Выбор
Шрифт:
Ирэн не стала спрашивать зачем, она спросила про сырьё и возможность построить печь, которая бы прогревала помещение для твердения «камня».
Забела расстроенно спросил:
— Это долго?
Ирэн пожала плечами:
— Смотря какой нужен объём, можно и под солнцем прогревать, только это займёт месяц.
Тогда Забела проговорился:
— Ирэн, а вы сможете съездить в один монастырь? Его разрушили ширванцы, там был приют, детей они угнали, но я хочу восстановить монастырь и имею намерение вернуть
Ирэн заметила, как остро взглянул на Забела Морозов.
Похоже, ждёт графа серьёзный разговор, — подумала Ирэн.
Хотела ещё расспросить как далеко этот монастырь, но принесли мясо и овощи и всем стало не до разговоров.
Здесь всё было по-другому, не так как в столице или в провинциальном Никольском. Какая-то совсем другая жизнь. Вроде бы одна империя, а обычаи и культура совсем разные. Здесь в Горном, с одной стороны всё сложно, а с другой, наоборот по-простецки. Все вместе и господа и слуги и кровники, все веселились на лезге, а теперь поедали вкусное мясо на «вечерних кострах»
Пока Соня общалась с Давидом, Ирэн сидела рядом, и чувствовала себя какой-то стареющей компаньонкой.
Она обернулась, но ни Забела, ни Якоба поблизости не было. Али-Мирза о чём-то разговаривал с братом Мананы, Ирэн подозревала, что разговор был либо о лошадях, либо об оружии.
Было скучно, хотелось пойти поплавать в море, наверняка оно тёплое. Но здесь разве можно так поступать?
Ирэн увидела Манану и махнула ей рукой. Та подошла и присела рядом.
— Ты устала, — утвердительно сказала Манана, — надо идти отдыхать.
— Манана, а как вы купаетесь в море? — всё-таки задала Ирэн свой вопрос
Манана рассмеялась:
— Ставят специальные купальни, там и купаемся. В выходные попрошу Дариа организовать. Сейчас хорошо, море тёплое.
Ирэн задумалась, представила, как они словно «пионерский лагерь» плещутся в какой-то купальне и решила, если не получится у неё присоединиться, то и пусть. Она попросит Якоба найти какой-нибудь «дикий пляж» и там поплавает вволю, а плескаться на мелководье в закрытом «аквариуме» нет, не этого она ждала от поездки на море.
Почувствовала, что глаза закрываются. Да ещё рядом сидела Манана и рассказывала что-то про праздник урожая, который будет уже скоро. Голос у неё был громкий, но Ирэн всё равно засыпала.
Видимо, вино в Горном княжестве было коварным или день тяжёлым, но Ирэн чувствовала, что ещё немного и заснёт. Хотелось пойти в комнаты, но нужно было дождаться, чтобы кто-то из мужчин, с кем они пришли, проводил их.
Ирэн попросила Манану присмотреть за Софьей и никуда не уходить.
— Надо пройтись, — сказала она, — а то засыпаю на ходу
— Иди, дорогая, не волнуйся, никуда не уйду, буду сидеть и сторожить, — Манана весело рассмеялась.
Ирэн пошла пройтись вокруг плато, на котором и проходили «вечерние костры».
Она
Разговаривали Якоб и Андрей.
Ирэн остановилась. Не то, чтобы она собиралась подслушивать, но интересно же! Они сами ничего не рассказывают, вот и решила, раз такое дело, то хотя бы чуть больше информации получу.
— И как долго ты собирался молчать? — раздражённо спрашивал Якоб
— Да я не собирался, я просто хотел её отвезти в этот монастырь. Я слышал, что там монахини помогают с таким недугом.
— Зачем?
Возникла пауза. Потом снова заговорил Андрей. Голос его звучал глухо:
— Да я спать не мог, есть не мог, понимаешь?! Я же солдат! Я не убийца, я не убиваю женщин и детей! А здесь…
Снова возникла пауза.
— Мы же все знали, что ждёт мальчишку, удавили бы его по-тихому где-то казематах. Вот и дал матери попрощаться. А она ему яду. А ей самой не хватило, и она решила себя сжечь. Маслом облила себя и подожгла.
— Яша ты бы видел, я чуть с ума сам не сошёл, потушил её, а у неё кожи на лице нет.
Голос Андрея сорвался, и он замолчал.
Молчал и Якоб. Ирэн старалась не дышать, чтобы не выдать своего присутствия.
Прошло несколько минут, граф Забела вздохнул и снова заговорил:
— В общем всё сделал так, будто бы и мать и сын сгорели, Шувалову доложил, Ирэн успокоил.
А её отвёз к доктору знакомому. Пока она была в беспамятстве он её лечил, потом пришла в себя и вроде бы тихая, а как про сына вспомнит, так буйная становится и всё норовит себя убить. Куда её было девать?
— Для таких есть скорбный дом, — раздался голос Якоба
— А я не смог её в скорбный дом, не смог! — почти закричал Андрей
Потом продолжил уже немного более спокойным голосом:
— Узнал про этот монастырь, всё равно же с вами в Горное собирался, ну и решил поехать раньше.
— Откуда узнал? — спросил Морозов таким тонов, как будто бы уже был уверен в ответе.
— Нино помогла, — снова глухим голосом ответил Забела
Судя по изменившемуся тону Морозов усмехнулся:
— Я так и думал! Женщину они в Никольское везли?
— Да, — Ирэн почти увидела, как Андрей кивает
— А сейчас она где? — продолжал свой допрос Якоб
— В монастыре
— Постой, ты же сказал, что монастырь разрушен или это другой монастырь?
— Нет, этот, но там осталась одна монахиня, с ней и оставил.
Возникла пауза. Ирэн очень хотелось посмотреть какие выражения на лицах у мужчин, но для этого надо было подойти совсем близко. А ей не хотелось, чтобы они узнали, что она их подслушивала.