Вторжение
Шрифт:
— Что он имел в виду? — задумчиво спросил Вельх, вглядываясь в темноту и в общем-то совершенно не ожидая ответа. — Что за намек?
— Мне кажется, это был даже не намек, — неожиданно ответил Фрабар, — он прямо сказал тебе, что подозревает кого-то из высших мастеров Конклава в предательстве.
Вельх уставился на него, растерянно и одновременно улыбаясь против воли, даже едва не смеясь.
— Дьявол, ну мы и влипли! Весь материк замер на краю пропасти, и по собственной привычке к миру или, проще говоря, непроходимой тупости, ждет неожиданного толчка в спину; все ищут предателей, в столице начинается, очевидно, последний
— Может, в Башне мы найдем ответы на вопросы, — ответил Фрабар, пожав плечами и снова усаживаясь у дерева на траву.
— И одежду для тебя, — кивнув, добавил Гленран, который все никак не мог избавиться от охватившего его веселья. Даже понимая, что в данный момент оно может привести к опасной расслабленности...
...Примерно через полчаса прибыл герцог Дориан. Один, с небольшой холщовой сумкой через плечо.
— Возьмите, — сказал он, слетая на землю и протягивая сумку воинам, — все, что лежит там, ваше. Паролем к каждому из отделений является порядковое числительное на эльфийском языке, всего их пять.
— Вы отпускаете нас? — услышав это, удивленно спросил Гленран.
— Да, — бесстрастно ответил Стайн, в лице которого не было ни тени разочарования или недовольства, лишь только одна деловая, светская вежливость. — Главой Конклава только что была достигнута договорен ность с друидскими Отцами, и вы можете продолжать свой путь. Прямо сейчас начинается общий сбор Высоких Мастеров, мне нужно идти. Позволю себе заметить только одно: где бы вы ни оказались и что бы с вами ни случилось, помните, что вы, Гленран, гражданин Империи... Независимо от капризов и решений Принца или Принцессы. Непрерывно помните о том, что только ваша лояльность Империи в конце концов... спасет вас.
— Будем надеяться, — пожав плечами, ответил телохранитель, — но я хотел бы спросить вас.
— Да?
— Как вы думаете, что нас ждет? Можете дать четкий, недвусмысленный ответ? Тот из Братьев, что посылал меня сюда, не удосужился сделать это на языке, приятном моему скудоумию, быть может, вы?..
— До тех пор пока не будет вынесено решение, я не знаю даже общей политики Конклава относительно Ушедших и инцидента с высоким эльфом, тело которого благодаря вам попало в наше распоряжение... Одно, впрочем, могу сказать вам определенно.
— Что же?
— Если я правильно понял, друиды послали вас сюда и корректируют ваш путь, Гленран, ради одной-един- ственной цели. Они хотят, чтобы вы вошли в некую, весьма древнюю и малоизученную Башню, которая скрыта где-то в этих местах магией очень старой, не раскрытой и непонятой нами до сих пор, а потому является недостижимой для нас.
— Вы считаете, это безопасно для... всего вокруг?
— Башня? Нет, я так не считаю. Никто не знает, что там, внутри нее. Быть может, скованное и спрятанное с глаз смертных зло, которое вы с помощью Отцов сумеете пробудить и которое
— Значит, мы пешки?
— А вы сомневались в этом? — Герцог сделал удивленное лицо. Но затем, смягчившись, добавил: — Не стоит воспринимать происходящее столь однобоко. Никто не в силах предвидеть узора многоликой Судьбы. Возможно, именно вам, сейчас отверженным, легко управляемым и относительно безвольным, впоследствии будут принадлежать знание и власть... Мне пора. Всего вам хорошего.
— Удачи и вам, герцог Дориан.
Герцог внимательно посмотрел на молчащего Фрабара, сухо кивнул и, щелкнув пальцем, растворился в надвигающейся на воинов темно-синей, медленной патокой спадающей с небес тьме.
Вельх не стал дожидаться, пока стемнеет еще больше и пока в небе оформится узкий серебристо-желтый серп. Было холодно, и, несмотря на постоянный поток теплого воздуха от озера, становилось все холоднее.
— Инн, — негромко сказал телохранитель, без труда вспоминая первое числительное эльфийского языка, означающее бесконечную малость, и раскрывая сумку.
Там лежали два одинаково маленьких темных свертка, которые Вельх узнал тотчас.
— Класс, — сказал он, вынимая из сумки один из них, как обычно не успевая среагировать на момент, в который произошло увеличение вынутого в несколько раз, поворачиваясь к Фрабару и протягивая сверток ему:
— Давай одевайся. Нам подарили по комплекту снаряжения элитных бойцов Империи... Ланн, — продолжил он, произнося эльфийское «один».
Сумка с магическими карманами слегка дрогнула, одно отделение сменилось другим — и Вельх увидел, что дно устилает множество крошечных свертков, каждый из которых был «железным» рационом; пока Фрабар одевался, телохранитель продолжал исследовать содержимое столь неожиданного и щедрого подарка далее.
Третий карман был заполнен практически доверху, и, осознав, что именно находится там, Гленран побледнел, чувствуя, как сильно забилось взволнованное, не верящее в это счастье сердце; осторожно ухватившись за маленький наплечник, состоящий из нескольких пригнанных к кожаной и кольчужной основе пластин, он вытащил его на свет, вернее, почти в темноту.
Лунный отблеск скользнул по вороненой темной стали, покрытой гравировкой по краям, изображающей овивающий плечи плющ...
— Радан! — воскликнул Гленран, едва не заливаясь счастливым смехом. — Благодарю тебя!
То был наплечник от его доспеха. Одного из лучших доспехов в Империи. Остальные детали лежали в сумке.
Фрабар, одевшись во все серо-черное, закрепив на плечах трехцветный камуфлирующий плащ, подошел к нему и внимательно посмотрел на плечевую деталь. Одобрительно кивнул. В глазах Прошедшего Врата медленно разгорался огонек спокойной уверенности.
— Как это работает? — спросил он, показывая Вельху круглую полированную палочку размером с ладонь с утолщением на конце, слева на котором был виден маленький выступ.
Вельх, взяв из его рук наименее мощный, но наиболее универсальный из армейских фонарей, большим пальцем двинул выступ вперед на одно деление.
Тонкий луч рассеянного света вырвался из фонаря, упав на скрытые в темноту цветы и траву.
— Есть четыре деления, чем дальше жмешь, тем больше света.
— У нас не совсем такие.