Выбор
Шрифт:
– Ты рано начала не доверять людям.
– Я только поэтому и жива.
– Какая загадочная милашка. Знаешь… еще тогда, в баре, я заметила: ты не такая, как все. Что в тебе такого особенного? Твоим взглядом можно раскраивать континенты. Расскажи свой секрет.
Мозг настойчиво напоминает о внутреннем «переключателе», и вскоре меня вновь сковывает льдом. Интуиция, что так кричала о несоответствии, устало падает со словами: «Я же говорила». По-птичьи наклонив голову, подхожу на шаг ближе:
– Какой из, милая? Мы обе знаем, что у нас очень много общего. К чему спектакли?
Вижу, как напрягается ее тело,
– Хочешь повеселиться? – Шоколадка облизывает губы, одновременно подбрасывая мне второй нож.
Перехватив рукоять поудобнее, улыбаюсь, по привычке поглаживая острие указательным пальцем.
– Не могу отказаться.
Я подмигиваю, рывок вперед, рассекая ножом по вертикали, и она, прогнувшись, уходит мне за спину. Разворот, теперь уже я ускользаю от смертельного удара в сонную артерию. Мы не торопимся, лишь играем друг с другом, проверяя и анализируя действия.
– Я не ошиблась.
Её обманка, и вместо локтя в голову я получаю шпильку в стопу. Мгновенный тычок – и шоколадка отлетает на пару метров.
– Пару месяцев назад видела выпуск новостей, многоэтажка развалилась на части. Жертв практически не было, сработала сигнализация, но почему-то одна семья так и не вышла. Увидев тебя в баре, подумала, что ты лишь похожа на девочку с фотографии. А потом бармен сказал, что ты назвала себя Авалон. Довольно редкое имя, не находишь? – ей приходится на мгновение замолчать, отражая удары, которые я наносила быстрее и быстрее, практически переходя грань игры, – говорят, в том взрыве не выжил никто, кто был близок к эпицентру. Тогда почему ты стоишь передо мной?
Улыбка, достойная заморозить планету:
– Потому что я его и устроила.
Стремительно поменяв положение ножа в ладони, девушка бросается на меня и, схватив за голову, останавливает лезвие у горла; незаметно зеркалю все её действия, и в итоге мы так и застываем, с ножами, прижатыми к сонной артерии другого. Мой взгляд встречается с её насмешливым. Игра окончена. Улыбаясь, мы одновременно отбрасываем ножи, не отрывая взгляд друг от друга.
– Меня зовут Хейли. Ты ведь Тень, да? – Внимательный взгляд, но я всё так же молчу. Прошлый человек, который знал эту кличку, убил моих родителей. – Ты была очень популярна в наших кругах. Даже вру. Ты же одна из Триады! О тебе ходили легенды! Говорят, ты и получала в разы больше нас, несмотря на юный возраст. Пару раз я даже получала заказ на твое убийство, правда, фактов для досье было маловато, и я каждый раз отказывалась рисковать. Как оказалось, не зря. В твоей квартире ведь остался труп Хризолит, который приняли за твой, правильно? Умно.
Приехали.
– Не смотри на меня так, – шоколадка отбрасывает назад волосы, – это обычное дело у наемников. Тебе ли не знать.
Я знала. Она права, я была популярна, хоть сведений обо мне было немного. Девушка, возраст – около двадцати, выполняет задания с маниакальной точностью, не оставляя улик и свидетелей, нет проваленных заданий. Я оправдывала свое имя, раз за разом уходя в тень. Такая же живучая. Такая же неуловимая. Джер никогда не давал на меня наводок: не то чтобы невыгодно, без меня было бы скучно. Интересно, как он там… Макс же оправдывал имя посредника и лучшего друга, иногда подчищая за
За год работы я зачистила преступный мир лучше, чем копы за десятилетия. Никто не уходил живым: ни матерые, закоренелые наемники, ни новички. Убивая всех, кого только можно, никогда не ожидаешь, что эта участь постигнет и тебя. Это стало и моей ошибкой. Балансируя между жизнью и смертью, нет места нарциссам. Жаль, я поняла это слишком поздно. Быть самоуверенным – значит умереть.
– Это в прошлом, – я спокойна, – всё это.
– Прежде, чем говорить что-либо, потрудись хотя бы в это поверить, – огрызается девушка, и это именно то, что заставляет меня замолчать и спрятать глубже начавшие вываливаться чувства.
Увидев, что я готова слушать, она продолжила:
– Весть о твоей смерти разлетелась достаточно быстро, и не скажу, что все скорбели, скорее наоборот – все заказы с огромными кучами зеленых теперь гребли мы. А потом около месяца назад в наших кругах прошел заказ. Особенный, с кричащей пометкой о срочности, и он до сих пор остается в силе, – она спокойна, но я чувствую напряжение, – задание на убийство девушки, которая за пару минут уложила всех копов города, устроив кровавую резню на одной из торговых улочек, – секундное молчание, – за тебя отваливают двенадцать миллионов, милая.
Удивленно присвистываю:
– Меня хотят убрать тихо и мирно?
– За тобой охотятся криминалы, мирные и копы. Тебя поймают и прилюдно казнят.
Холодно улыбаюсь и присаживаюсь на чайный столик:
– Не думала, что ради меня сделают исключение в смертной казни. Почему я еще здесь?
– Мне интересно.
– И всё? Двенадцать миллионов больше не вызывают интереса?
– Есть кое-что важнее денег, – ухмылка, из-за которой её золотистые глаза начинают сверкать, – как ты зарастила зад за месяц?
Ответная ухмылка:
– Тайна производства. Пойдем.
– Куда?
– Пить.
– Шутишь?
– Я похожа на человека, который когда-либо шутит о выпивке?
– Я надеюсь на это. Ты надралась в шесть утра, потом отрубилась на весь день, оскверняя мир вонью.
– А сейчас я свежа, как огурчик, – перебив девушку, счастливо улыбаюсь, поправляя одежду, – ты идешь, нет?
Тяжелый вздох:
– Да куда я денусь.
***
– Давно ты в городе?
Мы прогуливаемся по ночному городу. Ровные строи домов вдоль дороги с тусклыми фонарями, чистое небо с миллиардами звезд и полной луной – она и освещает нам путь. Мы находимся в самом тихом спальном районе города, свет в домах давно уже погас, а сами жители крепко спят. Дорога медленно идет вниз, и на её вершине открывается прекрасный вид. Атмосфера уюта и спокойствия поглощает, и я на секунду задумываюсь: каково это, иметь нормальную жизнь? Вопрос Хейли выбивает меня из задумчивости.
– Я не живу здесь.
Девушка слегка притормаживает, изумленно смотря на меня:
– В смысле? Если не здесь, то где?
Мысленно прикидываю расстояние:
– На окраине. Миль пятнадцать-двадцать отсюда, не больше.
– У тебя есть машина?
– Предпочитаю ходить пешком.
Молчание немного затягивается, принося дискомфорт, но я всё равно молчу, не мешая новообретенной знакомой обдумать сказанное. Через несколько минут я всё-таки сдаюсь:
– Как ты попала к нам?