Второй шанс
Шрифт:
— Чего же ты не идешь в свой интурист? М? — ехидно спросил старик. — То-то же. Но если ты не хочешь, так я силком не тащу.
— Хорошо! Черт с тобой, — согласился Владлен, и вошел в избу.
Спустя минуту, они уже сидели за старым обеденным столом, и хозяин внимательно изучать гостя. Идентификация прошла успешно и старик удовлетворенно проскрипел:
— Заматерел ты, Владленчик, видно многое пришлось хлебнуть. Долго тебя не было. Лет пять наверное. Зачем вернулся?
Глава 18. Зачем нужен труп, и ниспровержение академика Филатова.
АКАДЕМГОРОДОК. 1967
В комнате, в очередной раз, повисла мертвая тишина. Женщины, после слов о необходимости изыскать труп, только ойкнули. Отец Кати молчал, зато дед не удержался и в очередной раз съязвил:
— Так и знал, что этим все закончится. Черной магией и колдовством! Будешь ритуалы тут устраивать: духов вызывать и бесов изгонять?
— Александр, — произнес отец Кати максимально тактично, — это очень, скажем так, необычная просьба. Проясни ее нам, пожалуйста!
— Да! Да! — хором поддержали его мама и дочка.
— Никаких языческих ритуалов! И чернокнижной магией я заниматься не собираюсь, — рассмеялся юноша, и тут же спросил: — А что вы знаете о тканевой терапии академика Филатова?
— А что это такое за тканевая терапия? — опережая всех спросила Катя. — Впервые о такой слышу.
— Тканевая терапия, — начал Старик-Саша, — это метод лечения, путем введения — вшивание или впрыскивание — под кожу или под конъюнктиву глаза, консервированных тканей животных или растений: кожи, роговицы, листьев алоэ… либо препаратов из них. Предложен он был в тридцатых годах двадцатого века академиком Филатовым. Согласно его концепции, в сохраняемой на холоде или консервируемой иным способом, ткани в процессе её адаптации к неблагоприятным условиям среды, накапливаются вещества с высокой биологической активностью — биогенные стимуляторы, которые и определяют лечебный эффект тканевой терапии. Как и протеинотерапия, тканевая терапия, относится к неспецифическим методам лечения. Активируя иммунные и регенераторные функции организма, она нередко оказывается эффективной при вяло протекающих патологических процессах различной природы — воспалительных, дегенеративных, атрофических и прочих. В современной медицине, тканевая терапия находит применение главным образом при лечении некоторых глазных и кожных болезней.
— Ну так все и есть! — подтвердил Сергей Порфирьевич. — Мне и самому кололи препараты стекловидного тела и алоэ.
— Но толку не было, а стало даже хуже! Я прав? — воскликнул юноша.
— Именно так! А ты откуда знаешь? — сварливый дед с подозрением взглянул на чрезмерно умного, да к тому же красноречивого кавалера внучки.
— Иначе и быть не могло!
— Что значит это твое «иначе и быть не могло»? — закипел противный дед. — Маша, — он обратился с своей дочери, — что он говорит? Ты же сказала, что это должно помочь?
— Мария Сергеевна тут не причем! — выступил в защиту ничего не понимающей пока женщины, «юный вундеркинд». — Эти препараты часто применяют не по назначению. Потому что идеи академика Филатова о механизмах действия тканевой терапии мне представляются несостоятельными.
— Нет! Ты только глянь на него! — развел руками Порфирьевич. — Он уже до академика Филатова добрался! Дотянул свои вездесущие ручонки! — возмутился дед. — Ничего святого у него нет! Хотя чего ему стесняться, академик уже умер, и ему ответить не сможет! А как же по-твоему столько лет его теория считалась правильной, а препараты до сих
— Это как раз тот случай, когда мы имеем лечебный эффект от препаратов, при том, что теоретическое обоснование этого эффекта неверное. Если угодно, я объясню, почему теория Филатова была на столько популярна. Дело в том, что она отлично подходила для теории академика Лысенко… Трофима Денисовича, который считал, что факторы окружающей среды могут напрямую влиять на наследственность организмов. И вот вам пример. Яровизация по Лысенко. Суть метода заключалась в том, что семена, перед высадкой, подвергались воздействию низких температур. Сторонники Лысенко считали яровизацию главным достижением академика. И что интересно, это же работало. Урожайность повышалась. Но никаких изменений в генетическом аппарате семян ведь не происходило! Так и Филатов считал, что если ткани подвергнуть воздействию низких температур, они приобретают совершенно новые свойства! И вообще непонятно, кто у кого эти теории спер: то ли Лысенко у Филатова, то ли Филатов у Лысенко! — рассмеялся Старик-Саша. — Но я думаю, Филатов был первым.
— Хорошо! Ты походя дискредитировал теорию академика Филатова, заодно, чтобы два раза не вставать, пнул ногой и академика Лысенко, Героя Социалистического Труд и Лауреата трёх Сталинских премий первой степени, между прочим, и что теперь? — ехидно спросил дедушка Кати.
— А теперь, мы используем тканевую терапию для Вашего лечения, Сергей Порфирьевич! — с улыбкой констатировал Старик-Саша.
— Внуча! Как ты с ним общаешься? У него же мысли такие же хаотичные, как движение частицы туши в броуновском движении! — скривил лицо дедушка Кати, брезгливо поглядывая на довольного собой парня. — Ты понимаешь, что он… он только что разнес в пух и прах тканевую терапию, и тут же предложил использовать ее же для моего лечения.
— Саша сейчас все объяснит! Я уверена, что он знает, что говорит! Правда, Саша? — важно задирая подбородок, уверила Катя.
— Конечно! Главный эффект от тканевой терапии — это неспецифическая стимуляция иммунной системы, путем введения своей или чужеродной ткани в непривычное для этого место. Например, под кожу. Скажу больше, такой же эффект можно получить, если колоть туда же физиологический раствор. Никаких дополнительных биологически активных веществ мертвые ткани не вырабатывают.
— Это почему Вы так считаете, Александр? — спросил отец Кати удивляясь все больше.
— Потому что никто никогда их там не находил!
— Хорошо, а что тогда предлагаете Вы? — на сей раз сдержалась мама.
— Я предлагаю провести Вашему отцу специфическую десенсибилизирующую тканевую иммунотерапию!
— О-как! Вот загнул-то! Точно Троцкий от науки, краснобай и баламут! — съязвил старый академик.
— Александр, поясните Вашу мысль, пожалуйста, — попросил отец Кати, абсолютно не реагируя на реплику тестя.
— Обязательно. Нам нужно сделать две вещи. Первое. Убрать антитела в нормальной нервной ткани из крови Сергея Порфирьевича. А второе, заблокировать клетки, которые их вырабатывают.
Говорить о том, что кроме антител и клеток их вырабатывающих, есть еще просто Т-лимфоциты киллеры, Старик-Саша не стал, чтобы не перегружать собеседников дополнительной информацией.
— И как ты собираешься это сделать и зачем тебе для этого труп? Мы когда-нибудь это услышим, или так и будем ходить вокруг да около? — не унимался вредный Порфирьевич.