Выбор неизбежен
Шрифт:
– За что сидишь?
– ничего умнее спросить не придумал.
Ангел смутился. Помялся, поломался, снова вздохнул, да так, что мне стало его жалко, и устремил взгляд вниз, на небольшую пустую площадь, выложенную бурым камнем.
– У нас не принято разговаривать на подобные темы, - тихо заговорил он.
Я понимающе покосился на ангела, морально поддержал беднягу (кто знает, сколько он здесь прохлаждается) и решил не гнать лошадей. Пусть всё идёт своим чередом. В конце концов, торчать мне здесь до скончания времен. Вечность, короче. Красивое слово, если призадуматься. Помнится, не так давно на меня
– Зовут-то как?
Думаю, на этот вопрос мой новый товарищ по несчастью ответить должен.
– Эдуард.
– Лука. Рад знакомству, - дружелюбно оскалился я и протянул руку для пожатия. Эдуард странно посмотрел на ладонь, на меня и вопросительно приподнял бровь. Это называется - приехали. Ребят, когда в последний раз сюда ссылали провинившихся ангелов?
Это я и спросил.
Эдуард поведал, что примерно лет четыреста назад в Чистилище попал некий Томас, точнее лично он, Эдуард, сказать не может, ибо время здесь течет по-иному. А это значит - мне пора хвататься за голову и биться лбом о стену. Вечность по местным меркам мило и непринуждённо растягивается в бесконечность.
Что может сказать попавший сюда ангел? Охренительно, друзья мои! Просто охренительно!
– Ладно, предположим, что спешить нам некуда. Так кто там меня искал?
Эдуард стоял с таким кислым выражением на лице, что ещё пара минут, и я бы с удовольствием сбросился с башни, только бы не видеть эту мину. Будем надеяться, что я откину крылья и нимб раньше, чем доживу до подобного счастья.
Впрочем, нимба меня уже лишили.
– А! Точно! Искали, - хоть вой от тоски! Какую отраву им подсыпают в хлебушек? И я тоже стану таким? И с памятью, у меня, кажется, тоже скоро начнутся проблемы. По-моему, ангел уже и забыл, для чего его послали. Забыл и уплыл в далёкие дали.
Всегда было интересно, о чём мечтают ангелы. Не трудно догадаться, о чём мечтает конкретно этот.
– Так веди!
– я ободряюще хлопнул Эдуарда по плечу и поддакнул к лестнице. Кто бы меня ни искал, лучше увидеться с ним как можно скорей. Хоть пойму, чем буду здесь заниматься на протяжении... бесконечности.
Шли мы недолго и не по лестнице - спуск оказался куда проще, чем подъем, тем более, когда у тебя за спиной крылья! Я не додумался, да даже не подумал, что с башни можно не только спускаться ножками, но и слетать. Обычно приходилось работать именно ногами - в Раю почему-то не одобряют, если ангел использует для передвижения крылья. Там для общего пользования проложены специальные пешеходные дорожки.
За столько тысяч лет все привыкли и особо не возмущаются. Даже я как-то притерпелся к этому негласному правилу. А в Чистилище, всё оказывается куда проще. Да и кто здесь будет следить? Ну а коли поймают, дальше, чем сюда, уже не сошлют, ибо дальше уже некуда.
Наверное.
Эдуард хоть и навевал на меня смертную тоску, но мне понравился. Он молча вёл вперед, только постоянно теребил каменные чётки на левом запястье.
Интересно,
– Это зал общего Сбора, - подходя к высокой двухстворчатой двери из белого дерева, пояснил ангел.
– Каждый вечер мы собираемся здесь и даем отчет о проделанной за день работе.
Я насмешливо хмыкнул. Делать им, что ли, больше нечего?
– Да, нам нечего делать. Это Чистилище!
– Эдуард словно прочитал мои мысли. Впрочем, все мои мысли были большими буквами написаны у меня на роже.
– Молчу, - буркнул я и следом за рассерженным ангелом зашёл в зал.
А там меня действительно ждали. Оба архангела и те шестеро без определенного причастия к светлым или тёмным. Бездушные - как я охарактеризовал их для себя. Детей у нас, у ангелов и демонов, не рождается. Мы два несовместимых вида. Может, конечно, я чего-то не знаю, но если случится чудо и кто-то там всё-таки родится - у него определённо не будет души. Или...
А чего, собственно, мне гадать? Не моё это дело, хотя и заинтересовало.
– Остальные не пожелали знакомиться?
– с порога навешиваю надменно-насмешливую маску. Какое-то время придётся ходить под ней, а дальше посмотрим.
– Тебя ищут, - злобно бросил архангел, похожий на крысу. О! Так меня ищут! Сколько чести, однако.
– А что меня искать? Вот он я!
– обрадовал я присутствующих и на всякий случай поинтересовался.
– Вам что, было лень меня отследить?
– Мы в Чистилище. А ты пока не прошёл процедуру, - со скорбным видом напомнил всё тот же архангел. Второй что-то усердно записывал остро заточенным пером в толстую амбарную книгу.
– Да, мы в Чистилище, - тихо прошептал я и, подойдя к столу, без приглашения, уселся на понравившийся стул. На меня посмотрели с укором.
– Что?
– Это стул Патрика, - хмуро объяснил один из бездушных. Низенький, пухлый, словно купидон с картинки. Волосы светлые, вьются и лезут ему в глаза. Одет во всё белое. Ну, правда, ангел воплоти. Что ж ты, родненький, здесь делаешь? И откуда вообще вылез?
– Патрик будет очень недоволен, - назидательно высказался я и устроился удобнее. Патрик не Патрик, а сейчас здесь сижу Я. Потом присмотрю себе местечко посимпотичнее. Лучше бы вместо того, чтобы терроризировать новичка по всяким глупостям дали поесть. Голодный ангел хуже демона и саранчи вместе взятых.
На этот раз я был удостоен взгляда, приравнивающего меня к врагу всего доброго и светлого. Блин, антихрист в отрочестве! Вот бы Арлетта порадовалась. У демоницы порой случались приступы совращения моей ангельской натуры с пути истинного и приставление мне рогов вместо нимба.
Я поскрёб лоб, на всякий случай провел рукой по волосам, убеждаясь в отсутствии рогов, и невинно поинтересовался, а когда здесь собственно подают обед?
– Обед был два часа назад, - буркнул пишущий архангел, и вдруг оторвавшись от своей амбарной книги, резко встал, перевернул фолиант и придвинул ко мне.
– Распишись.