Выбор завоевателя
Шрифт:
— Мне кажется, ответ был куда интереснее, — вмешался в разговор Перепелка. — У меня на Эдо возникло впечатление, что никому нет дела до мрашанского корабля, который мы засекли на планете, когда выкрали Кавано у завоевателей.
— У меня создалось точно такое же впечатление, — согласился Клипер. — Может, коммандер Кавано рассказал начальству больше в неофициальной беседе?
— Или какое-то шило воткнулось штабу в задницу, — предположил Паладин. — Кажется, я слышал что-то по поводу исчезновения лорда Кавано
— Насколько мне известно, никто не знает, где именно он исчез, — проговорил Квинн. Прямо перед ним, там, где кончался коридор, виднелась широкая дверь с надписью «Отсек Дельта-3». Слева от нее открытый проход вел в кают-компанию, отведенную для четырех отсеков. — Как я узнал от коммандера Кавано, дипломат по имени Бронски видел лорда на Мра-мидже…
Он осекся, когда в коридор выглянул молодой человек в форме «Мокасиновых змей» с кружкой в руке.
— А, свежая кровь! — воскликнул он. — Заходите, господа, ваши соратники жаждут приветствовать вас.
Квинн глянул на Клипера — тот сжал губы, подтверждая собственные опасения Квинна. Нынче имя Адама Квинна не вызывало благоговения у пилотов «Мокасиновых змей».
— Только распакуюсь, — спокойно сказал он. — Остальные могут присоединиться к товарищам.
— Не бери в голову, Маэстро, — твердо сказал Паладин. — Нам летать и воевать вместе. И сотрудничество может начаться с дружеской попойки, там и посмотрим, как нас всех примут.
— Он прав, — сказал напарник Паладина Камуфляж. — Если это кому-нибудь не по вкусу, лучше выяснить прямо сейчас.
Увы, они были правы.
— Ладно, — проговорил Квинн. — Пошли.
Кают-компания оказалась больше, чем ожидал увидеть Квинн, — больше, даже если учесть, что она была главным местом отдыха для сорока восьми пилотов. В ней было довольно много народу — около тридцати пилотов «Мокасиновых змей» сидели за столами или в шезлонгах, пили, читали или беседовали. Похоже, большинство эскадрилий отдыхало перед завтрашними учениями.
— Вот и мы, — произнес человек с кружкой, когда сидевшие за столами повернулись в сторону новоприбывших. — Сначала представимся. Я Стив Кук — Кок, естественно, — из «Сигмы-пять». Вон тот русский — мой напарник, Арутюн — Жулик. А вы Клипер и «Омикрон-четыре», так?
— Так, — кивнул Клипер. — Только что с Эдо.
— Я уж слышал, — улыбнулся Кок. — А еще я слышал, что вам до полной полуэскадрильи не хватает двух «Воронов»?
— Ты за них не беспокойся, — сказал сидевший к ним спиной человек, прежде чем Клипер успел ответить. — Думаю, приятель Клипера собой возместит недостачу.
— Может, объяснишься? — ровным голосом спросил Клипер.
Человек обернулся; у него оказалось лицо восточного типа, с резкими чертами.
— А что тут объяснять? — процедил он. — С тобой же сам Адам Квинн, Маэстро! Великолепно владеет ножом, как я слышал.
В комнате стало очень тихо.
— У тебя есть претензии к Маэстро, давай их уладим, — сказал Клипер. — Начнем с твоего имени.
— Коммандер Раф Таока, «Каппа-два», — ответил его собеседник. — Самурай. Прозвище из тех времен, когда личная честь и верность товарищам что-то значили. Похоже, у вас в Севкооре о таких вещах забыли.
— Мне кажется, что лучше не впутывать сюда национальную гордость, Самурай, — сказал Клипер. — У «Мокасиновых змей» своя честь, и ею тоже можно гордиться.
Самурай фыркнул.
— Гордиться честью «Мокасиновых змей»! Отличный совет, но твоему дружку он впрок не пошел. Он же побежал плакаться в Севкоор вместо того, чтобы разобраться с командованием «Мокасиновых змей»! Его слова и дела позорят всех нас!
— То, что я сделал, спасло жизни многих пилотов «Мокасиновых змей», — ответил Квинн. — Возможно, и твою тоже.
— Все это клеймит его как предателя, — ответил Самурай, сверкая глазами и совершенно не слушая Квинна. — Предатель и трус. И его присутствие здесь продолжает нас позорить! Я не желаю летать с таким человеком.
— А тебя никто и не спрашивает, Самурай, — ледяным голосом сказал Клипер. — Сейчас война, мы миротворцы, и у нас есть дело.
— Я-то свое дело сделаю, Клипер, — тихо проговорил Самурай. — В отличие от Квинна я сохранил и честь, и верность. Я не хочу с ним летать, но буду. Но я и говорить с ним не хочу — и не буду.
Он повернулся спиной ко всем вновь прибывшим. Клипер глянул на Квинна, кивнул на свободный стол в правом углу комнаты и пошел туда. Квинн последовал за ним, пряча глаза.
— Ну, мы хотели увидеть реакцию, мы ее увидели, — произнес Клипер, садясь.
— Похоже на то, — ответил Квинн, уловив горечь в его голосе. — И хорошо, что это произошло на глазах у всех.
— Не бери в голову, — посоветовал Клипер, заказав на селекторе столика два освежающих напитка. — Похоже, его просто раздражает, что такой честный воин, как он, должен делить посмертную славу с таким, как ты.
Квинн искоса глянул на него:
— Насчет посмертной славы — это ты в нашем приказе вычитал?
— А что тут читать? — пожал плечами Клипер, когда конвейер доставил их напитки. — Эта атака — чистое самоубийство. Последние три недели джирриш продвигались вглубь пространства Содружества — вяло, может быть, но тем не менее продвигались. Нам нужна передышка, и мы должны перехватить у них инициативу. Лучший путь достичь обеих целей — стукнуть их по затылку, чтобы они оттянули часть сил для обороны собственного дома. Вывод прост: бить их по затылку предстоит нам.
— Привет, — послышался тенорок за спиной у Квинна. — Вы не против, если мы подсядем?