Я – джедай!

Стэкпол Майкл А.

Призрак церемонно поклонился Люку:

– Приветствую вас, мастер! – И уже иным тоном обратился ко мне: – Я – Бодо Баас, хранитель Холокрона. У вас есть ко мне вопросы?

Люк задумчиво разглядывал мерцающую голограмму:

– Образ Бодо – результат кропотливых исследований. Модель выполняет сразу несколько функций. Бодо хранит, анализирует, запоминает информацию. Очень полезная локальная программа, убедишься сам. Максимум данных в удобном изложении. Я специально принес холокрон, пытаясь понять природу того, что произошло с тобой. Бодо поможет тебе.

– Неужели?

–

Опять не веришь? Почему-то по прошествии времени самые простые вещи вызывают наибольшее сопротивление. Хранитель, объясни, пожалуйста, для Кейрана Халкиона понятие «измененного сознания».

Хранитель обернулся ко мне и зачастил тоненьким скрипучим голоском:

– Навыки джедаев подразделяются на три уровня. Внутренний контроль – возможность узнавать и чувствовать Силу внутри себя и использовать для своих нужд. Внешнее чувство – вторая ступень, благодаря которой джедай черпает Силу из внешних источников. Сила становится связующим звеном между Вселенной и рыцарем. Третий и самый сложный уровень позволяет джедаю модифицировать Силу и перераспределять ее. Используя все три уровня, джедай может воздействовать на Вселенную, в зависимости от собственных целей. Сила, которую называют «измененным сознанием», как раз и объединяет в себе все три уровня. Джедай может внушать все, что он захочет, может вторгаться в чужие души. Это самая мощная сила, обладающая подчас разрушительным эффектом. Порабощение чужой воли трудно назвать благородным действием, а если такой методикой владеет человек, находящийся на темной стороне, последствия трудно предсказать.

– Очень интересно. А ты что думаешь, Люк?

– Когда штурмовики искали двух дроидов на Татуине, Оби-Ван именно так убеждал солдат, что они ошиблись адресом. И что это не те дроиды, которых они ищут. И-таки убедил.

– Аналогичная история случилась со мной на «Лусанкии». Меня тогда разыскивали, и я сделал все, чтобы меня не заметили. Удивительно, однако, получилось.

Глаза Люка изумленно распахнулись:

– Ты хочешь сказать, что тебе удался этот фокус даже без особых навыков?

– А что такого? Это плохо?

– Напротив. Твое признание многое объясняет. Насколько хранитель смог определить, ты обладаешь очень мощными и весьма редкими способностями. По-моему, у тебя врожденный талант. И теперь семена таланта упали в благодатную почву.

– Почва – я?

– Ты-ты.

– Вот уж не думал. Я ведь даже не знаю, как получается. Просто получается, и все тут. Не уверен, что смогу воздействовать на чужое сознание. Хотя на «Лусанкии» последствия для штурмовиков оказались кошмарными. Б-р-р!

– Кейран, наличие таланта – еще не гарантия постоянного успеха. Мне как-то пришлось общаться с Джаббой Хаттом, я хотел выручить друзей. Попробовал повлиять на него, но ничего не получилось. Может, у хаттов мозги не так устроены, а может, у них просто сильная воля, но на них этот фокус не действует.

– Что же, мне теперь всю жизнь твердить, что нельзя поддаваться темной стороне?

– Запомни, Кейран, что сейчас ты самая лакомая добыча для Тьмы. Тьма очень любит тех, кто хочет добиться всего сразу и побыстрее. Ты же принадлежишь к типу наиболее нетерпеливых.

Будь осторожен. В ближайшее время ты сменишь партнера, и я постараюсь определить предел твоих возможностей.

– А в этот предел входит убеждение Ганториса и остальных в том, что наш всезнайка – по сути, пустышка?

– Тьфу! Ты все о том же! – Люк не сдержал улыбки. – Право, детские шалости! Что бы ни случилось, ты все равно останешься пилотом и воином. Пожалуйста, оставь Ганториса в покое. Возможно, вам придется вместе работать. А твоя откровенная антипатия…

– Мастер, мне он действительно не нравится. Ну не нравится! Он напоминает мне одного пилота из Разбойного эскадрона. Мы с Брором Джасом не поладили с первой же секунды, но потом… хорошими друзьями мы так и не стали, но научились понимать друг друга.

Скайуокер укоризненно посмотрел мне в глаза:

– Ганторису пришлось многое испытать. Он умудрился так сплотить народ на Эол Шатак, что они сумели выжить в ужасных условиях. Несмотря на суровый и часто жестокий вид, он не так уж плох. Да, тщеславен, да, честолюбив. Но он никогда не ударит тебя. По крайней мере, физически.

– Вот! А то я уж было пустил скупую мужскую слезу. Но за разъяснение спасибо.

– Возможно, ты поможешь ему.

Меня аж замутило, но я вежливо осклабился:

– Постараюсь.

– Ты должен.

– Если он мне поможет. Если он будет мешать, то все усилия пойдут прахом.

– Договорились! А теперь – к трапезе, к трапезе. Нынче трудный день, трудный для всех. Приступаем к заключительной части курса джедая.

* * *

Последующие дни оказались не хуже. Открытие следовало за открытием. Первое общение с Силой послужило катализатором. Кейран Халкион дорвался до запретного плода, и он оказался сладок. Ох, как сладок.

Было здорово находить в себе новые возможности и с восторгом экспериментировать. Друзья только посмеивались, когда я устраивал невинные розыгрыши. Узнав, например, что Тионне мечтает перекрасить волосы, я удумал недурственную идею…

Посадив красавицу перед зеркалом, начал внушать ей необходимую информацию.

Сменив несколько вариантов, мы остановились на светло-каштановом. Но Тионне так и не решилась сменить имидж. Увы, немного не рассчитал свои возможности. Я переключился на цветы – букеты из свежесрезанных оркид в комнате Кираны Ти теперь каждый час были другого цвета.

Мастер Скайуокер нашел мои эксперименты забавными и полезными. С каждым днем он уделял мне все больше внимания. Во время индивидуальных сеансов я учился концентрироваться и преобразовывать энергию.

Люк настраивал всех слушателей чувствовать себя комфортно и свободно, черпая Силу из окружающих источников. Ни о какой дисциплине не шло и речи – Люк сардонически ухмылялся, когда кто-нибудь из нас требовал придать занятиям организованность и порядок. А зря! Ибо каждый из нас чувствовал Силу по-своему. В итоге очередная встреча превращалась в энергетический бедлам. А Люку нравилось. Видимо, эти дни напоминали ему прежние времена его ученичества.