Вызов
Шрифт:
Я не поняла его ремарки и вопросительно выгнула бровь, получив неудовлетворительный, но зато честный ответ:
— Мы с тобой кто угодно: партнёры, друзья, любовники, но не муж и жена. Семья — это нечто другое. Так кто я для тебя, Белль?
На душе гадко заскреблo. Что он хотел от меня услышать, когда сам так и не сказал, кем для него являюсь я? Выходит, я просто друг, партнёр и любовница?
Мне стало так обидно, что я даже ответить сразу не смогла.
— Ты сам заварил всю эту кашу, а теперь еще чем-то недоволен.
— Недовольство — не то чувство, которое я сейчас испытываю.
— Что
— Всё, Белль, — грустно улыбнулся Хард и повернул ко мне своё лицо. — Ты… всегда делаешь глубокий вздох, прежде чем сказать что-то важное; у тебя за левым ухом маленькое родимое пятнышко, похожее на звёздочку; ты любишь сырный хасси; обожаешь попьеты с кнельным муссом и пьёшь маарджи без сахара. Ты не носишь высоких каблуков, потому что под конец дня у тебя от них гудят ноги, и ненавидишь платья с блёстками и вышивкой, как и тяжёлые украшения с большими камнями. Ты мечтательно и глупо улыбаешься, когда слушаешь джаз, и твои глаза меняют цвет в зависимости от твоего настроения. И есть еще тысяча мелочей, которые я могу о тебе рассказать, начиная от размера твоей одежды и заканчивая предпочтениями в стиле. Можешь ли ты сказать обо мне хотя бы то, какой я предпочитаю напиток по утрам?
Я растерялась и удивлённо распахнула глаза, уставившись на Грэя.
Ург, я понятия не имела, что он любит! И можно было оправдаться тем, что у меня не хватило времени, чтобы узнать его получше. Но беда в том, что у меня было много возможностей расспросить об этом Зэда, а я не сделала этого… Наверное, потому, что мне было неинтересно. Я как должное принимала от Харда знаки особого внимания, даже не пытаясь ответить ему тем же.
И я еще укоряю отца в эгоизме. Да я сама такая же!
— Прости, — сглотнув тугой комок в горле, шепнула я. — Я не знаю, какое твоё любимое блюдо или цвет. Ужасно, правда? Но я попытаюсь исправиться. Давай сегодня пообедаем вместе, и ты мне расскажешь.
Грэй усмехнулся и недоверчиво качнул головой:
— А разве в обед ты не поедешь к отцу или брату?
— Я попытаюсь посетить их раньше. Что-нибудь придумаю, — уверенно заявила я, но судя по выражению лица мужа, он в этом сильно сомневался.
— Хорошо, я заеду за тобой. Дай мне знать заранее, если у тебя будет не пoлучаться.
Могу сказать, я приложила максимум усилий, чтобы у меня получилось выкроить время и для Грэя.
Во-первых, пользуясь тем, что я начальница, сразу дала задание секретарям подобрать для меня все материалы, которые просил отец. Во-вторых, сократила время своих совещаний и, благодаря Зэду, успела слетать сначала в особняк, чтобы сварить маарджи, а затем и в клинику к отцу. На обратном пути я переговорила с доктором Вайтимом о состоянии Лиама, и когда вернулась в офис, до приезда Харда ещё оставалось полчаса, которые я потратила на видеоконференцию с начальниками производств.
Мне кажется, Грэй до конца не верил, что я не отменю нашу совместную трапезу.
У него было такое лицо, когда я подошла к его лайкроуту с вакуумным боксом и двумя термокружками… Забавное. По крайней мере, я запомнила, как выглядит озадаченный Грэй Хард.
— Что это? — подозрительно косясь на бокс, который я поставила ему на колени, пoка садилась в кресло, спросил муж.
— Это наш обед, —
— Семь минут, — насторожился Грэй.
— Отлично! Тогда вперёд! Покажу тебе своё любимое место. Мы с мамой часто прилетали туда на пикник.
Хард молча завёл двигатели и, как и обещал, через семь минут мы приземлись на парковочном месте посреди высоких ракханов, ласково шелестящих серебристой листвой.
Сбросив туфли, я подхватила кружки и, пока Грэй отключал приборы, вылезла из аппарата, прохаживаясь босыми ногами по изумрудно-зелёной траве.
— Обуйся, — заблокировав лайкроут, буркнул муж, протягивая мне мои туфли. — Можно наступить на что-то острое и поранить ноги.
— Не будь занудой! Меня мама сюда с трёх лет возила, и мы всегда ходили с ней по траве босиком! Снимай лучше свои броги* и иди за мной.
Туфель Хард не снял, но покорно поплёлся за мной следом, в одной руке удерживая бокс с едой, а в другой мою обувь.
Вид открывшегося взору озера с плавающими на его поверхности птицами заставил мужчину oстановиться лишь на миг. Он как-то понимающе улыбнулся, а потом ироничнo уточнил:
— Сидеть, я так полагаю, ты собралась на сырой траве?
— Почему на траве? — прищурилась я. — У нас есть твой пиджак.
ард приподнял брови, а затем стал смеяться.
Ну вот, это уже другое дело! А то не нравится мне его мрачное настроение.
Пока он стелил свой пиджак, я распаковала еду и, торжественно вручив мужу кружку, опустилась на землю, вытянув вперёд скрещённые в лодыжках ноги.
Он сел рядом, а я достала из коробки большой увесистый ролл из фиксовой муки с начинкой.
— Здесь твой любимый тачитос с острым соусом, салатом и двумя видами прожаренного мяса! — объявила я. Название блюда мне подсказал Зэд, как и место, где его можно заказать. — А вот маарджи — мой фирменный. Так что если понравится — буду знать, какой напиток готовить тебе по утрам.
Грэй несколько секунд молча на меня смотрел, потом открыл крышку, отпил маарджи и довольно пророкотал:
— Мне уже нравится.
В кармане моего костюма, как назло, завибрировал исэйнж, и я беспомощно посмотрела на мужа, извиняясь за очередную помеху.
Опять звонил Паури, потому что отцу нужно было мне соoбщить, чтобы я подготовила для него отчёты по двум заинтересовавшим его компаниям. И пока я всё это выслушивала, Хард терпеливо ждал, неспешно поедая тачитос и запивая его горячим маарджи.
— Слушай, а почему тебе никто не звонит? — закончив разговаривать с папой, вдруг озадачилась я. Нет, серьёзно, я не помню, чтобы во время наших с Грэем встреч его кто-то беспокоил, а он однозначно был более востребован и занят, чем я.
— Потому что я отключил свой гаджет, — дожёвывая ролл, поведал муж.
— А если это что-то очень важное?
В зелёных глазах мягко вспыхнули насмешливые искорки, возвращая мне того Грэя, от которого было очень сложно отвести взгляд.
— Во-первых, сoмневаюсь, что это может быть что-то более важное, чем ты, а во-вторых, если это очень нужно, тo Зэд и Бэкк всегда знают, как меня найти.