Выродок
Шрифт:
— Да, в жизни случается всякое! Так не забудьте отослать обед по указанному адресу, любезнейший! И делайте это впредь каждый день!
— А деньги у вас есть? – подозрительно спросил хозяин «Дырявого котла».
Хотя суммы, оставшейся после выплаты взятки Мауси и похорон Торки, не хватило на покупку новой мантии, но даже после приобретения магловской одежды Драко вполне мог кормить десятерых эльфов до начала сентября, когда настанет время очередной зарплаты.
— Разумеется, милейший – ответил юноша со всей возможной надменностью. — У высокородных деньги не переводятся,
Покинув «Дырявый котел», Драко трансгрессировал домой, успокаивая себя тем, что выставляет себя на посмешище ради грядущей победы высокородных.
Дни шли за днями, наполненные болью и усталостью. Драко уже почти забыл время, когда тело не болело при каждом движении. Изнурительные занятия в боевке — «Д» прерывались лишь целевыми выездами. Каждый раз, отправляясь вместе с нищебродом на очередное задание, юноша чувствовал себя так, словно пытается проделать финт Вронского на старой, рассыпающейся от времени метле. Но пока им везло: ни Черных Дыр, ни портативных трансгрессоров больше не попадалось, а ликвидировать последствия неудачных бытовых заклинаний было нетрудно. Юношу гораздо сильнее утомляла необходимость общаться с излишне дружелюбными хозяйками и их дочерями во время непременных обедов в домах клиентов.
Возвращаясь домой, Драко ужинал, вычищая куском хлеба тарелки до полной белизны, затем, удивляясь сам себе, прикладывал к щеке руку с исправно появлявшейся на столе синей наклейкой и шел спать. В кровати юноша долго ворочался, принимая наименее болезненное для тела положение, и порой плакал от боли. Ох, если бы можно было пожаловаться маме или Торки! Но старая домовуха умерла, а мама лежит в больнице, и навещать пациентку Отделения отравлений растениями и зельями по–прежнему нельзя. Впрочем, отсутствие в доме других жильцов иногда радовало: зная, что в доме есть кто-то еще, Драко не рискнул бы плакать в голос.
Часть занятий Фиск проводил не в мерзком тренировочном зале, а в огромном бассейне, расположенном за ни чем не примечательной дверью в самом дальнем закутке коридора третьего этажа. Поначалу юноша обрадовался: плавать он умел и любил. Но, естественно, мистер Кулак превратил приятное занятие в очередную экзекуцию: за определенное время нужно было успеть переплыть бассейн заранее оговоренное количество раз. Те, кто делал это быстрее или медленнее, естественно, должны были выполнять очередные штрафные санкции…
К счастью, самого страшного не произошло: сражаться с громилами вроде Мартина и Энди юноше не пришлось. Фиск, пробормотав что-то насчет весовой категории, ставил Драко и Сэма протмв Гектора Эверсли, Боба Паттерсона или Сида Кречтона, которые не обладали такой массивной мускулатурой, как остальные ученики боевки — «Д». Впрочем, победить студентов, учившихся у Фиска намного дольше, новичкам, разумеется, не удавалось. Преподаватель, однако, не выглядел разочарованным:
— Мистер Малфой, мистер Эпштейн, не переживайте, — говорил он. – Вы работаете вполне нормально для своего уровня физической подготовки!
Еще через несколько дней Фиск, проведя обычную разминку, подъехал к дальней от двери стене, провел по ней руками – и стена отъехала в сторону, открывая широкий проход.
—
Он проехал в открывшийся в стене проем; студенты последовали за преподавателем. Остановившись, Драко с трудом сдержал возглас изумления: все они стояли на длинном и узком балконе с невысоким парапетом, а перед ними расстилалось необозримое пространство разноцветных старинных черепичных и современных магловских крыш. Тротуар и проезжая часть далеко внизу казались узенькими, словно лента.
— Видите флюгер в форме петуха на дальнем краю? – ехидно осведомился Фиск. – Кто первый туда доберется – тот молодец, а те, кто не дойдут за время урока, получат штрафные санкции! Крыши, разумеется, зачарованы и готовят любителям высотных прогулок немало приятных сюрпризов, но без палочки преодолеть их вполне возможно!
— А что будет, если кто-то сорвется вниз? – с тревогой спросил громила Мартин.
— Тротуар и шоссе, конечно же, тоже заговорены, так что никто не погибнет, — ласково объяснил Фиск, — но и легкой посадки не ждите!
Драко с изумлением увидел, что обычно невозмутимый Марти побледнел.
— И, кстати, несколько самых удобных для перехода с крыши на крышу мест – они покрашены в зеленый цвет – зачарованы так, что пропускают только одного человека раз в полчаса, — Кулак сейчас невероятно походил на низула, обожравшегося сметаной. – Поэтому или вырубайте соперников, или учитесь летать, господа!.. Да, чуть не забыл! Мистер Малфой и мистер Эпштейн у нас новички, так что здесь они идут вдвоем и считаются боевой единицей. Все остальные – каждый за себя! Ну, раз, два, три… Пошли!
Гектор Эверсли, Боб Паттерсон и Сид Кречтон переглянулись, зачем-то поплевали на ладони и спрыгнули с балкона на ближайшую крышу. Драко хотел последовать за ними, но Сэм схватил его за руку и тихо сказал:
— Я думаю, нам лучше подождать, мистер Малфой. Профессор Фиск сказал, что крыши зачарованы, и имеет смысл посмотреть, как будут проходить препятствия более опытные студенты…
Юноша в полной мере оценил совет сотрудника Отдела Тайн, когда увидел, как одна из крыш встала почти вертикально, едва на нее вступил Боб Паттерсон, который после этого, разумеется, немедленно соскользнул вниз. Однако, к удивлению Драко, Боб не упал на тротуар, а за время падения умудрился зацепиться руками за карниз, некоторое время повисел без движения на неожиданной опоре, а потом осторожно полез вверх, опираясь руками и ногами на выступы в кирпичной кладке.
За Гектором, Сэмом и Сидом последовали другие студенты, и, выждав еще некоторое время, в путь по крышам отправились и Драко с Сэмом.
— Мне кажется, мистер Малфой, на зеленые участки крыш нам лучше пока не ходить, — осторожно сказал сотрудник Отдела Тайн перед тем, как они спрыгнули с балкона на ближайшую крышу. – Не уверен, что мы даже вдвоем сумеем справиться с кем-то из давних учеников боевки — «Д». Лучше попробуем найти обходные пути, — не сомневаюсь, они здесь наверняка есть, иначе вся эта затея не имела бы смысла…