Я - Ангел
Шрифт:
– Но… - хотела воспротивиться Маша.
– Никаких но! – заявила Валентина, доставая коробку из под кровати.
– Вау! – воскликнули все хором, любуясь кружевным белым чудом.
– Маша, в срочном порядке примеряй платье, не то потом можешь причёску помять! – приказала Ирина.
– Мне нельзя, мама просила об этом, это нехорошая примета.
– Что касается примет, - философски рассудила Людмила, - то ты и так уже всё и вся нарушила, а это говорит о том, что твоя судьба с этой минуты меняется, в лучшую сторону естественно. Я не права?
Маша
– Тётя Люда правильно говорит. Если бы мама была сейчас здесь, она бы тоже согласилась с её словами.
Пока Маша переодевалась, Людмила критически оглядела поблёкшие следы от синяков на теле.
– Или это мазь подействовала, или же твой организм и вправду сам исцеляется, - порадовалась она. – А что б и они не бросались в глаза, мы их заретушируем под слоем косметики.
У Риты оказался глаз алмаз, платье было словно специально сшито по Машиной фигуре, и когда в довершение ко всему она надела на ноги туфли кремового цвета на высоких каблуках, все потрясённо ахнули. Стройные Машины ноги грациозно проступали сквозь длинные разрезы платья по бокам, очень эффектно смотрелась грудь из глубокого разреза декольте.
Маша стеснительно прикрыла грудь рукой и залилась краской.
– Я выгляжу в этом платье, как проститутка, - призналась она девушкам.
– Кто тебе это сказал? – возмутилась Людмила.
– Мне бы мама так моя сказала.
– Мама бы так не сказала, - вступилась за мать Валька, - она бы сейчас гордилась тобой. Ты самая красивая из всех девушек на Земле. Вот!
– Устами младенца глаголет истина!
– философски заявила Ирина. – Но мы забыли о главном. Пора приступать за причёску, не то голова с бигудями на фоне этой красоты смотрится, скажу вам, далеко не очень.
Когда с причёской шло к завершению, в дверь постучали.
– Вы скоро там? – поинтересовался Сергей.
– Что же вы все нас торопите, словно на пожар? – не удержалась, что не съязвить Валентина.
– Время поджимает. Все волнуются. Уже и машины готовы.
– Передай всем, что невеста скоро будет готова, но заранее прошу в обморок не падать, – объявила Людмила.
– А чего это вдруг и в обморок? – хихикнула Ирина.
– Ну, это я так для слова. Они же ещё не видели, что мы сотворили.
– И букета не видели, - подтвердила слова Людмилы Надя.
Наконец, с причёской было готово. По открытым плечам невесты струились густые каштановые локоны, на высоком лбу маленькие кудряшки придали Машиному лицу кокетливость и одновременно аристократичность.
– Маш, а у тебя в роду никого не было из голубых кровей? – спросила Ирина, любуясь преобразившейся до неузнаваемости Машиной внешностью.
– Каких голубых?
– Ну, графов, князей. Ты всей своей статью напоминаешь их.
– Нет, не было, – Маша смутилась. – Я только в спектаклях играла княгинь разных и мне все говорили, что у меня это всё получалось естественно.
– Нет, дорогая моя Маша, - не согласилась Ирина, - в тебе это не театральное, не наигранное, это нечто
– Девочки, мне, кажется, - Людмила критично оглядела Машу, - что фата будет излишней. Вместо неё прикрепим в волосы венок из мимоз.
Людмила оказалась права. С венком из живых цветов, наряд невесты стал смотреться ещё богаче и насыщеннее. Людмила сунула Маше букет и подтолкнула к двери.
От направленных пристальных взглядов, по коже Маши прокатилась волна неприятных мурашек, они сковали тело, и ещё какой-то миг и она бы, наверное, не удержав равновесие, упала. Сергей вовремя подхватил Машу на руки и пылко и страстно воскликнул:
– Машенька, выходи за меня замуж.
Рита с плохо прикрытой завистью елейно заулыбалась Маше.
– Как же я рада, что ты надела это платье, и букет цветов, он просто шикарный.
– Серёга, твоя жена редкой красоты женщина, - заявил Леонид, не сводя с Маши жадно восхищённого взгляда.
– Нашёлся что сказать! – рявкнула на мужа Рита.
– Маш, если бы Серёга не был моим дядей, - поспешил высказаться Санёк, явно подкалывая мать, - я бы точно увёл тебя прямо из под венца.
– Ты бы лучше о своей Ляле думал! Сам без пяти минут как жених, а туда же лезет, - возмутилась Рита.
– Красота, она и есть красота, - заявил Степан. – Эх, если мне эдак лет с двадцать сбросить, то я бы и сам не прочь…
– И этот туда даже старый дурак, - встала в защиту дочери Екатерина.
Рита благодарно улыбнулась матери и поспешила сменить тему разговора.
– Пора выдвигаться из дома. Молодые со свидетелями поедут на Волге до Загса, ну а мы все сразу к ресторану.
– Тётя Рита, а мы разве не поедем до Загса?
– расстроилась Надя.
– Никаких излишеств не будет, так что садимся в отцову машину, ну а остальные… - Рита кивнула в сторону друзей Сергея и девушек из салона, - в автобус, и едем к ресторану, где и будем дожидаться молодых.
За воротами, украшенная алыми лентами, стояла чёрная Волга. Впереди на капоте была привязана кукла в развевающейся на голове фатой. Рядом с Волгой стояли машина Степана и автобус. За воротами оказалось столько много желающих поглазеть на невесту, что Маша невольно замедлила шаг. Сергей, недолго думая, подхватил её на руки и под сопровождением рукоплесканий собравшегося народа, направился с драгоценной ношей к Волге. Тоня с Саней, свидетелем Сергея, уже сидели в машине. Маша вспомнила о своей сестрёнке и метнулась к дверям.
– Она же никого здесь не знает. Я должна забрать её. Выпустите меня.
– За ней и Надей присмотрит Костя, - успокоила Машу Тоня.
Леонид пробормотал в ответ что-то доброжелательное, Волга мягко дёрнулась с места и понеслась по направлению к Центральному Загсу.
Около Загса было оживлённо и празднично. Машины, украшенные свадебными нарядными лентами с куклами на капотах, и много пар молодых людей, стремящихся узаконить свои отношения в браке, заметно подняли Машино настроение. Они вышли из Волги и направились к дверям Загса.