Я буду первым
Шрифт:
Кристофер нахмурился. Сомневаться в силе Охотника было равносильно плевку в лицо, пусть и в такой завуалированной форме.
— К тебе послали Комиссара.
Молчание Кристофера Шимон понял правильно.
— Чёрт, — выругался тот. Комиссар — человек на службе Семьи, облеченный властью. Не очень хорошо. — Ты знаешь, кто?
— Баба какая-то, больше не скажу.
Кристофер тут же посмотрел в окно. Ева и Артём лепили снеговика. Нет, это не она… Вспомнил слова Медведева: «Женщина, на
— Спасибо, Шимон.
— Бывай, — отозвался друг и выключил телефон.
Мало было проблем с Демоном, теперь ещё и Комиссар, увидевший слишком много. А то, что им была та женщина, Кристофер не сомневался.
Набрал номер Медведева.
— Да, Крис, — грубо отозвался тот. Наверно, отвлёк от чего-то важного.
— Медведев, та женщина, что ты видел, метр семьдесят, короткие чёрные волосы. Ещё раз её увидишь, задержи.
— Хорошо, — ответил он и выключил телефон.
Кристофер устало потёр глаза и вновь перевёл взгляд на окно.
Ева посмотрела на часы. Пора уже заканчивать прогулку. Судя по всему, Кристофер не баловал сына частыми выходами на свежий воздух, и с непривычки мальчик мог заболеть, так что часа на первый раз хватит.
— Артём, пошли домой.
Мальчик сложил кулачки и прижал их себе. Это был жест протеста, Ева уже успела это понять.
— Я проголодалась, — пожаловалась она, — а Дарья, наверно, что-нибудь вкусное приготовила.
Артём отвернулся.
— Так нечестно, мы же друзья и должны заботиться друг о друге, — с упрёком произнесла Ева, и Артём повернулся, пошёл к дому и открыл дверь.
— Покажи мне свои ножки, не промокли?
Ева присела рядом и сняла с мальчика ботинки.
— А ручки не замёрзли?
Артём покачал головой.
— Молодец, завтра, если будет хорошая погода, мы ещё погуляем и слепим второго снеговика. Иди к себе в ванную и помой руки с мылом, — сказала Ева, и, когда мальчик ушёл, пошла в гостевую уборную. Помыла руки и умылась прохладной водой. В глаза словно песка насыпали, а голова кружится — верные признаки недосыпа.
— Ты хорошо обращаешься с детьми.
За спиной стояла Дарья.
— Артём — чудесный мальчик.
Женщина согласно кивнула:
— Но у тебя нет детей?
— Нет, и не будет, — ответила Ева резче, чем следовало бы. — Прошу извинить, мне нужно переодеться, — остановилась на мгновение на пороге. — И я вам буду очень признательна, если вы попросите Кристофера пообедать после нас.
— Ева, это его дом.
— Да, — кивнула она и пошла наверх переодеться.
Кристофер, как ни старался, но уснуть не мог, и, едва он услышал, как Ева после обеда уложила Артёма спать и спустилась в кухню, он пришел к ней:
— Я думал, он уже большой, чтобы спать днём.
— Набегался, устал… —
Кристофер прошёл в кухню и сел за стол. Несмотря на уставший вид, девушка выглядела прекрасно. Под тонкой тканью хлопкового костюма угадывалось подтянутое тело, упругая попа, стройные ноги. Изящные руки, ухоженные ногти… Почему-то Кристофер не обратил на это внимания в их первую встречу, но у Евы были коротко подстрижены ногти — верный признак медицинского работника.
— Почему ты собираешь волосы в пучок? — спросил он совсем не то, что хотел.
— Дети боятся длинных волос, боятся, когда не видно лица, — тихо ответила она и села рядом, протягивая Кристоферу кружку с кофе. — Как Артём получил травму?
— Это не твоё дело, — грубо ответил он.
— Моё. Артём тебя боится, и я хочу знать, почему, — уверенно произнесла Ева и подняла уставшие глаза на мужчину.
— Что за бред. Сын не боится меня.
— Ты ответишь на вопрос?
Кристофер скрестил руки на груди и отвернулся. Каждый, кто работал с Артёмом, желал покопаться в грязном белье его семьи. Трезвым умом он, конечно, понимал, что они интересуются не ради любопытства и им действительно это надо знать, но то, что сын его боится, слышал впервые.
— Он увидел смерть матери.
— Насильственную? — спросила Ева таким тоном, словно заказывала десерт в ресторане и интересовалась, насколько он вкусный.
— Да.
— Но… это же не ты убил её?
— Конечно же, нет! — возмутился Кристофер. Но Ева никак не отреагировала на грубый тон и задумалась.
— Я так понимаю, просить, чтобы ты рассказал мне, как всё было, бесполезно? — спросила она спустя минуту.
— Верно.
Раздался телефонный звонок, и Ева вздрогнула от неожиданности. Крис поднёс трубку к уху:
— Да.
— Крис, — отозвался Медведев на другом конце. — Наш вервольф сегодня прошёл инициацию.
— Это хорошая новость. Теперь он может идти домой.
— Да, да… и я нашёл твоего высокого с чёрными волосами. Ты был прав, он прилетел неделю назад. Давид Абринко.
Кристофер фыркнул. Дурацкое имя для демона.
— Пытаюсь найти, где он остановился.
— Хорошо. А что насчёт женщины?
— Глухо, её никто не помнит, — ответил Медведев.
Кристофер поблагодарил его и выключил аппарат.
Ева молча пила кофе и клевала носом.
— Иди, отдохни.
— Нет, я лучше сегодня пораньше уйду. Артём проснётся, мы немного позанимаемся, и я поеду. Завтра во сколько мне приехать?
— Мы, кажется, договорились, что первое время ты будешь работать, только когда я дома, — недовольно пробурчал Кристофер.
— Ага, и ты в первый же день оставил меня одну со своим сыном на ночь. Ну, так во сколько?
— Я в девять уеду, ты можешь приезжать, когда хочешь, только Дарью предупреди.