Выбор
Шрифт:
А варвары, приближаясь, как раз вытягивались неровным клином к центру альфионской фаланги, где за высокими - почти в рост взрослого мужчины - щитами-павезами ждали приближения врага арбалетчики, лучшие стрелки, и все, какие были в отряде дьорвикского рыцаря. Они тоже крепче обычного сжимали покрытые лаком, отшлифованные мириадами прикосновений ложа, не сводя глаз с бесформенной массы, какой представало с расстояния в четыре сотни ярдов войско олгалорцев.
– Стрелки, приготовиться, - надсаживаясь, крикнул Дер Винклен. Как и обещал, он расположился на правом фланге, прикрывая арбалетчиков.
– Бить с трехсот ярдов! Цельтесь точнее -
Все напряглись. Горцы приближались, и в ушах стоял уже только их невнятный, но исполненный искренней ненависти рев. В первых рядах шли метатели дротиков, раскачивавшие в руках легкие снаряды. Здесь же находились и лучники, не очень много, быть может, всего сотня. Но метательным оружием пользовались только самые молодые воины, а настоящие ветераны предпочитали ближний бой, где могли показать всю свою силу и ловкость. А потому следом за стрелками и метателями дротиков быстро шагали, постепенно переходя на тяжелый бег, выстроившиеся в некое подобие фаланги бойцы, вооруженные топорами, копьями, и, изредка, настоящими мечами.
Воины первых рядов также имели большие щиты, сбитые из досок и окованные железом, круглые или овальные, скрывавшие стоящего в полный рост человека от колена до груди. Также в первых рядах многие имели доспехи, и кольчуги, и чешуйчатые панцири. Здесь стояли лучшие воины, и для них броня была не столько средством зашиты, сколько знаком особого положения среди соплеменников, точно так же, как и длинные мечи.
И все же даже эти бойцы, самые опытные, не шли ни в какое сравнение с альфионцами, каждый из которых защищал свое тело панцирем из железных чешуй, укрепленных на кожаном платье на манер черепицы, или даже настоящей кольчугой-хауберком. Все также имели щиты, а передние шеренги наставили на врага множество копий. Фаланга сжалась, готовая принять удар.
– Триста ярдов, - крикнул кто-то.
– Стрелки, к бою! Первая шеренга - приготовиться!
Стрелки действовали, как слаженный механизм. Не меньше сорока воинов, защищенных только широкополыми касками и легкими кольчугами - тяжесть оружия, к которому прилагались и вороты для натягивания тугой тетивы, и немалый запас стрел была достаточной, чтобы пренебрегать лишней броней - выступили вперед, не выходя, впрочем, за стену щитов, и разом вскинули свои самострелы. Они были мастерами, способными попасть в мишень размером с куриное яйцо с сорока шагов, и нуждались в считанных мгновениях, чтобы взять точный прицел, благо, стрелять по плотной толпе было сущей забавой.
– Залп!
– грянула отрывистая команда, и под аккомпанемент сухих щелчков в воздух взмыла стая тяжелых болтов.
Стрелы, порождая низкий гул, пронзили воздух, в следующий миг обрушившись на орду горцев. Арбалетчики били в упор, и первый же залп буквально смел горских воинов, метателей дротиков, лучников и пращников. Утяжеленные болты пронзали подряд двух человек, в большинстве своем лишенных доспехов, успевая ранить еще и третьего, прежде чем иссякала переданная им тетивой сила.
По рядам олгалорцев прокатились крики боли, трупы повалились под ноги своим товарищам, уцелевшим после первого залпа. Но все же ярость горцев была сильна, и они, оставив не меньше полусотни убитых, не сбавляли шага, подбадривая себя громкими воплями. Но и альфоинцы не сидели сложа руки.
– Первая шеренга - назад, - прозвучала новая команда.
– Вторая шеренга - на позицию, третья - приготовиться!
Те,
– Да, вот так!
– со злым азартом произнес Дер Винклен, увидев, что срой врага смешался, и горцы невольно сбавили шаг.
– Каково?
Немногие горские лучники, избавившие смертоносных болтов, попытались навязать альфионцам дуэль, но их оружие было слишком маломощным. Лишь эльфийские луки, да оружие, бывшее в ходу в самом Дьорвике, было способно тягаться с самострелами, горцы же просто не могли достать до вражеских стрелков, не подвергаясь опасности сами быть пронзенными болтами алфионцев. И третья шеренга арбалетчиков, как раз сменившая вторые номера, легко разогнала врага, увеличив счет его потерь еще на три, а то и четыре десятка воинов.
– Грязные ублюдки, - рычал пребывавший в этот миг на грани безумия рыцарь, с наслаждением наблюдая, как валятся горские лучники, поймавшие своими телами железные болты. Перед его глазами вновь и вновь вставал картина разоренного села, взятые силой, а затем без капли сожаления убитые женщины, и Бранк Дер Винклен даже не допускал сейчас мысли о пощаде.
– Вам мало? Умойтесь собственной кровью, выродки!
Арбалетчики били точно, и их залпы выкашивали врагов десятками. Но варвары, опьяненные собственной кровью, все рвались вперед, на бегу перепрыгивая через тела своих братьев, а у стрелков Дер Винклена просто не оставалось времени перезарядить свое оружие. Последний залп дали воины из первой шеренги, и то не все. Пущенные в упор болты били с такой силой, что раненых горцев просто отбрасывало на несколько шагов назад, в гущу идущих следом своих соплеменников, что вызвало еще большую неразбериху в рядах олгалорцев.
Но это уже не смогло удержать врага. Напротив, казалось, что каждый убитый горец прибавляет сил тем, кто оставался пока цел, и варвары, потеряв уже больше сотни своих товарищей, шли вперед, движимые возраставшей с каждым мигом яростью.
– Приготовится, - орали десятники и сотники, и точно так же кричал, срывая голос, и сам Бранк Дер Винклен.
– Держать строй! Ни шагу назад! Стоять насмерть!
Уцелевшие метатели дротиков, отойдя на фланги, все же обстреляли альфионцев, сблизившись с ними на какие-то три десятка шагов. Легкие копьеца, направленные твердой рукой, взмыли над головами бойцов, описав крутую дугу и обрушившись на латников.
– Щиты, - скомандовали свирепые десятники.
– Поднять щиты! Живее, крысы!
По строю альфионцев прокатилась рябь, и над головами их поднялись щиты, треугольные и миндалевидные, украшенные яркими гербами. С дробным стуком дротики ударили в преграду, застревая в прочных досках, обтянутых вощеной кожей. Но исполнить приказ успели не все, и теперь уже пролилась кровь воинов Эйтора - не меньше десятка солдат, сраженные точными бросками, упали на землю. А в следующий миг две стены бойцов столкнулись, породив лязг и грохот, который уже не в силах были перекрыть крики людей.