Выбор 515

Макара Дэйв

– Зато я – самый исполнительный! – Уарр усмехнулся.

– Ну, милости прошу на обследование… - Я распахнул дверь в лабораторию, предвкушая новый азарт познаний и открытий. – После него будет мучительно больно, а кто-то и вовсе не выживет!

– Мы готовы… - Кошаки переглянулись и сделали шаг.

Смелые ребята, уважаю…

Загнав обоих в реанимационные капсулы, принялся слой за слоем делать сканы их мозга, постоянно сравнивая не только мощностями медискина, нейроузла и вероятностями, но и пытаясь выявить закономерности

на глаз.

Идиотизм, наверное…

– Зои! Еду каждые пять часов, аграфник каждый час, кофе – каждые три! – Я завис на 93 слоем, пытаясь понять, где я уже видел подобные узоры мозга. – И мяса побольше!

Пока сканер «нарезал» очередной слой, забрался в справочники, что копились в моей лабе с первого дня моего заселения сюда.

Карч только приветствовал такое рвение, а Габби, видя сине-зеленые кристаллы «Научной библиотеки», сперва фыркала, а потом стала захаживать-одалживать, иногда не возвращая по три-четыре недели!

Не глядя протянув руку, поймал летящий в нее кристалл и поставил в рекордер.

В соседний рекордер всунул 93-й срез и поставил на поиск совпадений.

Ну, простите, но я не верю в «слабость мозга».

В тупость – верю, в «битые и порченные мозги» - верю, а вот в тупость самого мозга – нет!

Тем более у целой расы!

Слой за слоем, слой за слоем, вырисовывалась странная картинка, подтверждаемая записями из «энциклопедии» - каждый 93 срез взрослого мозга кошака давал картинку уже установленной, проросшей и варварски удаленной нейросети!

Притом, что у обоих стояли «мрзиновские» нейросети, каждый 93 срез соответствовал нейросетям людей-аграфов-сполотов, внося сумбур с саму систему установки.

Обычное зерно нейросети 7-8 поколения, новейшего на момент нашего отлета, опознав мозг ксеноса, прекращает свою работу, сворачивается и выводится.

У него нет гибкой системы прорастания, но такая есть в «Библиотекаре»!

Более того, мой нейроузел сможет воспользоваться уже имеющимися связями от кошачьей нейросети и…

Использовать каждый 93 срез, либо как имплант, либо как сопроцессор, «разгоняя мозги» кошаков до возможностей сполотов!

Попросив Авося и Небося о ма-а-а-а-а-а-а-а-ленькой помощи, взял готовое нанитное зерно и сунул под крышку черепа сержанта.

Сержант, кстати, соврал.

Даже по меркам кошаков его интеллект и ФПИ было твердой серединой даже от человеческого контингента нашего линкора.

«Приживление нейроузла «Библиотекарь» ксенорасе запрещено!»

«Я только что дал разрешение!» - Я боролся с сопротивлением собственного нейромодуля, так и норовящего отдать своей дочерней фабрике приказ об самоуничтожении!

«Приживление нейроузла «Библиотекарь» не рекомендовано для ксенорас!»

«Я его только что рекомендовал!»

«Приживление нейроузла «Библиотекарь» невозможно для ксенорас, требуется модификация «Апостол» или равная ему «Идущий». Приступить к модификации?»

«ДА!!!»

«Модификация

«Апостол» не доступна данной ксенорасе, обнаружена попытка вторжения в генетический код! Исправить?»

«ДА!»

«Исправление займет 98 часов 11 минут» - Нейроузел поставил таймер и заткнулся, правда, не на долго, ровно до того момента, когда я вторую фабрику не сунул в Софа.

Там все повторилось, правда, для исправления понадобилось «всего» 75 часов.

Пока нейроузлы кошаков занимались саморементом своих будущих носителей, вернулся к срезам.

Как ни крути, но получалось, что кошаки и нынешние нейросети не созданы друг для друга.

НО!

Когда-то давным-давно, подобие нейросети у кошаков было и передавалось от родителей к детям, медленно и неотвратимо модернизируясь.

Ага, «кошачья нейросеть» передавалась по наследству, блин!

Но вот, тысяч тридцать-тридцать пять лет тому назад, какая-то неведомая сила выдернула наследуемый модуль из цепочки и…

Кошаки стали теми, кто они сейчас.

Озадаченный нейроузел, получил команду восстановить нейросеть кошаков у сержанта, а вот у Софа вырастить новую, используя старую исключительно для идентификации и сохранения изученных баз.

Работы замедлились на двадцать часов у каждого, а «Библиотекарь» потребовал, чтобы я все это время провел в отсеке, не отдаляясь от пациентов больше чем на 10-20 метров, для более «шустрого реагирования»…

Оставшись не при делах, аккуратно изничтожил обед и ужин и улегся в медкапсулу, намереваясь слегка покемарить, раз уж нейроузел перехватил все дополнительные потоки и направил их на контроль за кошаками.

Выход из прыжка и выход обоих кошаков из управляемой комы был одновременным.

Правда, кошаков я оставил лежать в медкапсулах, для детальной проверки и очередного послойного сканирования, а сам бодро чухнул в рубку, полюбоваться видами новой системы.

Жаль только, что виды были нерадостными.

Три планеты, если я правильно понял, вполне себе кислородные и пригодные к жизни, теперь были глобальной пустыней, с разрушающимися зданиями и разрастающимися деревьями-великанами.

Отправленные дроны вернулись с типичным донесением о глобальном военном конфликте между тремя планетами, населенными одной и той же расой прямоходящих ящериц-хамелеонов.

Судя по всему, все было как всегда – четвертая планета от светила, материнская, перешла к внутрисистемной экспансии, заселила вторую и третью планету, которые, через короткий промежуток, захотели «независимости».

Слово за слово, членом по столу, и вот уже материнский мир подтягивает флот, а миры, ратующие за независимость, забуриваются в подземелья и ищут вундервафлю, мечтая одним ударом свалить материнскую планету на колени и приставить к горлу нож.

Увы, нашли…

Не ядерную дубинку, а биологическую.