Вторжение

Хватов Вячеслав Вячеславович

Мне довелось пошмалять из ПКМ. Дистанция все та же — сто пятьдесят. Для пулемёта, конечно, плёвая, но дальше я бы просто не попал.

От природной жадности, сначала патроны экономил, стрелял короткими очередями. Хорошая машина ПКМ — сразу видишь куда попадаешь. И не дёргает. Пулемётчик посмотрел на мои потуги и говорит:

— Ты, это, не экономь. Позволь себе познать удовольствие длинной очереди. Ну, я стесняться перестал и засадил длинную. Срезал кроны сразу у двух соседних елочек.

Кайф.

Потом приноровился и раскурочил мишень. Стрелять

на ста пятидесяти стало не по чему, и я перенес огонь на те самые гильзы. Как ни тужился, ни в одну не попал. Последние три десятка патронов в ленте оказались трассерами, и огненная нитка причудливо выгибаясь, ушла куда-то в сторону от поблескивающих цилиндриков.

Вот честно, никогда не думал, что пули так летают. Мне казалось, они должны идти всегда по прямой от ствола, до того места, куда попадут. А тут, словно из брызгалки плюешься. Законы физики, однако.

Следующий день начался с ревизии выданного нам новичкам имущества. Вчера этим занималась первая и вторая боевые ячейки, а теперь это предстояло нам. Соответственно третьей и четвертой. Те же отправились на стрельбище.

Мною лично занялся Пашка Борзыкин. Ну и нудная же это вещь — примерка военного шмотья, подгонка всяких ремешков и лямок, чистка оружия. Никогда не любил ходить в шмоточные магазины и зависать в примерочных. И чистить железки и что-либо еще тоже. По мне проще выкинуть ботинки и купить новые, чем их чистить.

К концу занятия к каждому подошел и все проконтролировал сам командир ячейки.

После завтрака сюрприз. На три дня уходим на тактические занятия. Все согласовано с миротворцами, поэтому снимать микрочипы не пришлось. Их каждому новичку приладил к плечу с помощью телесного клея местный умелец Саня Хотенко. Его за это еще до нас в шутку стали называть пластическим хирургом. Так и прилепилось к нему прозвище 'Док', хотя к медицине Саша никакого отношения не имел, а настоящих доков в отряде было целых трое. В смысле трое, и все пока целы.

За месяц, проведенный в отряде я сначала похудел (хотя куда еще, казалось бы), потом набрал мышечной массы. В выносливости тоже прибавил, но тягаться с молодыми все равно не мог. Сказались долгие годы прозябания планктоном м московском офисе, и прочая диванная гимнастика. (В смысле — поднял бутылку с пивом, опустил бутылку с пивом.) Поэтому предстоящих тактических занятий ожидал с опаской. Не хотелось, и позориться и подводить свою ячейку. Но страхи мои оказались напрасными. В первых рядах меня, конечно, не было, но нести мое тельце никому не пришлось.

На занятия шли те самые третья и четвертая боевые ячейки. В каждой по шесть новичков и десять старожилов. Среди последних в нашей ячейке, кроме Морды, отца и сына Борзыкиных, Дока, того самого пулеметчика Игоря по прозвищу 'баклажан' и снайпера тезки Миши по прозвищу 'Триплекс', еще четверо парней, с которыми я еще не успел толком познакомиться. Из четверых новичков пообщаться довелось лишь с прикольным бывшим пензенским студентом Стасом Смородиновым. Он, еще ни разу не побывавший в переделке, и не видевший вблизи сметь, постоянно паниковал.

Чего-то все время холодно, заболеем, есть будет нечего, воды достать будет негде, и вообще мы все умрем — этим у него заканчивался практически любой разговор, отчего старожилы моментально нарекли его 'паникой'.

Вообще прозвище каждый получал не столько по приколу, сколько из необходимости иметь в эфире позывной. Если оружие и большая часть снаряги у всех были отечественного производства, то связь миротворцы в отряд поставляли свою буржуйскую. Импортная гарнитура, их же коммуникаторы, подключенные к общей и тактической сетке коалиционных войск. Естественно ни о каком постороннем трепе в эфире и речи быть не могло, а в неофициальные рейды брали свою старую проверенную аппаратуру.

С оружием получилось так: у новичков 'калаши' и АПС, У старожилов либо те же 'калаши', либо 9А-91 с глушителем. Плюс те же пистолеты. У трех снайперов по пистолету и снайперской винтовке. У двоих ВСС 'Винторез',а у Триплекса СВД. Баклажан тащил на себе свой ПКМ, а второй пулеметчик 'Печенег'.

Перед стартом всем новичкам выдали исключительно холостые патроны, приказав заховать единственный рожок с боевыми на самое дно рюкзаков. Для подстраховки все рожки с холостыми замотали пластырем цвета хаки.

Рассевшись на опушке леса, что в ста метрах от базы, все принялись набивать магазины этими холостыми патронами, мазать лица 'Туманом' и помогать друг другу добиться правильного 'рисунка'. Новички, понятно, действовали по принципу 'делай как я'. Не у всех выходило как надо с первого раза. 'Паника' изобразил из Костика очковую змею, и само собой запаниковал:

— Ну все, теперь напоремся в лесу на чурок, они мне бошку сразу отстрелят, потому как мне все лицо черти как разрисовали и вообще, я в своих ботинках через час ноги сотру. После чего, получив пару успокоительных пинков, он отправился нарезать веточек для персональной маскировки.

Закончив художества, прикопали пустые патронные пачки и выдвинулись.

Первым, в головном дозоре, шёл Док. За ним бесшумно двигался Морда с 'Винторезом' на плече. Следующим ковылял я, за мной Костик, Пашка с отцом и Паника.

После короткого марш-броска и привала ячейки разделились. По легенде занятий в первый день до обеда наша третья должна играть роль добычи, а четвертая ячейка — роль охотника.

Морда озвучил стандартную заготовку, которую до нас новичков довели только сейчас. Ячейка разбивается на тройки-двойки, в каждой из которых будет по одному новобранцу. Я оказался в паре с самим командиром. С этого момента нас начали учить двигаться 'змейкой'. Шли таким порядком: головной дозор из двух человек (Док и Паника), потом основное ядро группы, включая командира. И позади всех хвост (Триплекс и Костик). При возникновении необходимости группа должна была высылать (и высылала) вправо и влево боковые дозоры, превращаясь из 'змейки' в 'звезду'. Очень удобная форма для передвижения, откуда бы ни напали, всегда можно встретить нападение во всеоружии и прикрыть своих товарищей огнём.