Выбор неизбежен

Ночина Марина

– Так, давайте все успокоимся и подумаем, - рассудительно предложил старший тэль Маришь.

– А не засунуть ли тебе твою...

– Игнес!

– Успокоимся и подумаем в...

– Игнес!

– Может, всё-таки успокоимся и подумаем?
– влез я в перепалку брата и сестры, пока они не забыли о проблеме.

– А может...

– Игнес!
– это мы выкрикнули хором с Шайрэ, и демоница, буркнув нечто невразумительное, умолкла.

Шайрэ тяжело вздохнул, судя по глухому стуку, пару раз стукнулся головой в дверь камеры и вытянул

руку в смотровое окно.

– Дай мне ошейник.

– Хочешь примерить на себе?
– тут же съязвила Игнес. Их камеры были практически напротив друг друга и неплохо просматривались с той точки, на которой стоял я. А стоял я там не просто так - было интересно знать, а лучше всего видеть выражение лиц и действия брата и сестры. В будущем это могло намного облегчить мне жизнь, ну а пока что я видел гнев и презрение Игнес, и обеспокоенность и ярость Шайрэ. Может уже пора переходить к теме побега?

– Лучше молчи Иги...
– тон демона не предвещал ничего хорошего, и слишком явно просматривалась нехватка некого "иначе", но Игнес хватило одного тона брата, и она снова утихла, и вообще улезла в самый дальний угол камеры, усевшись там на пол. А я с насмешкой проследил за её перемещениями и осторожно поинтересовался:

– Иги?

Игнес зашипела, Шайрэ снова дернул рукой, напоминая о своей просьбе, так что я отдал ему "украшение" и стал дожидаться приговора демона.

Шайрэ несколько минут вертел ошейник в руках, потом начал пристально разглядывать кусок янтаря и кожу с нанесёнными на неё символами, ну а спустя пяток минут попросил меня перевести, что же там написано. Я перевёл, хотя смысла ни в одном слове, а уж тем более в их сочетании не видел. Край, воздух, власть, пожар, снег, фамилия, жизнь и номер. Вот такая вот белиберда и как именно её трактовать я не имел ни малейшего понятия. Кстати, на ошейнике Рурика были идентичные ангельские закорючки, только располагались они немного в ином порядке. И с чем это связано я тоже не знал. На обычных ошейниках, которые уже красовались на шеях демонов, были нанесены только стандартные руны, перекрывающие поток Силы к сущностям инфернов, так что сравнивать их с поглотителем воли было бессмысленно.

Шайрэ тоже выглядел озадаченным и уточнил: а нет ли у этих слов ещё какого-нибудь перевода или трактования и вообще, ангельский это язык или нечто иное. Здесь я должен был признать свою неграмотность в данном вопросе и только развёл руками. Все, что я мог сделать - то есть банально перевести слова, я сделал. Шайрэ хмыкнул и попытался порвать ошейник на две части. Кожа трещала, демон заглушал треск своим рыком и редким матом, но ошейник так и не поддался, после чего Шайрэ вернул его мне и, усевшись на пол в центре камеры, погрузился в раздумье. Теперь ближайшие несколько часов до него не достучаться.

– Лука, - тихо позвала Игнес. Видок у неё был до безобразия печальный, и я сразу же проникся к ней сочувствием. Всё же, какой бы стервой она ни была, Игнес была чертовски привлекательна и если бы не её острый язык, я

бы... я бы мог с ней сделать многое, этим испортив более или менее дружественные отношения с её братом. За время, проведённое в Чистилище, мы вроде как сдружились, по крайней мере, наивный ангел считал именно так. Что по этому поводу думал Шайрэ, мне придётся выяснить только в момент побега. И то, только в том случае, если он состоится, ну а коли состоится, демоны могут тривиально использовать меня, а потом бросить на растерзание ангелам, когда я перестану быть нужным.

Я подошёл поближе к камере Игнес, исключительно чтобы лучше видеть саму демоницу и... попытаться спрогнозировать её дальнейшее поведение. И плевать, что ещё ни разу у меня не получалось предугадать её действия даже в самой простой ситуации. Демоница была исключительно не предсказуема.

– Опять хочешь сказать мне какую-нибудь гадость?
– спросил только для поддержания разговора.

Игнес отрицательно мотнула головой и отвела взгляд.

Удивляться такому поведению я не стал, и не такое видел в её исполнении, и каждый раз театр одного актера приносил демонице победу, а меня оставлял в дураках. И куда я спрашивается, смотрел? А смотрел я на её полуобнажённое тело и мыслями был очень далеко от положенного светлому ангелу.

– Я хотела сказать...
– она тяжело вздохнула, закусила нижнюю губу и повела плечиком, демонстрируя мне кусочек голой плоти на груди, после чего из моей головы как обычно вылетели вне мысли, а в штанах стало немножко тесно. Но, в этот раз всё пошло не так как обычно. Игнес рассмеялась, наполняя камеру и коридор тягучим злым смехом, и с тоской заглянула мне в глаза.

– Спасибо, что хоть попытался что-то сделать. Не каждый демон захочет помогать... хм-м... ближнему, а ты...

– А я ангел, да? И что с того?
– я моментально выскользнул из дурмана созерцания тела демоницы и резким движением взъерошил волосы. Всегда бесило, что меня приравнивают к остальным пернатым святошам. Я никогда не был фанатиком света, а теперь я вообще уникальное существо, которого достало, когда о нём говорят в таком тоне. Вот только как понятнее, в миллионный по счёту раз, объяснить это моим подопечным?

Игнес поднялась и шагнула к двери. Я тут же отпрянул от смотрового окна.

Демоница горестно усмехнулась и как недавно её брат, вытянула руку.

– Дай ошейник.

Пару секунд раздумывал, стоит ли идти на такой шаг - Шайрэ всё же разумный, а вот от его сестрицы можно было ожидать чего угодно - и всё-таки вложил исписанную знаками полоску кожи в руку демоницы.

Хочет изучить, мешать не буду.

Но, Игнес снова смогла меня удивить и сделала нечто из ряда вон - попыталась надеть на себя второй ошейник. Не знаю, что в этот момент нашло на меня, но я не только успел открыть её камеру, но и выбил полоску кожи из рук демоницы, после чего заслужил весьма болезненную пощечину. А внезапно вернувшийся из размышлений Шайрэ пообещал свернуть мне шею.