Выбор
Шрифт:
Морозов, сын протоирея главного столичного собора, закончил Духовную академию, и кто как не он может договориться с христианским царём, уставшим кочевать между ханствами и отстаивать свою веру. Виленский решил предложить военное сотрудничество царю Зенду и как результат должность наместника в Эриванском ханстве, а если получится, то можно еще замахнуться и на соседнее Нахичеванское ханство.
На днях Виленский ожидал известий о том, как прошли переговоры и будет ли необходимо его присутствие. Если «конница Шамсаддина» встанет на сторону Стоглавой,
Конечно же Софья Обухова настояла, что поедет вместе с Ирэн, которая клятвенно пообещала детям вернуться к ужину и новоселью.
Путь до гарнизона занял почти два часа, но в гарнизоне Ирэн и остальных встретили приветливо и напоили вкусным компотом.
Полковник Беспалый был мужчиной в годах, точно старше Виленского лет на пятнадцать, потому как был он сед, и лицо его было «прорезано» морщинами, которые на загорелой коже смотрелись словно шрамы. Полковник слегка прихрамывал на правую ногу, но выправка у него явно была гвардейская, ростом он был высоким, осанка прямая.
Видно было, что ему неловко обращаться к Ирэн при Виленском по вопросу «стирки солдатских портков».
Виленский тоже это понял и в конце концов сказал запинающемуся полковнику:
— Владимир Алексеевич, не тушуйся, Ирэн Леонидовна наравне с отцом её участвовала в изобретении «лопатинки», а это куда как более неловко
После этого дело пошло.
Полковник отвёл Ирэн, а вместе с ней и всех остальных в специальное помещение, которое выделили под прачечную. Ирэн взглянула, строго спросила:
— Уже пробовали?
Полковник замахал руками:
— Побойтесь бога, Ирэн Леонидовна, когда бы мы успели
Но Ирэн поняла, что «успели», потому как бока новенького котла уже были немного закопчёнными, но видимо не очень получилось, раз не хотят признаваться.
Ирэн обошла кругом, осмотрела «постирочную линию» и поняла, всё должно работать, кроме одного и это её недочёт, это она не нарисовала, потому как спешила. У прачечных барабанов и у котла не было слива.
Для барабанов слив довольно быстро придумали. Вода в них была холодная и сливать можно было, просто выдернув пробку. Этот вариант Ирэн не нравился. Хотя пол в «прачечной» был каменный, постоянно льющаяся вода не самое лучшее для закрытого помещения.
Можно было запросить трубы у инженеров с буровых, но Ирэн пока ещё не знала остались ли они ещё. Поэтому вспомнили старый дедовский способ.
Во-первых, договорились с полковником Беспалым, что от бочек протянут деревянные желоба, расположив их прямо под отверстием. Стойки для бочек дополнительно укрепят, чтобы не сдвигались.
Полковник сразу же начал отдавать распоряжения и уже через час всё было готово. Можно было приступать к испытанию.
Полковник попросил Ирэн отойти пока в бочку загружали грязную одежду. Котёл для кипячения был установлен на специально выложенном камине, над которым
Ирэн попросила Виленского засечь время. Полковник пригласил двух солдат, чтобы крутить бочку с бельём.
— А сколько по времени-то крутить? — спросил полковник, когда всё уже было загружено и оставалось только отдать команду
Ирэн с тоской вспомнила свою стиральную машину-автомат, самая минимальная стирка была тридцать минут. Значит, для стирки перед кипячением десяти-пятнадцати минут будет достаточно.
Решили попробовать десять минут в мыле, потом пять минут полоскание, потом кипячение и потом снова полоскание.
Через пять минут наблюдения за солдатами князь Обухов не выдержал, вскочил:
— Можно я попробую?
За ним и Виленский. В результате бочку с мыльным раствором крутили минут двадцать, пока все попробовали как это.
Потом солдаты, переложили из одной бочки в другую и несколько раз провернули в чистой воде, после чего кинули в чан с кипятком.
Весь процесс занял примерно сорок пять минут. Ирэн подумала, что когда приноровятся, то можно сократить до тридцати-сорока.
Конечно, это не был идеальный вариант, но когда одежду достали после финального полоскания, портками полковник перед дамами решил не трясти и предъявил рубаху, то все, кто знал, как раньше это было буквально ахнули.
Солдаты, которые помогали, стали трогать рубаху, чуть ли не на «зуб» пробовать, и приговаривали «точно новая».
Пахли вещи, конечно, дустом, но Ирэн предложила собрать лаванды и в холщовом мешочке кидать в чан для кипячения, тогда запах дуста будет перебиваться.
Полковник Беспалый только рассмеялся и когда Ирэн на него удивлённо взглянула, пояснил:
— Простите, Ирэн Леонидовна, просто представил, как наша армия выходит и благоухает лавандой. Боюсь так мы будем менее устрашающи для наших врагов, да и запах «лопатинки» для нас теперь, это запах жизни и здоровья.
Пока ехали обратно, мужчины верхом, а Ирэн с Софьей на коляске, Софья, конечно же, пристала с расспросами, что было в плену, как Ирэн это пережила.
Ирэн рассказала про гарем, про то, как там жили жёны Мустафы-хана, как она познакомилась с Равшаной и Абу Сина и даже делала мыло и кримы, но не долго.
Николай Обухов, который ехал рядом с коляской, не выдержал и с восхищением сказал:
— И как у вас так всё получается, Ирэн Леонидовна, даже в плену вы умудрились найти себе занятие
На что, ехавший с другой стороны Виленский, ревниво произнёс:
— Учитесь, князь, и у вас тоже так будет получаться
После замечания Виленского Обухов больше так явно восхищение не выражал.
Софья, в свою очередь, рассказала, что было после того, как Ирэн похитили:
— Ирэночка, я так кричала, так кричала, что потом два дня не было голоса. Мужчины сразу же побежали вас спасать. Это было страшно…страшно красиво. Они были словно ангелы возмездия, ничто не могло их остановить. Но вас уже уволокли.