Выродок
Шрифт:
— Да, готов.
— Видите ли, мистер Малфой, — заговорил драконовод, осторожно подбирая слова, — драконы способны варьировать силу и смертоносность своего пламени. Они могут плавить камни, но умеют и прожигать в толстом железном листе крохотные отверстия. Драконы способны испепелить человека на месте, но могут и просто оглушить его. Большинство ожогов, получаемых драконоводами, ужасно выглядят, но не очень болезненны и легко поддаются лечению; примерно такой ожог был нанесен и вашему боссу. Но вы – другое дело, мистер Малфой. Вы получили очень страшные ожоги, но совсем неглубокие. Если бы они оказались глубже хоть на пару сантиметров, вы вряд ли выжили бы. Вам очень повезло…
—
— У нас сложилось впечатление, — тихо ответил драконовод, — что дракон захотел съесть вас и перед трапезой решил слегка поджарить на слабом огне. Так мы жарим ростбиф: снаружи – румяная корочка, а внутри – мясо с кровью. Дракон жег вас долго и неспешно, поэтому и не успел сожрать: по вашим следам уже шли мракоборцы и спугнули его…
— В то время, когда дракон вас жег, вы испытывали нечеловеческую боль, мистер Малфой, а продолжалось это долго, — в голосе целителя звучало сочувствие. – Сознание вы почему-то не потеряли, и, чтобы защититься от того кошмара, который с вами происходил, ваш разум создал иллюзию дружеской беседы с драконом. Это помогло вам переключить внимание с боли на воображаемый разговор. Придумать что-то оригинальное в такой жуткий момент вы, разумеется, не могли и использовали в качестве рабочего материала диалог, который читали некогда в «Становлении эргерена».
— Я не читал «Становление эргерена», — устало повторил юноша. Мысль о том, что летающий ящер намеревался употребить высокородного наследника Малфоев в качестве ростбифа, вызвала тошноту и слабость.
— Скорее всего, вы забыли об этом в тот момент, когда дракон вас жег, мистер Малфой, — доброжелательно отозвался целитель. – В подобной ситуации возможно все, что угодно…
— А кто такой этот эргерен? – юноша устал спорить.
— Эргерен – не имя, а что-то вроде титула, — хмыкнул драконовод. – Это человек, умеющий превращаться в дракона. Для моих коллег эргерен многие века остается тем же, чем морщерогий кизляк стал для издателей журнала «Придира», — великой тайной, к которой безумно хочется приобщиться. Странный выбор, если честно! Хотя, с другой стороны, «Становление эргерена» было написано в очень мрачные времена — вскоре после гибели короля Артура. Волшебники тогда были испуганы, разобщены и ждали чуда, и эта книга им чудо и пообещала – пусть нелепое и невнятное. В «Становлении эргерена» молодой человек неуказанным волшебным образом попал из родной Британии в Норвегию, где в те времена дикие драконы еще водились. Там юноша встретился с золотым зажором и успешно прошел все предложенные крылатым ящером испытания. Тем не менее, дракон сильно обжег юношу, — да, примерно как вас, мистер Малфой, хотя и послабее, наверное. Пострадавшего выходили норвежские крестьяне. Вылечившись, он вернулся в родные места, но прожил там недолго…
— И что с ним случилось? – собственный голос показался юноше чужим.
— В книге этого не сказало, но ее поклонники считают, что юноша превратился в дракона и навсегда покинул мир людей.
— Я не хочу превращаться в дракона! – Драко понимал, что выглядит глупо, но сдерживаться не мог. – Я не хочу покидать мир людей! У меня здесь есть еще дела!
Он умолк, дрожа всем телом и ожидая насмешек, но собеседники смотрели на него с понимающим сочувствием.
