Взгляд
Шрифт:
– Прекратите!
– крикнул психиатр и резко утопил пальцами тревожную кнопку. В кабинет ворвались охранники, дежурившие за дверью.
– Держите его, - сказал Циммерман, - у него истерика.
Несколько крепких чернокожих мужчин скрутили Стива, один обхватил его за шею и грудь, так что у него потемнело в глазах и перехватило дыхание, а другой заломил ему руки.
– Эй, вы меня слышите?
– врач щёлкнув пальцами у Стива перед лицом. Стив кивнул и промычал нечто нечленораздельное.
– Хорошо, дайте руку, я сделаю укол, и вам станет легче.
Санитар освободил левую руку Стива, и тот
Стив ощутил, как боль, сковавшая его разум колючей проволокой, рассыпалась белыми лепестками. Медленно кружась, они падали вниз, в бесконечную пропасть. По телу разлилось приятное спокойствие, на лице проступила равнодушная улыбка, взгляд затуманился, чувства притупились, тело обмякло.
– Спасибо...
– заплетающимся языком прошептал он.
Санитары взяли Стива под руки и отвели в камеру, где он, лёжа на кровати, смотрел в потолок и зевал. Прошлое, настоящее и будущее переплелись в наркотическом экстазе. Его сознание рассыпалось на части, словно разбитый витраж в заброшенном храме.
'Музыка!
– вдруг вспомнил он.
– Я увлекался музыкой.'
Стив обрадовался, словно ребёнок, нашедший пыльный, потускневший со временем, но всё ещё целый фрагмент мозаики, который он считал давно утерянным, - и вставил его на место. Он осторожно прошёлся пальцами по невидимым клавишам и услышал музыку.
Стив хотел сыграть что-нибудь знакомое, но 'До' первой октавы всё время западало. Он нажал сильнее, и клавиша провалилась вниз. Внезапно другие клавиши с лёгким дребезжанием начали проваливаться в корпус пианино сами по себе, словно неведомая сила тянула их вниз. Стив резко отпрянул, а пианино начало рассыпаться в пыль. Он оглянулся и увидел, что стены комнаты увешаны часами. Все они показывали разное время, но их секундные стрелки двигались синхронно. Вдруг часы стали плавиться и стекать вниз, слово ожившие картины Сальвадора Дали. Пол провалился и исчез. Капли часов вытягивались в длинные гибкие струны, они закручивались огромной спиралью в чёрной глубине Космоса. Стив падал вниз вслед за ними, всё быстрее и быстрее, пока бездна не поглотила его.
Проснулся он с туманом в голове и ноющей болью в теле. Воспоминания вчерашнего дня напоминали рваное лоскутное одеяло. Он кое-как сполз с кровати, доковылял до раковины, подставил лицо под холодную воду. Лишь тогда его сознание прояснилось.
После завтрака его вновь повели к психиатру. Оказавшись в знакомом кабинете, Стив не стал ждать приглашения, а сразу сел напротив врача. На этот раз с него не стали снимать наручники.
– Продолжим, - сказал врач, когда охранники ушли.
– Как вы себя чувствуете?
– Лучше, правда, голова немного мутная, наверное, из-за уколов.
– Хорошо, расскажите мне наиболее запомнившийся случай из вашей жизни за последнее время. До событий в нижнем мире. Что вам врезалось в память? О чём вы вспоминаете чаще всего?
Стив закрыл глаза и задумался.
– Это было несколько лет назад. Вечером после работы я поехал в магазин музыкальных инструментов. Я был очень голоден, а магазин находился в другом районе, так что когда я приехал, у меня сильно разболелась голова. Конечно, у меня не было свободных денег, мне нужно было оплатить съёмное
Я ехал через весь город к себе домой, и, знаете, о чем я думал? Мой отец никогда не ходил со мной в магазины. Черт, я и представить себе не мог, что можно вот так придти в магазин с отцом в семнадцать лет и купить электрогитару!
– Видите, - удовлетворённо сказал психиатр, - вы сами пришли к ответу! Конфликт с родителями, их безразличие к вашим проблемам, а после несоответствие реальной жизни вашим ожиданиям - всё это и стало главной причиной ваших галлюцинаций. Спасаясь от переживаний вы ушли в выдуманный мир. Теперь вы понимаете, что ничего этого не было?
Стив посмотрел на его умиротворённое немного полное лицо, от врача пахло кофе и лосьоном после бритья. Широкие зеркальные очки совсем не шли ему. Скорее всего за ними был айг, который прекрасно видел Стива. Но Стив не видел его, а если он его не видел, то можно было сделать вид, что его там и не было.
Мысли, высказанные психиатром, были очень здравыми и заманчивыми. Что, если он прав и ничего этого не было? Стиву казалось, что ещё немного, и он согласится с ним.
Внезапно он осознал, что если признает все свои рассказы выдумкой и игрой воображения, то потеряет последнюю связь с реальностью. И тогда, он впрямь сойдёт с ума.
'Нет, всё это было реально', - повторил он про себя несколько раз, словно мантру.
– Мне бы очень хотелось, - медленно начал Стив, - чтобы всё, что со мной случилось, оказалось галлюцинацией, сном, ночным кошмаром, чем угодно, лишь бы не правдой...
– Это и не было правдой, неужели вам ещё не ясно?
– Но я же видел, своими глазами!
– закричал Стив.
– Иногда наши глаза, вернее наш мозг, обманывает нас, и нам кажется, что мы видим невозможное.
– Почему вы считаете, вправе решать, что возможно, а что нет?
– перебил его Стив.
– Откуда вы знаете, что происходит, когда вы закрываете глаза?
– Ну, это очень легко проверить. Если я позову ещё несколько человек, и мы будем моргать попеременно, то сможем увидеть, что происходит, когда другой человек закрывает глаза. В конце концов можно установить кинокамеру. Это называется научным методом. Так что, если вы хотите убедить меня в своей правоте - покажите мне что-нибудь из ваших рассказов или по крайней мере приведите пару человек, подтверждающих ваши слова.
Стив молчал, уставившись в одну точку.
– Ну хорошо, - сказал врач, - давайте я вам объясню. Вы всю жизнь боялись смерти, и раз - приходит некое существо из параллельного мира и предлагает вам вечную жизнь. Вы нигде не были, и раз - оно предлагает вам путешествие в неизведанный мир. У вас не было любимой женщины, и раз - оно создаёт вам девушку из ваших желаний, причём она любит вас искренне и сама строит ваши отношения. Не слишком ли много совпадений, мистер Уэлш? Вы объясняли их особыми способностями вашего 'айга', но на самом деле айг - это ваше сознание.