Взрыв

Хантер Э. К.

Тем не менее, было разумно рассказать об основах, даже малейший намек на информацию мог оказаться полезным для уничтожения этой пизды. И я не собирался просто так валить его с ног.

Я собирался уничтожить его.

Подойдя к дому, Райли поколебалась всего секунду, прежде чем открыть калитку и пойти по тропинке, пролегавшей через заросший сад. Когда мы подошли к входной двери, которая, казалось, могла открыться от малейшего толчка, мы с Эшем осмотрели местность, убеждаясь, что угрозы нет.

Райли громко постучала в дверь, и старику не

потребовалось много времени, чтобы открыть ее. Леонарду было под шестьдесят, но годы курения и пьянства обветрили его кожу, из-за чего он казался на много лет старше своего фактического возраста. Его лицо было покрыто темными пятнами, белки глаз приобрели желтый оттенок, а от грязной одежды разило сигаретами.

Добрая улыбка появилась на его лице, когда он увидел Райли, прежде чем настороженность сменилась, когда его взгляд упал на Эша и меня, защищающих ее.

– Э-э-э... чем... чем я могу вам помочь, мисс?
– сказал он, сосредоточив свое внимание на Райли.

– Вы мистер Дженкинс?
– спросила она с теплотой в голосе.

– Да, кто вы?
– ответил он, его глаза снова метнулись к Эшу и мне.

– Меня зовут Клэр, я надеялась, что вы сможете помочь мне с некоторой информацией о моем брате, я полагаю, раньше он жил по соседству с вами. Его воспитали Кэрол и Энтони Браун много лет назад, - сказала Райли, ложь легко слетела с ее языка.

Она была против того, чтобы притворяться сестрой Джона Андерсона, когда я сказал ей, с кем мы собираемся встретиться, но она также знала, чем рискует, если мы раскроем, кто мы на самом деле.

– Ох, - ответил Леонард, его тон сменился с настороженного на веселый.
– Да, я хорошо помню Браунов. Пожалуйста, заходите внутрь.

Не дав нам возможности возразить, он повернулся и пошел по коридору. Райли повернулась, чтобы посмотреть на меня, ее бровь вопросительно приподнялась, но я кивнул ей и мягко подтолкнул ее следовать за мной. Ей нечего было бояться. Не то чтобы я хоть на секунду подумал, что Леонард создаст нам проблемы, но он был бы мертв, если бы хотя бы попытался поднять на нее палец.

В доме пахло несвежими сигаретами, и интерьер нуждался в ремонте больше, чем снаружи. Обои отваливались от стен, ковер был потертым, и когда он провел нас в гостиную, диваны были изъедены молью и покрыты пятнами.

Райли поморщилась, увидев предложенное ей Леонардом место, но быстро взяла себя в руки, улыбнулась и села, а мы с Эшем расположились по бокам от нее.

– Кто, э-э-э, кто это такие?
– спросил Леонард, и его глаза снова стали настороженными, когда он оценил размеры нас двоих.

– О, простите. Это мой жених, Джеймс, - сказала она, положив руку на бедро Эша и мгновенно выведя меня из себя.

Маленькая шалунья заплатила бы за это.

Эш на мгновение напрягся, но, не желая выдавать наше прикрытие, продолжил, положив свою руку поверх ее.

И за это он тоже заплатит.

– А это мой друг, Барни, - сказала она, указывая на меня.

Гребаный Барни. Из всех имен, которые

она могла подобрать для меня, она выбрала Барни?

– Что ж, приятно познакомиться, - сказал Леонард, улыбаясь нам троим, прежде чем переключить свое внимание на Райли.
– Итак, кто твой брат? Кэрол и Энтони воспитали несколько детей за то время, что жили по соседству со мной.

– Был, - сказала она, проделав чертовски хорошую работу по изображению раскаяния в том, что ее фальшивый брат мертв.
– Его звали Джон. Джон Андерсон. Его взяли на воспитание мистер и миссис Браун, когда ему было девять.

– Ах, да! Я помню Джона, - просиял Леонард, откидываясь на спинку кресла.
– Он был тихим мальчиком, почти не разговаривал. С ним что-нибудь случилось?

– Его застрелили на дежурстве около полугода назад, - ответила она с ноткой яда в голосе, которую вы услышали бы, только если бы знали Райли так, как я.

– О, мне так жаль это слышать, - ответил Леонард, сочувственно улыбаясь ей.
– Я должен сказать, что из всех их детей я был больше всего удивлен, что он присоединился к полиции.

– Спасибо, - ответила она сквозь стиснутые зубы. Незаметно, чтобы Леонард не заметил, я завел руку ей за спину и положил на поясницу, надеясь, что это успокоит ее. Она напряглась, но через мгновение ее тело расслабилось, как будто мое простое прикосновение заземлило ее, и она, наконец, убрала руку с бедра Эша.
– У меня не было возможности встретиться с ним, поэтому он никогда не знал, что у него есть сестра. Но я выслеживала людей, которые могли знать его, я хотела знать, каким он был. Мне удалось поговорить с некоторыми коллегами, но вы первый человек, которого мне удалось найти, кто мог бы пролить свет на его детство.

Меня должно было беспокоить то, с какой легкостью Райли поддерживала ложь, но я гордился своей девушкой за то, что она и глазом не моргнула, когда заводила старину Леонарда.

– Хм, ну, боюсь, я не уверен, что смогу сильно помочь. Как я уже говорил, Джон был тихим мальчиком. Тебе бы лучше выследить другого мальчика, который воспитывался вместе с ним, они были такими же ворами. Я не могу сейчас вспомнить его имя, - Леонард сделал паузу и потер подбородок.
– Саймон! Кажется, его звали Саймон Эванс.

Это был первый раз, когда мы услышали имя этого парня, но в этом не было ничего удивительного. Кто-то, предположительно Торн, проделал чертовски отличную работу, удалив все записи с именами детей, которых воспитывали Брауны. Майкл Такер был единственным именем, которое нашел Айзек, мой частный детектив, когда впервые начал пытаться выяснить, кто такой Джон Андерсон. К сожалению для Айзека, его поиски информации привели к его смерти от рук Торна.

– Саймон был единственным ребенком, который жил с Кэрол и Энтони, когда с ними жил Джон?
– спросил я, подаваясь вперед с нескрываемым любопытством. Если бы этот Саймон Кид был все еще жив, он был бы лучшим источником информации о Торне, чем Леонард.