Вульпус. Книга первая
Шрифт:
Знаете ли вы, что больше половины студентов и выпускников медицинских вузов склонны заниматься самодиагностикой и самолечением? Более того, 50% практикующих специалистов считают целесообразным самостоятельно лечить собственные острые или хронические заболевания. Технически Марк не был врачом (психологи не врачи, психиатры – врачи). Тем не менее он никогда не забывал мантру, вбитую ему и его товарищам-студентам ещё на первом курсе: "Самодиагностика, как копание самому себе могилы – это дело неправильное. Могилу копать вам должны другие". Сравнение мрачное, но зато хорошо доносящее мысль.
К несчастью, потрясения этого знаменательного дня очистили Марка от его профессиональной сознательности. Он осознавал,
Пока Марк в тихой панике ехал по зелёной ветке метро за северную границу Москвы, он успел собрать, разобрать и сделать выводы из десятка вероятных диагнозов, которые он поставил сам себе при помощи своих остаточных академических знаний, чрезмерной тревоги и, конечно, ни разу не полностью ненадёжной информации с медицинских сайтов и форумов в интернете.
За статьёй о последствиях переутомления шли статьи о кароси 4 , после чего Марк засел за чтение исследований алкогольного галлюциноза и с лёгкой руки интернет-алгоритмов он уже погрузился в трясину анализа признаков и ступеней развития детской шизофрении. Его остановило только прибытие поезда на станцию метро "Химки", рядом с которой он и обитал.
Марк вышел из тёмной пещеры метро на солнце и свежий воздух, которые немного утихомирил огонь нервов и эмоций, разбушевавшийся в голове Марка. Он стоял у метро и смотрел на играющий солнечными бликами Канал имени Москвы, находящийся, что логично, не в самой Москве, на левый берег, покрытый зелёными лесами, на набережную, по которой прогуливались люди. Марк бы постоял ещё, но что-то странное зацепило его внимание – по обеим сторонам от выхода из метро стояло двое подозрительных типов, одетых в одинаковые чёрные толстовки и зачем-то нацепивших среди тёплого весеннего дня капюшоны. Они были похожи друг на друга, будто они были близнецами: оба бледные и лысые, с незаметными или отсутствующими бровями. Стояли они, не шевелясь и даже не моргая.
4
Японский термин, означающий смерть от переработки.
Марка особенно беспокоило, что они смотрели в его сторону
"Что за глупости я выдумываю?! – сам на себя подсознательно прикрикнул Марк, – На фоне стресса и галлюцинаций выдумываю себе всякое. Какие-нибудь панки-подростки побрились и собрались вместе поехать на концерт "Toxic Panic" в Москве, а я уже решил, что они меня преследуют. Не-ет, это не дело. Домой, надо идти домой…"
По пути к дому Марк успел полистать ещё дюжину пугающих веб-страниц с диагнозами, нагуглить номера нескольких отрекомендованных интернетом психиатров и даже прочитать парочку отзывов на Химкинскую МО "Психиатрическая больница №22" (половина комментаторов шутила, как им понравилась одежда с оригинальным дизайном, другая половина ругалась на грубую вахтёршу). За этот сорокаминутный период путешествия из Москвы в Химки сердце Марка в абсолютной безнадёге опустилось куда-то на уровень пяток, а его разум окончательно потух и замкнулся в себе. Марк уже представил, как он рассказывает врачу о том дне, когда голос в голове сказал ему отправиться в погоню за ни в чём не повинным стариком, а потом на Марка набросилось чудовище, обитающее в зеркале и, видимо, в нём самом в качестве грозного гласа. А что последует после такого признания было описано уже давно: чрезмерно учтивый врач, звонок из сумасшедшего дома и, в лучшем случае, странный сосед по палате, который будет рассказывать Марку про свою фриланс работу на самого Мефистофеля.
В потоке этих мыслей Марк не заметил идущих перед ним двух женщин средних лет. Погрязший в трясине интернет-расследований Марк
– Экий неловкий! – возмущённо сказала одна женщина другой.
– Ты смотри, как он ходит. – ответила её подруга, – Наркоман, наверное. Смуты принял и давай бродить. Сейчас таких столько, ужас…
Марк не запомнил, как он дошёл до дома, как поднялся по лестнице на пятый этаж, как повернул ключ, как открыл дверь, как запер её. Лишь немного мрачные облака мыслей рассеялись после того, как он сел на свою кровать и глубоко вздохнул.
"Что теперь?" – устало подумал Марк.
"Написать знакомым с факультета? Без конкретного диагноза, без понимания, что происходит? Только зря народ напрягать и вызывать сочувствие, если не жалость, чего я не хочу."
"Позвонить маме? Ох-х, нет, точно нет, не сегодня. И не завтра."
"Записаться к психиатру на приём? Да, надо бы, но не сейчас, сейчас нет ни сил, ни желания… "
Так Марк и сидел, без какой-либо конкретной мысли наблюдая жёлтый цветочный узор на обоях. Мысль его, вязкая, как мазут, вяло текла по древу. Он даже начал размышлять о том, что стоило бы заменить эти выцветшие жёлтые цветки на какие-то другие. Например, на лиловые. В «ИКЕЮ» съездить, там присмотреть, деревянной ложкой по тарелке фрикаделек поскрести для успокоения…
"НИКОГО НЕ ЗАБЫЛ?"
Марк напрягся и собрал все свои силы, чтобы ничем не выдать (кому, голосу в голове?), что он только что услышал. На ум не приходило ничего, что могло бы помочь ему бороться с этими приступами. Где-то в пыльных уголках сознания ползали какие-то полузабытые воспоминания с лекции про синдром Туретта 5 . Что-то там про то, что сдерживание тиков только увеличивает вероятность тикозной атаки. В данной ситуации эта информация только мешала.
"МАРК?"
5
Хроническое расстройство, при котором возникают множественные непроизвольные движения или произнесения звуков, тики.
Галлюцинация не отставала и не думала прекращать болтать. Теперь она обращалась уже напрямую, чуть ли не по имени-отчеству. Марк сжал кулаки и стиснул зубы, безнадёжно ощущая внутри себя, что никакая степень физического сопротивления не сможет ему помочь.
«Ты не рад…?»
Голос изменился. Он перестал быть громогласным и заглушающим собой всё вокруг. В нём проскользнули странные для Марка нотки грусти и непонимания. Они что-то затронули в Марке, что-то хорошее и тёплое из далёкого детства, что он не мог ни вспомнить, ни описать, но мог чувствовать. Это странное тёплое чувство побудило его встать и направиться в ванную, чтобы заглянуть в зеркало и встретиться взглядом со своим разговорчивым воображением.
«От самого себя не убежишь», – пробубнил он под нос.
Марк подошёл к зеркалу с закрытыми глазами. Он набрал побольше воздуха в грудь и открыл глаза.
На его голове покоилась рыжая лисья морда с янтарными глазами и выступающими из открытой пасти острыми клыками. Выражение у этой морды (а на ней выражение легко считывалось) было довольное, будто она отыскала где-то в глубоких снегах целую семью вкусных откормленных мышей и готовилась их пожрать.
"НУ НАКОНЕЦ-ТО!"
Лисья пасть активно артикулировала, и по дребезгу стекла зеркала было ясно, что громкий голос лисы вызывал сильную вибрацию вокруг. Галлюцинации могут быть настолько подробными? Что дальше, эта лиса наколдует Марку ракету на Марсе?