— Мистер Малфой, вас никто не заставляет покидать мир людей, — дружелюбно сказал целитель. – «Становление эргерена» — это сказка. Никому за прошедшие полторы тысячи лет – а пытались, поверьте, очень многие, — еще не удалось превратиться в дракона. Так что подобная участь вам вряд ли грозит…
— Простите, — юноша попытался закусить губу, но не смог: бинты крепко прилегали
— Ничего страшного, мистер Малфой, — успокаивающе сказал драконовод. – Это нормальная реакция на пережитый шок. Я еще удивляюсь, как терпеливо вы переносите боль…
— Так нет же никакой боли, — выпалил юноша прежде, чем успел обдумать сказанное.
— Даже так? – темноволосый мужчина удивленно поднял брови. – Значит, у вас индивидуальная невосприимчивость к боли от ожогов… Интересно! Скажите, мистер Малфой, вы не хотите сменить место отбытия принудиловки? Я могу устроить вас в любой драконий заповедник по вашему выбору. Работа нетрудная, на свежем воздухе, да и получать будете намного больше, чем сейчас… Наш Департамент – структура влиятельная и на ваших боссов управу найдет.
— Нет, спасибо, — юноша с трудом сдержал дрожь. – Дракона я уже видел и не намерен по собственной воле встречаться с этими тварями снова.
— Ну, как угодно, — драконовод пожал плечами. – Если передумаете – обращайтесь прямо ко мне. Наш Департамент расположен на четвертом этаже.
— Я обращусь к вам, если передумаю, сэр, — Драко точно знал, что никогда этого не сделает.
В тот же вечер, после ужина, когда спать не хотелось и делать было совершенно нечего, он попросил дежурившую у его постели целительницу показать письма, которые пришли к нему в те дни, когда он был без сознания.
Естественно, тетя–предательница и бэвуха Симпсон не могли обойти наследника Малфоев своим вниманием. Драко попросил убрать их послания подальше, надеясь отослать их обратно отправителям, когда выйдет из больницы.
— Неужели вы знакомы с миссис Тонкс? – в голосе девушки звучало неподдельное уважение.
— Нет, не знаком. Видимо, она хочет подарить меня своим дружкам–троллям.
Следующее письмо, к изумлению юноши, оказалось от Риты Скитер. Его Драко тоже, не читая, попросил отложить. С этой отвратительной особой он общаться не собирался.
Целую пачку писем и открыток прислали члены мерзостной нищебродовой семейки. Ну почему Уизли не могут оставить его в покое даже здесь?!
Письмо от Пэнси Паркинсон Драко, подумав, тоже решил отложить. Она, наверное, будет плакать, если увидит его. А это сейчас совершенно лишнее…
К изумлению юноши, ему также написали несколько малознакомых людей, с которыми он учился в Хогвартсе: когтевранцы Терри Бут и чокнутая Лавгуд, а также Эрни Макмиллан с Пуффендуя. Впрочем, с этими предателями крови наследник Малфоев не собирался общаться: подлецов он и без того немало видел в Министерстве.
Эрик Штроссербергер тоже прислал письмо, причем не обычное, а говорящее. Из любопытства Драко попросил сиделку вскрыть это послание, и в палате зазвучал знакомый голос:
— Малфой, не волнуйся за Арти! Мы уже знаем, что он выйдет на работу раньше тебя, и, пока ты лежишь в больнице, твой босс без кофе не останется! Носить Арти ценный напиток будет вся ласковая обслуга!
Юноша хмыкнул, оценив шутку. Приятно, что хотя бы Эрик знает цену мерзкому начальничку!
— Неужели вы носите мистеру Уизли кофе, мистер Малфой? – изумленно спросила целительница.
— Это такая профессиональная шутка, мисс, — Драко порадовался, что его лицо скрыто толстым слоем бинтов.
— А, понятно, — кивнула сиделка. – Мистер Малфой, вы очень устали сегодня и, наверное, вряд ли захотите видеть кого-то еще, но один из ваших однокурсников работает в нашей больнице. Он попросил меня передать вам, что вы можете встретиться с ним, когда пожелаете.
— И кто же это? – юноше все еще трудно было собраться с мыслями.
— Винсент.
— Винсент? – это имя ничего Драко не говорило.