Вторжение
Шрифт:
Я отпустил Ольгу, оставил за старшего Васю, а сам поспешил к стоящему возле вертолета Призраку. Он даже не дал времени помыться и переодеться, настолько сильно торопился. Сунув мне в руки пачку бумаги, он замахал рукой пилоту, приказывая взлетать. Говорить внутри было невозможно, электроника чудила, приборная панель зияла огромными дырами на месте некоторых приборов. Вся техника, работавшая вблизи Гнезд, переоборудовалась на механическое управление, что требовало огромного мастерства и опыта вождения от пилотов.
В распечатках, выданных мне Призраком, содержалась информация по группе промышленных
Где-то минут через двадцать внутренняя связь заработала.
— Ну как, посмотрел?
— Пролистал.
— Понравилось? Как думаешь, зачем я тебе это дал?
— Ты мне скажи.
— Что, никаких предположений? — я отрицательно качнул головой. Не видел смысла напрягаться. — Экий вы, батенька, нелюбопытный.
Я действительно не хотел думать о прочитанном. Политика и интриги всегда оставляли на душе некий осадок брезгливости, и я старался пореже связываться со всем, что могло иметь связь с властью или большими деньгами. Это не принцип, я просто не люблю лгать.
— Люди везде одинаковые. Если есть возможность обойти закон, они его обойдут. А если люди еще и предприимчивые, то этот закон обойдут быстро. У нас в стране народ всегда соображал шустро, так что делай выводы.
Вот представь себе, что группа бизнесменов, неплохих в общем людей, узнает, что есть возможность влиять на решения конкурентов. Или нужных чиновников. Подключают все свои связи, а связи у них немаленькие, ой какие немаленькие. И находят пару псионов, готовых за мзду малую помочь добрым дядям в решении всех проблем.
Раз попробовали — получилось. Два попробовали — получилось. А на третий раз, как в сказке сказывается, что-то у них не сложилось. То ли у человека слишком сильная воля оказалась, то ли помешало что-то, сейчас не понять. В общем, псионов мы задержали. Проблема в том, что их последняя жертва все еще находится в коме, наши ментаты не справляются. А этот мужик, фигура крупная, надо его вытащить. Для того тебя и позвали.
— Способ воздействия?
— Гипноз. Но кроме того, у жертвы повреждена аура, значит, было что-то еще.
— Не обязательно. У жертвы была защита?
Призрак помялся, а потом кивнул — Да. Сейчас многим чиновникам, и просто ценным людям, ставится щит на ментальном уровне. Слабенькая защита, но это лучше, чем ничего.
Я был знаком с построением ментального щита, чахлого потомка Пыльного Шлема, хотя и не использовал его. Правильнее тренировать ауру, чужое влияние надежнее нейтрализовать своими силами. Аура не позволяет инородному воздействию проникнуть вглубь энергетического тела человека, заставляя чужие щупы соскальзывать с себя, в то время как щит тупо становится у них на пути и его можно пробить грубой силой. Методику построения внешнего щита можно сравнить с костылями, лучше учиться бегать самому.
— Причем здесь я? Ваши спецы намного лучше разбираются в мягких воздействиях.
— С чего ты решил? Мы действительно намного плотнее работаем с разумом, но у нас нет возможности проводить серьезные исследования. За нами следят все, кому не лень. Кроме того, до сих пор не найден способ внедрения нужных закладок
Мы прилетели в маленький поселок, и меня сразу провели в скромно стоящее в стороне обшарпанного вида здание. Внутри оно выглядело совершенно иначе — дорогие обои на стенах, бронированные стекла, охранники в форме, затребовавшие у Призрака пропуска. Одновременно я почувствовал, как кто-то сканирует мою ауру, и рефлекторно «закрылся».
— Перестань — зашипел Призрак — это стандартная процедура. — Судя по всему, он нервничал, потому что едва ли не волоком тащил меня за собой.
Встреченные нами люди удивленно косились в мою сторону. Действительно, на фоне вымытых полов и кондиционированного воздуха моя грязная форма и меч за спиной (его я охране не отдал, правда, особо они не настаивали) выглядели несколько не к месту.
В конечном итоге мы пришли в комнату, напоминавшую гибрид госпиталя и лаборатории безумного ученого. В обычной пружинной кровати, какую можно увидеть в любом медучреждении, лежал утыканный капельницами человек. Точнее говоря, лежало человеческое тело, доведенное до состояния растения. Около него, рассматривая показания стоящих тут же приборов, стояли два человека, судя по аурам, псионы.
Довольно мощные псионы. Не особо крупная оболочка, единиц сорок-сорок пять, зато насколько хорошо структурирована энергетика! Аура плотная, надежно закрывает от внешнего воздействия, не оставляя щелей и зазоров. Кроме того, на каждом висит неизвестной мне конфигурации щит, источником энергии которого служит оболочка. Это не знак, но что-то на него очень похожее. Получается, если такую защиту рассматривать не очень пристально, можно и не заметить, что два невзрачных пожилых мужчины могут выдержать пистолетный выстрел в упор. Оригинальное решение, надо скопировать.
В свою очередь я тоже подвергся пристальному осмотру. По-видимому, результат их устроил, потому что мужчина постарше заговорил.
— Здравствуйте, Виктор Андреевич. Меня зовут Мисюрин Артем Сергеевич, это мой коллега, Зайцев Лев Борисович. Нам, знаете ли, требуется ваша помощь. — Он кивнул на распростертое тело.
— Сомневаюсь, что могу вам помочь. Насколько я вижу, проблема не связана с переходом души в ментал, а в области гипноза вы более компетентны.
— Ну, в общем, почти правильно. Но есть нюанс. Лев Борисович, покажите.
Лев Борисович подошел к тупо смотрящему в никуда «пациенту» и заговорил с ним тихим, спокойным голосом. Начал с простого, здравствуйте, как вы себя чувствуете и тому подобному, не производя никаких воздействий. Никакой реакции, естественно, не последовало. Тогда гипнотизер мало-помалу стал вставлять в свою речь слова-коды, например «достижение», «свидетельство», «опыт», «активный», «импульс». Подобные слова, не являясь псионическим воздействием в прямом смысле, расслабляют психику, открывая человека для внешнего воздействия. Этим приемом часто пользуются маркетологи и политические деятели, наравне с открытыми руками и прочими невербальными способами воздействия.