Wing Commander: Место боя

Виконтов Дмитрий

– Порядок, - тихо вздохнул Джеймс, пытаясь сдержать мелкую дрожь в руках.
– Надеюсь, что порядок.

– Ну, тогда держись!..
– хлопнул по плечу Джеймса Николас и опустился в кресло.

Поднимаясь на помост и идя к ректору, Джеймс пытался вспомнить, когда он в последний раз трусил подобным образом. "Наверное, когда сдавал документы на поступление в Академию, пусть это было почти десять лет назад", - мысленно усмехнулся он, что совсем не соответствовало его внутреннему состоянию.

– Да, сэр, - по крайней мере, голос не дрожал.

– Ваш жетон, - прежним жестом протянул руку ректор. Джеймс, опуская

жетон, вдруг заметил, что его дрожь ушла, вместе с нервотрепкой. Что портило ему настроение - это гнусное выражение Артура и Кетти. Переведя взгляд на куратора группы, Джеймс с чувством легкого отвращения заметил такую же сильную неприязнь на ее лице.

– Ваш номер?

– 25.48

Незаметно вздохнув, Джеймс посмотрел на галерку. Там он заметил сидящего отца Артура Крайса в форме космоштурмана, а двумя рядами ниже родителей Николаса и Тани. На мгновение глаза Джеймса увлажнились, когда он вспомнил своих родителей, погибших через пару месяцев после того, как он поступил в Академию, но внезапно раздавшийся под ухом изумленный голос ректора прервал его печальные воспоминания.

– Что такое?
– в растерянности он смотрел то на свой экран, то на Джеймса.
– Коллеги, посмотрите, я в замешательстве… - ткнув пальцем в клавиатуру, он повернулся к экрану за спиной. Джеймс автоматически повернулся, проследил за его взглядом и, когда до него дошел смысл написанной информации на спроецированном экране, - просто остолбенел; судя по шуму в зале, там были поражены не меньше. Все смотрели на большой экран, где горели числа: 1.02.25.48.

В первые секунды Джеймс не мог понять ничего, но затем внезапно в голове все стало на свои места: 1 - условное обозначение Военного Совета, 02 - практически высочайший приоритет. Это означало, что запрос был оформлен Военным Советам, который, в принципе, не должен был иметь ни малейшего отношения к ВАК. От подобного поворота событий его моментально прошиб пот, и вновь проснулась неприятная дрожь в руках, зато хоть какое-то удовлетворение доставила физиономия Крайса и этой светловолосой стервы Кетти.

– Какой у вас был средний бал по аттестации?
– вновь прервал его мысли ректор.

– Э..э, 93, сэр.

– А по пилотажу истребителей?
– вмешался второй проректор.

– Сто пять.

– Сколько?

– Сто пять баллов, сэр.

– По двухсот балльной системе?
– уточнил ректор.

– Нет, сэр, по сто двадцати балльной, и был вознагражден изумленным взгляд Бентаре. Недоверчиво глядя на него, ректор на минуту задумался, а затем обратился к матери Кетти, чье лицо выражало едва ли не большую растерянность, чем лицо ее дочери.

– Вы куратор этой группы?

– Д..да, сэр.

– Почему мне не было сообщено про его успехи в области пилотажа истребителей, как я того требовал?

Побагровев, она опустила голову, старательно избегая его взгляда. Бентаре криво усмехнулся и повернулся к своему компьютеру. Набрав код дешифровки, он подхватил выползший диплом и медленно несколько раз прочитал последний абзац; вокруг царила мертвая тишина, а Джеймс, ошеломленный случившимся, ждал развязки. Наконец, просмотрев диплом в последний раз, Бентаре спросил Джеймса, не поднимая глаз:

– Тебе известно о происшедшем в секторе Фито-12?

– Да, сэр, известно.

– Тогда тебе должно быть известно, что сектор Дакота окружен с трех сторон войсками противника?
– на этот раз он посмотрел Джеймсу прямо в глаза;

находящаяся в состоянии легкого шока аудитория сидела без единого звука.

– Да, сэр, это мне извест… - ответил Джеймс, так же пристально глядя на ректора. И внезапно в голове появилась невероятная догадка, от которой у него на миг помутнело в глазах.
– Сэр, вы хотите сказать, что меня назначают… назначают?..
– едва двигая побелевшими губами, выдавил из себя юноша.

Испустив короткий вздох, ректор поднял диплом и, как того требовала традиция, зачитал последний абзац:

"На основании запроса Военного Совета N2945, согласно решению Главного Координационного Совета Конфедерации от 2383.7.25, выпускник Высшей Академии Космонавигации Джеймс Ли Твист направляется на обучающую базу системы Мотор. После завершения курса адаптационного обучения Джеймс Ли Твист будет направлен в сектор Дакота для прохождения действительной военной службы на боевой базе "Гетман Хмельницкий" в звании младшего лейтенанта вооруженных сил Конфедерации. Решение Совета должно быть приведено в исполнение в течение пяти дней с момента получения диплома".

Сказать, что зал был шокирован, - значит, ничего не сказать. Подобного здесь еще не происходило с тех пор, как Академию возглавил Бентаре - солдат для боевых баз всегда набирали в специальных военных училищах и летных школах, а из Академии Космонавигации еще ни разу не забирали выпускника на фронт. Даже сам ректор выглядел озадаченным, не говоря уж об остальных членах правления, а в зале - те вообще перестали что-либо понимать. Джеймс же смотрел прямо в глаза ректору, пытаясь свыкнуться с тем, что ему сообщили: он отправляется на место боевых действий Конфедерации и Империи Килрач. И не просто на военную базу, а на легендарный "Гетман Хмельницкий", свыше десятка лет ставившую палки в колеса всем планам килрачей в том регионе.

В памяти всплыл макет базы, когда-то висевший в его комнате: длинный и громоздкий трапециевидный корпус с вытянутым раздвоенным грузовым стабилизатором. Перед глазами промелькнули до мельчайших деталей знакомые истребители с военным гербом Конфедерации - меч под полумесяцем планет - на борту, и Джеймс представил, как он садится в подобный космолет, чтобы вместе с прославленными пилотами боевых звеньев, отправляется в бой против фанатиков -килрачей. На его лице как в зеркале отразилась вся гамма чувств, что не прошло мимо опытного взгляда экс-адмирала Бентаре, в прошлом когда-то начинавшего свою карьеру подобным образом на маленькой базе около Земли. Задумчиво покачав головой, он припомнил те дни и с симпатией посмотрел на взволнованного юношу: "Полон задора и, наверно, мечтает о сражениях", - мелькнула мысль и тут же пропала. Но теплое чувство осталось.

– Когда-то я начинал с такого же звания, правда, не в системе Дакота, - словно повторяя свои мысли, негромко, так чтобы расслышал только Джеймс, произнес ректор.
– Ты знаешь, что впервые встретил килрачей лишь в сражении при Церере шестьдесят восемь лет назад?

– Нет, сэр, - оставил бесполезные попытки справиться со своим голосом Джеймс.
– Мне не говорили об этом. Неужели это правда?

– Да, это правда. Я хотел бы поговорить с тобой после церемонии. Зайди ко мне в ректорат, я буду ждать тебя, - сказал Бентаре. Улыбнувшись, он положил руку на плечо юноше и повысил голос, говоря уже для всех остальных: