Выбор неизбежен

Ночина Марина

– Помочь дойти?

Немая сцена. М-дя, дожили. Точнее, это по меркам демонов, я дожил. Или докатился, что равнозначно скатился. Скатился до того, что Я - сын Света, Пречистый ангел, добровольно предлагаю помощь отродью Гиены Огненной.

– Не удивляйтесь, - возвращаясь к демонам, хмыкнул я и протянул Шайрэ руку.
– И на будущее - мне хоть и не особо нравится моё имя, но это лучше, чем минуту назад меня назвала твоя сестра.

Демоница почему-то протестующе зашипела и выдала знаменитую

распальцовку, которой я недавно отпугивал парящих над головой ангелов. Я только угрюмо поцокал языком и напомнил демону про руку помощи.

– Шайрэ, - поморщившись, представился старший брат, которого я с неким трудом поднял на ноги. Всё-таки избили его конкретно, да и комплекция у нас неравномерно разная. Он килограмм на сорок тяжелее меня.

– Лукреций. Можно просто Лука.

Демон прыснул, правда, попытался удачно скрыть это за приступом кашля, но, увы, реакцию демонов на своё имечко я выучил давно.

Шайрэ хотя бы сделал вид, что ему не смешно, демоница едва не хрюкала, задыхалась от хохота. Ей было больно, она кривилась и шипела, но всё равно продолжала смеяться.

Вот за что люблю демонов, так это за их неунывающий характер.

В замок мы попали спустя три часа неспешного хода. Демоны передвигаться быстро не могли, я, соответственно, их не подгонял. А вот незримое око, наблюдающее за нами, чувствовал прекрасно. Ангелы - что там, скорее всего именно архангелы - наблюдали за нашим медленным передвижением. Смешно, если они решат, что я собираюсь сговориться с этой побитой парочкой. Самое страшное, что смогут вытворить брат и сестра - так это выцарапать на стенах своих камер какие-нибудь непотребства.

Но если я всё же задумаюсь над идеей заговора - проще всего начать с массового геноцида пернатых по средством моей готовки. Яд не яд, а придумать что-нибудь можно. Та же кровь демонов может сыграть не последнюю роль, если напоить ею ничего не подозревающих ангелов.

Под такие мысли, молча, мы и добрались до ворот замка. А там нас уже ждали. Двое бездушных, три ангела и возглавлял всю процессию, оставаясь за спинами подчинённых, мой любимый архангел-крыса.

– И что ты себе позволяешь!?
– возопил Аркадий.

– А разве я что-то делаю не по правилам?
– уязвлено удивляюсь. Им бы спасибо сказать, что я не бросил демонов в поле на развлечение Рурику.
– Отчёт дам вечером, на общем собрании. А сейчас, извините, мне надо устроить наших гостей, - указываю демонам на нужный проход.
– Сюда господа и... дамы.

Игнес одарила меня новой порцией угрожающего шипения, Шайрэ только покачал головой и, не обращая внимания на группу встречающих, двинулся в указанном направлении. Сестру за локоток всё же придержал, уводя за собой. Мысленно поблагодарив его за понимание, пошёл

за подопечными, проигнорировав злобный выкрик архангела по поводу строгого выговора.

Ангелы и бездушные отчего-то промолчали и даже не сделали попытки нас задержать. Точнее задержать меня. Демоны здесь и так пленники.

– Мило здесь у вас, - не весело усмехнулся Шайрэ, когда мы короткими, и от этого очень кривыми и неудобными путями, добрались до тюремной зоны.

– Здесь есть крыша над головой, двухразовая кормёжка и...
– честно, задумался очень серьезно, пытаясь придумать ещё хоть один плюс этого места. Не сумел.
– Ну, сами потом найдёте, что вас здесь радует.

– Странный ты ангел.

– А вы побитые демоны, - беззлобно огрызнулся я. Шайрэ надменно фыркнул, но скрыть за этим улыбку у него не получилось, а вот его сестрёнка снова окрысилась, в который уже раз попутав моё имя с некими неприличностями интимного характера. Не стал её разочаровывать, промолчал, только пообещал как-нибудь вечерком зайти и продемонстрировать данные интимные неприличности. А заодно поднатаскаю свой демонический, даже Арлетта не учила меня столь оригинальным оборотам.

– 6 -

Какая ничтожная малость может иногда перестроить всего человека!

Полный раздумья, шел я однажды по большой дороге.

Тяжкие предчувствия стесняли мою грудь; унылость овладевала мною.

Я поднял голову... Передо мною, между двух рядов высоких тополей, стрелою уходила вдаль дорога.

И через нее, через эту самую дорогу, в десяти шагах от меня, вся раззолоченная ярким летним солнцем, прыгала гуськом целая семейка воробьев, прыгала бойко, забавно, самонадеянно!

Особенно один из них так и надсаживал бочком, бочком, выпуча зоб и дерзко чирикая, словно и черт ему не брат! Завоеватель - и полно!

А между тем высоко на небе кружил ястреб, которому, быть может, суждено сожрать именно этого самого завоевателя.

Я поглядел, рассмеялся, встряхнулся - и грустные думы тотчас отлетели прочь: отвагу, удаль, охоту к жизни почувствовал я.

И пускай надо мной кружит мой ястреб...

– Мы еще повоюем, черт возьми!

(И.С.Тургенев - Мы ещё повоюем!)

– Всё началось не со зла, всё началось как игра, - злорадно продекламировала Игнес.

Едва удержался, дабы не прижать её покрепче к себе и хорошенько потереться.

Если уж мне приходиться страдать, я не должен делать этого в одиночестве! А выплеснутая мне на одежду жиденькая каша, дарованная сегодня на ужин заключённым, делала меня очень страдающим ангелом. Игнес же продолжала издеваться, однако близко к двери не подходила. И правильно делала, только она не учла одного.