Выстрел издалека
Шрифт:
В ответ она улыбнулась.
– Ильич, ты говорил, что и белокурые волосы мне тоже к лицу.
– Да, конечно, Мэри, белокурые тоже.
Придерживая полотенце, обернутое вокруг широкой груди, Карлос взял со стула костюм в тонкую полоску и новенькую, с иголочки, белую рубашку и, зайдя с ними в ванную, переоделся.
– Ну, как я тебе? – спросил он Мэри, входя в комнату.
Она посмотрела на него в зеркало.
– Хорошо. Бизнесмен до кончиков ногтей, единственное, что осталось, – это галстук и туфли.
Карлос
– У тебя все в порядке, Мэри? – спросил он, затягивая на галстуке узел. – Мне кажется, тебя что-то волнует.
– Когда я занята делом, меня ничто не волнует, но иногда я расслабляюсь, смотрю на все со стороны, и тогда мне становится страшно, – сказала она, закончив причесываться.
– Страх – это хорошо: он держит тебя в форме, – заметил Карлос. – Делают ошибки и попадаются те, у кого нет страха.
Мэри повернулась и кивнула.
– Разумеется, ты прав. А что чувствуешь ты, Ильич? Ты боишься?
Карлос пожал плечами и усмехнулся.
– Немного. Но если ты когда-нибудь кому-нибудь об этом расскажешь, мне придется тебя убить. – Он похлопал ее по плечу, показывая, что шутит. – Скоро нам выходить.
– Знаю, – произнесла она. – Ты не забыл ключи от самолета?
Карлос рассмеялся.
– Ты говоришь прямо как любящая жена, Мэри. Значит, так ты обращалась со своим мужем?
– Наверное, так, – сказала она, вставая и внимательно оглядывая себя в зеркале. Мэри надела желтую облегающую юбку, белую блузку и белые лакированные туфли.
Карлос присел на край кровати и разобрал винтовку на основные составляющие части, затем обернул их гостиничным полотенцем и положил в черный кожаный дипломат.
– Я поражен тем, как тебе удалось обработать Бейли, – заметил он. – Теперь это совсем другой человек. Он прямо-таки рвется в бой. А ты заметила, что он почти перестал заикаться?
Мэри передернула плечами и взяла свой чемодан.
– Да, заметила. Ты готов?
Карлос опустил печенье в карман пиджака, взял свой чемодан и дипломат.
– Да, – произнес он. – Вполне готов.
Балтиморский оперативный отдел ФБР располагался в непрезентабельном здании по адресу Амбассадор-роуд, 7142. Коул Говард проводил Джокера в маленькую комнату с голыми стенами, несколькими стульями и отделанным под тиковое дерево столом.
– Кофе или еще чего-нибудь? – спросил Говард, бросив нейлоновый мешок с пуленепробиваемыми жилетами на пол возле стола.
– Да, кофе было бы неплохо, – осторожно присаживаясь, ответил Джокер. – Ну, а «Старого Ворчуна» у вас, конечно, не найдется?
– «Старого Ворчуна»? – повторил Говард, хмуря брови.
– Это сорт виски, – пояснил Джокер и повел плечом, словно оно причиняло ему боль.
– Могу достать чего-нибудь болеутоляющего, –
– Это, конечно, неплохо, – ответил Джокер. – А как насчет пивка, чтобы их запить? – Он откинулся на спинку стула и закрыл глаза.
Говард постоял несколько секунд, глядя на него, затем вышел из комнаты и направился туда, где стояли кофеварки. По дороге он сообразил, что не спросил Джокера, какой кофе тот пьет, и решил, что с сахаром и молоком. Когда он возвратился, Джокер все еще отдыхал, прикрыв глаза. Говард поставил пластиковую чашечку на стол.
Дон Клутези вошел в комнату с тремя переносными рациями «моторола» и тремя мощными биноклями в руках.
– Ты не поверишь, – обратился он к Говарду, опуская свою ношу на стол, – сколько бумаг мне пришлось заполнить, чтобы все это получить. Можно подумать, я решил их обокрасть.
– У тебя не найдется чего-нибудь болеутоляющего? – спросил Говард.
– Голова болит? – поинтересовался Клутези.
Говард отрицательно покачал головой.
– Для Креймера.
Клутези пошарил по карманам, достал флакончик с четырьмя таблетками и выложил лекарство на стол.
– Что, с ним все время так будет?
– Со мной все будет в порядке, – произнес Джокер, открывая глаза. Потянувшись за обезболивающим, он зарычал. Открыв флакон, проглотил таблетки и запил их кофе, изобразив на лице гримасу отвращения.
Говард взял рацию и показал Джокеру, как с ней обращаться.
– Она будет работать на частоте Секретной службы, поэтому пользуйся ей только для передачи какого-либо экстренного сообщения, – пояснил Говард. – Что они говорят, ты тоже услышишь.
Джокер кивнул, вставил наушник в ухо и подключил штекер к разъему.
– Мне доводилось работать с аналогичной аппаратурой, – пробормотал он.
Говард снял пиджак. Кожаную кобуру, пристегнутую сзади к поясу, он отстегнул и положил на стол.
– 45-й «кольт»? – поинтересовался Джокер. – А я думал, вы перешли на «глок» или «беретту».
Говард снял галстук и расстегнул рубашку.
– Я предпочитаю «кольт». Более надежный и стреляет как надо.
– Однако тяжеловато таскаться с ним весь день, – заметил Джокер. Он показал на пистолет. – Не возражаете?
Говард оглянулся на Клутези, потом опять глянул на Джокера и сказал:
– Валяйте. – Сняв рубашку, взял один из жилетов.
Клутези помогал ему, а Джокер в это время вынул обойму, проверил механизм и осмотрел прицел. Застегнув жилет, Говард опять натянул рубашку и завязал галстук. Когда он надел пиджак, жилет стал почти незаметен.
– Доводилось пользоваться? – спросил Джокер, взвешивая пистолет в руке.
– Конечно, у нас регулярные стрельбы, – ответил Говард.
Джокер покачал головой.