Выбор магната

Кокс Мэгги

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Голос молодого тенора изумил Лауру. Он пел под аккомпанемент волшебной испанской гитары, и для нее это стало бесценным подарком после нескольких дней упорной работы. Все тревоги и сомнения, которые терзали ее по поводу концерта, растворились в этой музыке и в этом голосе.

Сидя в первом ряду роскошного шатра рядом с Фабианом, красота которого заставляла учащенно биться ее пульс всякий раз, когда она украдкой смотрела на него, Лаура закрыла глаза и слушала музыку. Голос молодого певца и горестные

слова песни повергли ее в глубокую, почти невыносимую печаль.

За закрытыми веками стали собираться слезы, потому что мыслями Лаура была очень далеко отсюда. Она почувствовала, как ее руку накрыла другая рука и тихонько пожала ее. Девушка встрепенулась и с удивлением прочла во взгляде Фабиана явное беспокойство. Для человека, который относится к эмоциям в лучшем случае как к необходимости, его поведение сейчас было непонятно для нее. Она выдавила слабую улыбку, осторожно освободила руку, хотя втайне ей не хотелось этого делать, и полезла в сумочку за носовым платком.

Вскоре изумительный концерт подошел к концу. Закрывая его, Фабиан поблагодарил артистов за прекрасные выступления, гостей – за пожертвования в фонд детского хосписа, и наконец саму Лауру – за усердную работу при подготовке концерта. Она смутилась, когда маленькая девочка в белоснежном платьице преподнесла ей огромный букет кремовых роз. Фабиан шагнул к ней и, вместо традиционного поцелуя в щеку, надолго приник губами к ее губам, чем поразил и Лауру, и всех присутствующих. В глубине его синих глаз сверкало почти мальчишеское озорство.

У Лауры уже кружилась голова от пьянящего аромата роз, она не знала, как ей до сих пор удалось устоять на ногах. Взяв ее за руку, Фабиан еще раз всех поблагодарил, и они покинули сцену под гром аплодисментов, за которыми скрывалось искреннее любопытство и признательность за великолепный вечер. Наверняка все гадали, кто же она такая, что заслужила личное внимание симпатичного хозяина дома.

Как только они спустились вниз, их тут же окружила настоящая толпа, выкрикивающая вопросы и поздравления Фабиану. Мило улыбаясь, он крепко прижал Лауру к себе, и она поняла, что ему хочется как можно скорее уйти отсюда и побыть несколько минут одному. Ей тоже хотелось уединиться, чтобы проанализировать все, что произошло… Особенно публичный поцелуй Фабиана.

Внезапно среди шумящей толпы появилась Аурелия Висконти. Толпа расступилась, чтобы дива могла подойти к Фабиану. Все взгляды были прикованы к ее пышной фигуре, облаченной для большего эффекта в сверкающее черное платье с глубоким декольте. Не обращая никакого внимания на Лауру, она взяла Фабиана под руку и что-то прошептала ему на ухо.

– Прости, – Фабиан повернулся к Лауре, – мне придется ненадолго оставить тебя. Но я скоро вернусь. – В его взгляде промелькнуло сожаление, и Лаура поняла, что он не может поступить иначе.

Фабиан ушел вместе с Аурелией, оставив после себя только легкий запах лосьона после бритья.

Спустя несколько секунд разочарованная

толпа стала расходиться, и Лаура осталась одна с букетом в руках. Ее взгляд беспомощно и ревниво последовал за Аурелией и Фабианом, которые явно собирались уединиться где-нибудь в саду. Лаура ощутила странное опустошение, сердце болезненно сжалось.

Когда большинство гостей уехало, а те, кто остался на ужин, собрались в другом шатре, Лаура наконец вновь увидела Фабиана. Аурелии рядом не было, хотя ужин был и в ее честь тоже. Интересно, куда она исчезла? – подумала Лаура.

Девушка заметила отчетливый след помады на точеном подбородке Фабиана и почувствовала, как колотится ее сердце в гневном протесте. Она питала слабую надежду, что эти двое не так близки, как кажется. Но теперь все стало понятно. Они исчезли, чтобы побыть вдвоем, и оставили Лауру развлекать гостей Фабиана.

Внезапно все очарование чудесного вечера превратилось в пыль, как горсть хрупких осенних листьев в ладони. Фабиан махнул ей, чтобы она подошла и села рядом с ним во главе стола, и Лаура сдержанно подчинилась, хотя ей вдруг захотелось сбежать отсюда и побыть наедине с собой.

– Ты замечательно выглядишь в этом платье, – послышался его бархатистый голос. Но Лаура больше не чувствовала себя красавицей, хотя они с Данте выбрали потрясающее платье зеленого цвета, закрытое спереди воротником хомутиком и с низким вырезом сзади. Сейчас Лаура видела только следы помады Аурелии. – Очень сексуально. Ты должна оставить его и надевать только для меня, – продолжал Фабиан, вгоняя ее в краску своим горящим голодным взглядом.

Мысли Лауры крутились вокруг того, что он мог делать с другой женщиной несколько минут назад, а также о сомнительном деловом предложении, которое все еще ждало ее ответа. Она ухватилась за возможность переключиться на другую тему, пока ее чувства не вышли из-под контроля.

– Ты знаешь, что я не могу этого сделать.

– Почему?

– Потому что это платье стоит целое состояние.

– Какие у тебя высокие принципы, Лаура! Я не знаю ни одной женщины, которая отказалась бы от моего подарка, но ты совсем другая.

– Все равно, это слишком, Фабиан.

– В таком случае ты лишишь меня удовольствия подарить тебе этот наряд.

Фабиан по-прежнему улыбался, но взгляд его стал холодным, и Лаура подумала, что, по-видимому, приобрела талант говорить ему неприятности.

– Прости… я не хотела показаться неблагодарной. – После его упрека настроение стало еще хуже. – Мне очень приятно… спасибо. А еще я не успела поблагодарить тебя за массаж.

Лаура сказала и тут же смутилась, когда поняла, как эти слова могли истолковать посторонние люди. Но теперь взгляд Фабиана был далеко не холодным. Он еще ближе наклонился к Лауре, так что она почувствовала тепло его дыхания на своих губах.

– Тебя удивит, если я скажу, что ревновал тебя к Джузеппе сегодня? Причем настолько, что не мог думать ни о чем другом, когда оставил тебя с ним.