Высшие цели. Грани судеб
Шрифт:
– Ага, и хозяева квартиры решат, что я не своем уме, поскольку дергает меня за собой воздух - с ним ведь еще и гулять надо! Но если совсем ничего не найдем - придется, конечно...
– Ладно, а нас так с Данилой закрыть сможешь? Все-таки папа с дочкой и псом лучше, чем толпа непонятно кого.
– А резерв мне ты пополнять будешь?
– невесело фыркнул маг. Тамара молча, под обжигающий взгляд Милы, протянула назад левую руку и скривилась - сначала ладонь от души обслюнявил Алтай, а уже после, отпихнув его, Святослав пожал ее пальцы - ничего! Пустота и тишина. Природа мага по-прежнему игнорировала. Зато Данила, наоборот,
– Здесь не Белая Тонь, я сутками энергию копить буду. К тому же по закону в городах я могу использовать ее только в крайних случаях.
Тамара сочувственно пожала в ответ ему кончики пальцев и убрала руку. Уткнувшись в телефон, набрала еще один номер:
– Значит, поживем пару дней без удобств - ничего страшного, думаю, не случится.
До нужного дома они добрались уже в полутьме - здоровенный частный сектор на окраине города в отличие от Белой Тони был замечательно освещен, замусорен донельзя и являл собой дикую смесь - чередующихся коттеджей и дышащих на ладан развалин. Алкашистого вида мужчина болтался в их ожидании возле покосившейся деревянной калитки. При виде дорогой машины хозяин было встрепенулся и попытался вытребовать кроме оговоренной цены еще треть на поправку здоровья, но с оборотнем такие шутки пройти не могли в принципе. Поэтому ровно через две минуты стучащий зубами хозяин тихо-тихо вдоль заборчика испарился с глаз долой, оставив ключ и обещая прийти только послезавтра.
Дом оказался крошечным, перекошенным, до ужаса напоминающим древнее как мир, логово лешего. Вокруг недоразумения был заросший бурьяном, давно запущенный сад. Впрочем, спущенному с поводка Алтаю хватило и этого.
Дверь в "землянку" скрипнула так, что пробрало даже Святослава, в силу дара не верящего ни во что, кроме магии и высших сил. Внутри было темно и сыро, в единственной крошечной комнате стояла газовая печь, что-то скреблось и шебуршало. Включенная лампочка, одиноко повесившаяся на куске проволоки посреди грязного потолка, нервно мигала и пощелкивала, добавляя в общую картину уныния и теней.
– Я здесь не останусь ни за что! Давайте отсюда уедем!
– заныла Мила, едва переступив порог.
– Вот уж нет, - зевнул Данила.
– Есть и спать! А завтра - все остальное.
– Где здесь спать, здесь только одна кровать!
– вскинулась девочка.
– Я не хочу здесь оставаться! А умываться где? А переодеваться?! Лучше б я сама дом искала!
– Вот завтра и начнешь, - хмуро бросила ей Тамара.
– Кровать - твоя. Мы ляжем на полу.
– А чего это ты раскомандовалась!
– тут же огрызнулась Мила.
– Может, я на полу спать хочу!
– О, замечательно, - Тамара открыла заслонку печи, с сомнением глянула внутрь - стоит протопить дом от сырости или станет слишком жарко?
– тогда кровать - моя!
В целом все оказалось не так страшно. Дом все-таки немного протопили, а пока остывала печка и выветривалась через открытые окна жара - успели еще и поесть жаренного на костре мяса. Ради этого Даниил на пару с прицепившейся как клещ Милой съездил в ближайший супермаркет. Благо город все-таки не деревня и вся инфраструктура находилась в шаговой доступности. Оборотень, кстати параллельно разжился самой простой, но по размеру серой футболкой, перестав, наконец, напоминать оборванца. Святослав с Тамарой за это
Естественно постельное белье взять никто не догадался, поэтому спать пришлось в одежде, расстелив на полу широкое хозяйское одеяло и накрывшись пледами, благо у оборотня в багажнике их лежало целых два, а еще одно покрывало, которое утащила себе на кровать Тамара, нашлось в старом, дышащем на ладан шкафу.
Даниил, Святослав и Мила (маг наотрез запретил укладываться дочери между ними) лежали на полу, Тамара - на узкой низенькой кровати, стоящей поперек как раз над их головами. Большую часть места в изголовье кровати занимал Иней, в маленьком коридорчике у сеней фыркал и возился Алтай.
Тамара долго не могла уснуть, как только она закрывала глаза - перед ней вставала картина вчерашнего дня - изуродованные оборотни, граница, пожар... Святослав не спал тоже - несмотря на закрытые глаза и внешнюю расслабленность, девушка чувствовала, как крутится, вертится в его сознании беспокойство. Наконец, он поднялся, аккуратно накрыл своей частью пледа Милу, погладил ее по голове и бесшумно вышел в коридор. Тамара промаялась минут десять, вздохнула, осторожно сползла со своей кровати и вышла следом за ним.
Святослав сидел на самой нижней ступеньке покосившегося крылечка. У его ног преданно притулился Алтай, окутавшую сад тьму прорезали жесткие ломаные тени от горящих за забором фонарей. Кончик зажженной сигареты казался пылающим насекомым, по неосторожности попавшим в огонь и доживающим последние секунды.
Святослав курил очень редко, только если сильно уставал или был выбит из колеи. Тамара не курила вовсе. Ну, почти - сейчас она тихонечко присела на узкую ступеньку рядом с магом, не спрашивая, взяла у него из руки сигарету, глубоко затянулась и отдала обратно. Тот неодобрительно покосился на нее, но промолчал.
Они посидели немножко в тишине, разбавляемой только шумным дыханием и недовольным фырканьем от дыма Алтая и шелестом пожухлых, выпитых летом и иссушенных ветром листьев. В старую консервную банку, прикрученную к крыльцу ржавым гвоздем, упал еще один окурок.
Тамара поежилась - сентябрь как-то незаметно вплел в свои ночи тоску и прохладу. Святослав привычно положил руку ей на плечи, девушка придвинулась ближе, но прижиматься не стала, как и сбрасывать его ладонь.
– Я тоже думаю про Милу, - вполголоса сказала она.
– Что в доме искали именно ее.
– Вот только меня интересует вопрос зачем?
– повернулся к ней Святослав.
– Чтобы как-то на меня надавить? Но ведь это глупость... К тому же почему ее искали у меня? Мила же почти все время живет у матери...
– Ну то, что она к тебе перебралась - не заметить невозможно, - пожала плечами Тамара.
– У нее же полсела в друзьях. Один только Артем чего стоит! Да и в школу она в сельскую идет. И я уж молчу про то, что нас постоянно слышат соседи...
– протянула девушка, вспомнив вчерашний скандал.