои детские вещи. Этот факт я тоже приняла спокойно. На тот момент мне уже исполнилось 25 лет, я накопила на первоначальный взнос по ипотеке и купила небольшой, но такой уютный дом. С тех пор я сделала ремонт, поменяв цветастые обои и странный кухонный гарнитур на более современную и сдержанную мебель и отделку.
И вот эти коробки, которые за шесть лет я ни разу не открыла, стояли здесь. К ним еще добавились две — после ремонта. Они покрылись толстым слоем пыли и наверняка пропахли бензином, но нюхать я их не собиралась, а вот замарать одежду пылью я точно не хотела. Оглядевшись по сторонам и кинув взгляд на маленький стеллаж, на котором я хранила всякие автомобильные принадлежности, я увидела зеленую тряпку. Встряхнув ее, я протерла коробки, собирая пыль в маленькие серые комочки и сдвигая
Сначала я взяла самую большую, нижнюю коробку. Открыла и разочарованно вздохнула. Старые тетради, книги, школьные учебники. И зачем мать мне это отдала? Но все же покопалась в тетрадях, нашла свои детские дневники, полистала, почитала пару страниц, еле разбирая свой кривой почерк и убрала назад. Неужели мать думала, что я тоскую по школьным временам? Хотя, откуда ей было знать о моих чувствах, если она никогда не спрашивала, а я никогда не стремилась делиться с ней.
Второй пошла коробка поменьше. В ней уже были вещи интереснее — сувениры, статуэтки, медали. Я аккуратно перебирала вещи и ностальгировала. Вот фигурка слоника, которую я привезла с моря, когда мне было лет 10. Вот ангел, подаренный моим первым парнем. Вот цепочка с двойным кулоном, которые мы носили с лучшей подругой. Перебрала медали за свои заслуги в плаванье. Великой плавчихой я так и не стала, не дотянула даже до всероссийских соревнований. Но вспоминать о том времени было приятно.
В третьей коробке тоже были сувениры. В основном купленные мной, либо подаренные подругами. Одно время я коллекционировала статуэтки, чем и пользовались мои друзья на все праздники. Некоторые из них сломались при переезде, но большинство хорошо сохранилось.
Я сгребла все сувениры в одну коробку и унесла ее домой, по дороге еще раз прикоснувшись к своей машине. Что же, когда Кирилл заберет свои шмотки, освободится одна полка, которую и займут мои воспоминания.
2
2
Кирилл пришел за вещами на следующий день. Открыл дверь своим ключом и, сняв обувь, осторожно прошел в коридор. Видимо, он ждал, что вылечу из комнаты, начну просить прощения, но я даже не пошевелилась. Сидела на кухне и, закинув ноги на стул, пила чай. Кирилл заглянул ко мне, кинув удивленный взгляд, и пошел в свою уже бывшую комнату.
Я слышала, как он хлопает дверцей шкафа, как кидает в пакет свой скромный запас вещей, как вытаскивает из розетки свою зарядку.
— Оль, где мой планшет? — крикнул он из комнаты.
Я вздохнула. Этот мужчина без меня никогда ничего не мог найти. Ходят слухи, что все мужчины такие, но утверждать не бралась — замужем я была всего раз. Я встала и направилась в комнату, шаркая носками по полу. Наши взгляды встретились: мой безразличный и холодный, его — обиженный, возмущенный. Он широко раскрывал свои карие глаза и слегка сморщивал маленький нос. И хотя я не была проницательным человеком, считать его настроение не составляло труда. Когда он сердился, сжимал и без того тонкие губы в нитку, когда волновался — теребил и грыз пальцы, когда радовался — улыбался так широко, что можно было увидеть все его 32 зуба, включая две пустующие лунки. Никакой загадки и интриги, скучный, как школьный учебник по истории. И это была одна из причин, по которой мне не хотелось сохранить брак. Одна из сотни.
Планшет лежал в ящике стола, там, где и всегда. Я могла найти его с закрытыми глазами, потому что он всегда был здесь. Но, видимо, уже бывший муж хотел привлечь мое внимание, заставить осознать горечь утраты такого шикарного спутника жизни, выбрав для этого святая святых — супружескую спальню. Только попытка оказалась бесплодной, я не отреагировала, даже когда Кирилл взял у меня планшет, коснувшись моих пальцев и что-то буркнул себе под нос. Я лишь посмотрела на его пакет, на куртку, переброшенную через руку, и вышла из комнаты, бросив ему через плечо: