Вымирание

Кусков Евгений Сергеевич

Улица снова опустела. Ни впереди, ни позади машины не было ни одного существа, даже животного.

Эйфория от счастливого спасения длилась недолго. Когда женщина, заведя двигатель, повела "пятёрку" задним ходом к ближайшему повороту, тягостные мысли вернулись.

* * *

Уже через полчаса блужданий по городу Леонид вынужден был признать, что он ищет не столько выживших, сколько свободные дороги. О каких поисках вообще могла идти речь, когда улицы заволокло дымом -

местами таким плотным, что становилось почти невыносимо дышать? Даже если кто-то уцелел, ему придётся покинуть Зареченск.

Удручённый результатами, Сутурин собрался возвращаться в коттедж к Михаилу, а потом вспомнил про странную поляну в лесу. Не причастно ли это явление к происходящему? Возникло сильное желание взглянуть на это место ещё раз. Вдобавок там наверняка удастся, наконец, избавиться от тела женщины, лежащего в багажном отделении "Волги".

Как Леонид и рассчитывал, на трассе препятствий было меньше - только автомобили, большинство из которых нашли последнее пристанище в кюветах. Помимо трупов, в некоторых машинах до сих пор оставались и существа. По какой-то причине они не пытались разбивать окна, но при этом отдельным удалось выбраться цивилизованным путём - через двери. Мужчина надеялся, что они случайно зацепляли ручки, обшаривая салоны в поисках выхода, а не умнели.

После освобождения многих из них направлялись в сторону города.

Без особых осложнений добравшись до знакомого ответвления от трассы, Леонид решил сделать то, о чём накануне только подумал. Колея по-прежнему выглядела неприступной для легкового автомобиля, в отличие от травы вокруг. "Волга" не подвела - раскачиваясь на неровностях, она уверенно продвигалась вперёд. Не доезжая до поворота, Сутурин с удивлением заметил стоящий за деревьями "уазик" - самую обычную "буханку" тёмно-зелёного военного цвета. И никого вокруг.

Не глуша двигатель, Леонид вышел наружу и, ощутив холодные прикосновения ветра, пожалел об оставленном на вешалке в учительской плаще. И ещё больше о своей несобранности - в коттедже наверняка можно было разжиться подходящей одеждой. Теперь же оставалось довольствоваться брюками и рубашкой.

Сутурин приблизился к УАЗу. Это был грузовой фургон, и потому окна в задних дверях отсутствовали. Мужчина подошёл к водительской двери и заглянул в салон через немного запыленное стекло. Пусто. Ключей в замке зажигания нет. Подёргал за ручку - заперто.

– И что же ты тут делаешь?
– задумчиво произнёс он.

Эта грунтовая дорога не вела к военному объекту; насколько Леонид помнил, она вообще никуда не вела, обрываясь в глубине леса, и ею пользовались только охотники да грибники.

Бросив недоверчивый взгляд на "уазик", Сутурин отправился к поляне. На полпути он был вынужден остановиться - землю впереди покрывала поблескивающая на солнце серая слизь. Обойти её не представлялось возможным, поскольку она окружала цель его вылазки со всех сторон, а контактировать с этим веществом мужчина никоим образом не хотел.

Это и не требовалось - отсюда Леонид видел поляну. Насколько он мог судить, внешне она не изменилась, но воздух больше не вырывался с шипением из недр каждую минуту. Не зная, радоваться

этому факту или бояться ещё больше, Сутурин направился обратно к "Волге".

– Какого?..
– вымолвил он, озадаченно остановившись.

За весьма непродолжительное время его отсутствия трава позади "Волги" скрылась под слоем серой слизи, которая уже добралась до задних колёс машины. Неприятная мысль молнией сверкнула в мозгу. Прыгнув за руль, Леонид включил первую передачу и нажал на газ. Двигатель уверенно зарокотал, однако "Волга", как и боялся Сутурин, не сдвинулась с места. Тогда он попытался сдать назад, хотя бы чуть-чуть, надеясь "раскачать" автомобиль.

Безрезультатно.

Открыв дверь и высунувшись наружу, мужчина смотрел, как задние колёса вхолостую прокручиваются, словно между ними и поверхностью отсутствовало малейшее трение.

Перестав безрезультатно терзать машину, Леонид выбрался из неё и со смешанным чувством омерзения и страха посмотрел на слизь. Она не надвигалась на мужчину, что не могло успокоить. Откуда-то она ведь появилась за пару жалких минут!

"Проклятье, что же это за гадость?!"

Он перевёл взор на "уазик", и сразу отбросил идею завладеть им. Если проникнуть в салон можно, банально разбив окно, то завести машину без ключа вряд ли получится. Сутурин решил сначала попробовать вызволить "Волгу".

Он сгрёб сухие листья и траву и с помощью ветки затолкал их вплотную к колёсам. Не удовлетворившись этим, мужчина принёс ещё несколько охапок, после чего забрался в машину и попробовал тронуться с места.

Задние колёса подмяли под себя листья, но, к немалому удивлению Сутурина, лишь выбросили их назад, так и сдвинув автомобиль ни на сантиметр.

– Да быть не может!
– в сердцах воскликнул он, выбираясь из салона и хлопая дверью.

Не желая так быстро сдаваться, Леонид снова набрал листьев и травы, на этот раз присовокупив немало сухой земли. Засыпав всё пространство вокруг колёс, он отряхнул руки.

– Посмотрим, что ты на это скажешь!

Мужчина взялся за ручку, чтобы открыть водительскую дверь, и в этот момент из земли прямо под его ногами начала выделяться густая серая масса. Он тотчас отскочил назад и упал, чувствительно приложившись задом о землю.

С пугающей скоростью ещё один участок оказался поражён неизвестным веществом; теперь и передние колёса "Волги" были на нём, и забраться в машину стало затруднительно. Да и надо ли? Времени у Сутурина оставалось немного, прежде чем эта дрянь доберётся и до УАЗа.

Он отломал ветку потолще и с её помощью попытался выбить стекло на пассажирской двери фургона. С третьего раза удалось. Просунув руку в проём и отперев замок изнутри, мужчина забрался в фургон.

Первым делом он открыл "бардачок", надеясь найти там запасные ключи. Не преуспев в этом, Леонид проверил противосолнечные козырьки, затем под сиденьями, нащупав там только монтировку. Заглянул и в тёмный грузовой отсек через окошечко в перегородке. Там почти ничего нельзя было рассмотреть, но он явно не пустовал. Глядя на смутные очертания покоящихся там предметов, Сутурин поневоле задумался, что же всё-таки здесь делает эта машина.