Выстрел издалека
Шрифт:
– Нет, я подожду. – Говард услышал, что гимн подходит к концу, затем в наушнике раздался приказ Секретной службе готовиться к сопровождению премьер-министра и первой леди вниз, на поле, где менеджер команды «Иволги» вручит им мяч. – И поскорее, Энди, пожалуйста.
Патрик Фаррелл посмотрел вниз, чуть-чуть изменил скорость и развернул нос дирижабля против ветра. В результате маневра произошло боковое смещение, после которого он попытался поравняться с углом аллеи и шоссе, следуя коротким указаниям Бейли.
– Еще немного влево, так, хорошо, – командовал Бейли. – Еще шесть футов. –
Фаррелл уменьшил обороты двигателей. Индикатор спутниковой системы уже некоторое время не менял своих показаний, что лишь подтверждало точность производимых Фарреллом маневров. Остальное делалось по командам Бейли.
– Есть, тютелька в тютельку, – произнес наконец Бейли. Фаррелл отер лоб тыльной стороной ладони, и напряжение ушло. Сверху пилоту было видно, как агенты Секретной службы стягиваются к месту подающего.
Джокер сделал большой глоток из банки «Будвайзера». На его вкус пиво было слишком теплым, но алкоголь сейчас требовался его организму больше, чем свежесть. Один из агентов Секретной службы пялился на него во все глаза, как будто хотел что-то сказать, но Джокер показал пальцем на значок, болтавшийся у него на шее. Осушив банку, он кинул ее себе за спину. Толпа взревела и захлопала, как только отзвучали последние звуки гимна. Беспокойный голос в ухе сообщил, что Краснобай вышел из ложи. Агенты вокруг места подающего заметно напряглись.
Джокер приложил бинокль к глазам и принялся обозревать толпу. Он так хотел поймать Мэри Хеннесси, что едва ли не ощущал это желание на вкус. Джокер поднял бинокль повыше и сморщился, поскольку это потребовало напряжения раненого плеча. Было жарко, и бронежилет доставлял сплошные мучения. Джокер подумал, не снять ли его, поскольку тот прикрывал лишь верхнюю часть тела. Он сомневался, стоит ли столь ограниченная защита тех мук, которые приходится ради нее терпеть.
Коул Говард держал телефон прижатым к уху. Постоянные сообщения Секретной службы раздражали, но он знал, что они необходимы, и поэтому не вынимал наушник. Говард услышал, как Боб Санджер предупредил, что Краснобай покидает ложу, и прижался к стене коридора, чтобы не мешать, когда вся процессия по одному будет проходить к эскалатору.
Двое агентов вышли из ложи, оглядели пространство сверху донизу и направились в его сторону. Показались еще два агента, а затем Говард увидел премьер-министра и первую леди. Премьер медленно шел, на полшага позади первой леди, и лицо его-было озабоченно нахмурено, словно он страшился предстоящей первой подачи. Говард хотел бы ему сказать, что право первой подачи – это такая честь, за которую готово умереть большинство бейсбольных болельщиков. Премьер-министр глянул на него, и Говард улыбнулся, пытаясь хоть как-то подбодрить его, но улыбка агента ФБР не была замечена, и лицо премьера сохранило выражение каменной маски. Говард почувствовал, что выглядит глупо, стоя здесь с бессмысленной улыбкой, поэтому быстро скроил серьезную мину, делая вид, будто он нетерпеливо выискивает что-то глазами.
– Коул, вы слушаете? – Это к телефону подошел Энди.
– Да, Энди.
– Я сделал
– Да, спасибо, Энди. Еще одно – перенос цели на место подающего повлиял как-нибудь на дальнобойный выстрел?
– Боюсь, что нет, Коул. По-прежнему вблизи этой позиции нет ничего похожего.
– О'кей, благодарю. Я должен идти, позвоню позже.
Говард выключил телефон и вернулся в ложу. Стоявший возле двери Санджер повернул голову в сторону Говарда и спросил:
– Все в порядке? Смотрю, ты спустил англичанина с поводка. Тебе известно, что он пьет?
– Ваши люди расставлены по всем зданиям, выходящим окнами на стадион, ведь так? – произнес Говард, не обращая внимание на камешек в огород Креймера.
– Разумеется, сначала мы обследовали их целиком, а теперь наши люди находятся на этажах, рекомендованных Кимом, – ответил Санджер и нахмурился. – Есть проблема?
– Не проблема, скорее подозрение. Что, если мишень не президент, а премьер-министр?
– Мы дали Киму описание всех деталей церемонии, – сказал Санджер. – Они все время вместе, поэтому не было смысла… – Тут он понял. – За исключением места подающего!
Говард кивнул.
– Ким говорит, он не знал, что премьер будет на поле. Он полагал, что на стадионе президент и премьер все время будут вместе. Получается разница в два этажа для зданий в радиусе полумили, четыре – на удалении свыше мили…
Санджер рукой сделал знак Говарду замолчать, поднес рацию ко рту и начал вызывать агентов, отдавая распоряжения быстро и требовательно.
Джокер опустил бинокль и вытер лоб рукавом пиджака. Пот градом катился по его лицу, а верхняя часть тела просто плавилась под бронежилетом. Нестерпимо хотелось еще пива.
– Краснобай в туннеле, – произнес голос в его ухе, и он инстинктивно повернулся ко входу, где в ожидании стояли английские телохранители. Порыв ветра приподнял полу пиджака одного из них, и Джокер увидел висящий сзади на шнуре в области поясницы пистолет «Хеклер-Кох МР5К». Джокер смог рассмотреть его. Эта модель с укороченным стволом представляла собой вариант пистолета-пулемета, которым он пользовался, служа в САС. Ветер опустил полу на место, вновь скрыв оружие. Джокер еще раз вытер лоб и опять приставил бинокль к глазам, разглядывая трибуны. Он видел родителей с детьми, молодые парочки, стариков и подростков, причем почти все они были одеты в рубашки или кепки с птичкой – эмблемой «Иволг». Большинство ели или пили, а официанты бегали вверх и вниз по проходам, продавая пиво, кукурузные хлопья, гамбургеры и прохладительные напитки.
Все зрители на стадионе сидели, а организовано все было гораздо лучше, чем Джокеру доводилось когда-либо видеть в Великобритании. Он вспомнил футбольные матчи «Селтик» – «Рейнджерс» в Глазго, где накал страстей на поле непременно перерастал в битву на трибунах. Враждебность зрителей подхлестывалась тем, что за «Селтик» болели католики, а за «Рейнджерс» – протестанты, и колкости сыпались направо и налево, имея к религии такое же отношение, как и к футболу. По сравнению с этим бейсбольный стадион был похож на оперную сцену.