Ввысь
Шрифт:
Она посмотрела на меня, склонив голову набок.
— Ну, да хранят тебя звезды.
— Прости, — сказала я. — Это отрывок из сказки.
Я протянула ей руку. Лучше быть в хороших отношениях с другими курсантами.
— Мой позывной Штопор.
— Киммалин, — представилась она, пожав мне руку. — А у нас уже должны быть позывные?
— Я всегда бегу впереди паровоза. В какой класс тебе нужно доложиться?
— Э-э-э… — Она порылась в кармане и выудила клочок бумаги. — C-14. Учебное звено B.
— Мне
— Позывной… позывной… — забормотала Киммалин. — Что же выбрать?
— Убийца? — предложила я. — Форсаж? Нет, так, наверно, все запутаются. Потрошитель?
— А можно что-нибудь не такое жестокое?
— Ты станешь воином. Тебе нужно имя воина.
— Не все вертится вокруг войны!
— Ну, вообще-то все, а летная школа особенно. — Нахмурившись, я снова обратила внимание на ее акцент. — Ты откуда? Пожалуй, не из Вулканической.
— Родилась и выросла в Благодатной пещере! — Она подалась ко мне. — Мы ее так называем, но на самом деле там ничего не растет.
— Благодатная, — повторила я. Эта пещера располагалась довольно близко к Вулканической и тоже входила в Лигу Непокорных. — Там осели кланы из экипажа «Антиохии»?
В старинном флоте, прежде чем нас заставили затаиться на Детрите, «Антиохия» была кораблем огневой поддержки.
— Ага. Прабабушка служила помощником интенданта. — Киммалин оглядела меня. — Говоришь, твой позывной Штопор? Тебе больше подходит что-нибудь вроде Агонии или Пожирательницы вражьих глаз.
Я пожала плечами.
— Так меня звал отец.
Она расплылась в широкой улыбке. Скад, эту девчонку взяли, а меня нет? Чем занимаются в АОН? Набирают вязальный кружок?
Мы дошли до базы — скопления высоких строгих зданий, окруженных стеной. Прямо за стеной поля сменялись настоящим садом. Я остановилась посреди аллеи и поняла, что снова разинула рот. Я видела эти деревья издали, но вблизи они казались просто гигантскими. Почти три метра! Самым высоким растением, которое я встречала, был гриб мне по пояс.
— Их посадили сразу после Битвы за «Альту», — сказала Киммалин. — Только храбрецы вызываются служить здесь, на открытом воздухе, беззащитные перед налетами креллов.
Она с благоговением подняла голову к небу, и я подумала, что, наверное, она видит его первый раз в жизни.
Мы подошли к контрольно-пропускному пункту в стене. Я сунула свой значок караульному, почти ожидая грубости, как всегда случалось с Алуко на входе в Вулканическую, однако скучающий караульный только отметил наши имена в списке и махнул, чтобы проходили. Не слишком торжественным вышло мое первое официальное посещение «Альты». Ну, скоро я прославлюсь, и караульный на входе, завидев меня, будет отдавать честь.
Присоединившись к горстке курсантов, мы отправились искать нужное здание. Насколько я понимала, тест сдали человек двадцать пять. Нас распределили в три учебных звена. Только
Вскоре мы с Киммалин подошли к большому одноэтажному строению возле стартовых площадок. Летная школа. Я с трудом удержалась, чтобы не броситься к сверкающим, выстроившимся в ряд истребителям — на сегодня хватит глазеть по сторонам.
Внутри здания мы увидели широкие коридоры с дверями в классы. Взвизгнув, Киммалин убежала поболтать с каким-то знакомым курсантом. Я остановилась у окна подождать ее и стала смотреть на небо.
И поймала себя на том, что беспокоюсь. Не насчет обучения, а по поводу этого места. Слишком большое, слишком открытое. Коридоры на метр с лишним просторнее, чем в большинстве строений Вулканической, а корпусы базы раскинулись вширь, вместо того чтобы громоздиться друг на друге. Сверху нависало небо, и от него не спрятаться. Между мной и небом был силовой щит того же типа, что и на истребителях, но я все равно чувствовала себя уязвимой.
Я собиралась здесь спать. И жить, есть, существовать. Все под открытым небом. Небо мне нравилось, однако это не значит, что я хочу, чтобы оно подглядывало в каждый интимный момент.
«Нужно просто с этим справиться, — сказала я себе. — Воин не выбирает постель и должен благословить звезды, если может выбрать поле битвы». Цитата из книги Цзюньми «Покорение космоса». Я любила сказки Бабули о Цзюньми почти так же, как древние легенды о викингах, пусть головы там рубили не так часто.
Вернулась Киммалин, и мы нашли свой класс. Я сделала глубокий вдох. Пора становиться пилотом. Мы распахнули двери.
8
Большую часть класса занимали расположенные по кругу, носом к центру десять учебных кабин. Внутри громоздких конструкций виднелись кресла и приборные доски, к которым была пристроена часть фюзеляжа — но без фонарей. В остальном казалось, что их только что выдрали из истребителей. Вместо носового обтекателя к каждой кабине крепился большой блок, примерно метр высотой и полметра шириной.
Как видно, мы с Киммалин явились первыми. Настенные часы показывали 6:15. Хоть раз в жизни я пришла не просто раньше, а еще и первой.
Хотя, если точнее, второй — Киммалин проскочила мимо меня, чтобы поближе рассмотреть учебные кабины.
— О! Похоже, мы первые. Что ж, Святая всегда наставляла: «Если не можете прибыть заранее, хотя бы не опоздайте».
Я скинула рюкзак и заглянула в кабину. Узнала схему приборной доски — как у кораблей класса «Поко», простых, но быстрых моделей истребителей АОН.
Открылась дверь, и вошли еще двое курсантов. Впереди — парень пониже, с синими волосами, должно быть, йонгиец. Экипаж «Йонгвана», корабля из старинного флота, состоял преимущественно из китайцев и корейцев с Земли.