Шрифт:
Ночина Марина
Выбор неизбежен
– Нет, батенька, так не пойдёт! Ферзь здесь не стоял!
– с усмешкой, покачивая указательным пальцем шахматную фигурку в виде рыцаря, заметил пожилой седовласый мужчина, облаченный в молочно-белый костюм тройку.
– Докажи!
– с вызовом, резко подавшись вперед, бросил его соперник.
– Бог тебе судья!
– вздохнул первый, и двумя пальцами ухватив голову рыцаря, переставил его на место.
– Очень
– Ну, так и посмейся, - развел руками пожилой мужчина, и чуть дёрнув указательным пальцем, передвинул коня.
– Шах и мат.
– Э-э-э! Так не честно!
– резво подскочив на ноги, обиженно вскрикнул панк.
– В этом мире, мальчик мой, честно жить не интересно. Тебе ли не знать, - усмехнулся пожилой и откинулся на спинку глубокого черного кожаного кресла.
– Да иди ты!
– раздражённо отмахнулся парень и рухнул на свой диван. Закинул ноги на шахматную доску, сбросив половину искусно вырезанных из кости фигур на пол, и запрокинул голову.
– Всё, мне надоело. Скучно!
Мужчина в белом только вздохнул и с печалью посмотрел на разбросанные фигуры, которые стали медленно таять в воздухе, и через несколько секунд пол и доска уже были чистыми. Не считая грязных тяжелых ботинок панка.
– Не, ну правда, - парень скинул ноги с доски, нервно подскочил, прошёл туда-сюда вдоль дивана и, подпрыгнув, во весь рост плюхнулся обратно на диван. Согнул левую ногу в колене, сверху забросил правую, подложил руки под голову и тяжело вздохнул.
– Что "правда"?
– поинтересовался пожилой мужчина, попивая ароматный кофе из крошечной фарфоровой чашки, минуту назад из ниоткуда появившейся в его руке.
– Что?
– нахмурился панк, уже успевший позабыть, о чем говорил.
– А-а-а, - коротко протянул он и, выпрямив ноги, рывком сел.
– Правда, что скучно. Может, замутим чего-нить?
– Чего?
– в руках пожилого мужчины помимо чашки кофе теперь красовалась ещё и сегодняшняя газета, заголовки которой он лениво просматривал.
– Давай войну!
– радостно воскликнул панк и ударил невидимого противника кулаком, при этом подскочив на диване так, что дорогая мебель жалобно скрипнула.
– Тебе мало имеющихся?
– не отрываясь от понравившейся ему статья, спросил мужчина в белом.
– Согласен. Всё равно быстро надоест, - понуро согласился панк и, обхватив затылок руками, завалился на спину. Правую ногу он закинул на спинку дивана.
Пару минут двое просидели в тишине. Пожилой мужчина, закончив с кофе и газетой, занялся прочтением
– А давай пари!
– радостно предложил он.
– На что?
– флегматично отозвался мужчина.
– А-а-а... э-э-э...
– затянул панк и снова сник.
– Не знаю, - хмуро буркнул он.
– Вот когда узнаешь, тогда и поговорим, - сообщил мужчина в белом и, перевернув лист А-4 исписанный мелким, но ровным почерком, улыбнулся. Один из подчиненных нарисовал на докладе смешную рожицу с рожками и хвостом.
– А что, похож!
– хмыкнул он.
– Кто похож?!
– едва ли не взревел панк, вырывая лист из рук своего вечного соперника. Когда он злился, он переставал себя контролировать, а сейчас было на что позлиться.
– Ещё смешнее!
– рыкнул парень и, скомкав лист, бросил его через плечо. Комок бумаги, не долетев до пола, ярко вспыхнул и развеялся пеплом.
– Ну так похож же, - усмехнулся мужчина и перед ним на столе появился ещё один лист с рожицей, точная копия сожженного.
– Забей, - отмахнулся панк и, утащив лист, скомкал и снова бросил через плечо. Вторая яркая вспышка и снова пепел, осыпавшийся и тут же исчезнувший с дорогого деревянного пола.
– Я вот тут что подумал. Давай на интерес сыграем.
– В каком смысле?
– мужчина отложил бумаги и удивленно посмотрел на парня. Этого горе-панка он знал уже давно, и чтобы тот играл на какой-то интерес... В общем, это было странно.
– И когда это к тебе пришла такая удивительная идея?
– с сарказмом спросил он.
– Когда рожу на листке увидел, - хмыкнул панк и, достав из воздуха всё тот же сожженный лист с рожицей, продемонстрировал его мужчине.
– Занимательно, - устало вздохнул тот, и осторожно забрав лист из рук парня, вернул его в стопку с уже прочитанными донесениями.
– Так что там пришло в твою дурную головушку?
– Сам ты дурной!
– рыкнул панк и, свалив на пол стопку документов с угла стола, уселся на освободившееся место.
– Значит, смотри. Берем отдельно взятую душу и даем ей место, где развернуться. К примеру, сто лет быть...
– панк скривился, - райфеном. А потом стольник...
– здесь панк хищно оскалился, - инферном. А? Как идея?
– И в чём же заключается эта гениальная идея?
– разведя ладонями, хмыкнул пожилой мужчина.
– У-у-у... темнота!
– укоризненно протянул парень, нервным движением взъерошил волосы и громко матюгнулся, когда одна из длинных красных прядей зацепилась за кольцо из чёрного металла с большим иссиня-чёрным камнем, надетое на указательный палец.