Второй шанс
Шрифт:
— За мной!
Обдирая ладони, Ольга кое-как подтянулась. Хорошо, помог Гурвиль — без него она бы выдохлась на полпути.
— Вот так, — мужчина помог выпрямиться женщине, обхватил за талию. — Если мы спрыгнем и допрыгнем до крыла вон там, наш вес выровняет «Москита». Камни не дадут ему качнуться в другую сторону. Он машинка легкая, нашего веса должно хватить… Была бы тут «Оса» — пиши пропало. Но «Москит»… Рискнете?
— Ну, если это единственный способ отсюда спуститься, то… Без проблем!
— А вы молодец, докторка! — неожиданно улыбнулся пилот. — Не зря на вас Варвич глаз положил… Вы отлично смотритесь вместе!
Ольга открыла рот, чтобы
Жесткое крыло дрогнуло под ногами, больно ударив в пятки. Ольга пошатнулась, теряя равновесие и сваливаясь на землю, но «Москит» уже качнулся, вставая на колеса.
— Ура! — Гурвиль все-таки не свалился на нее сверху, упал рядом. — Мы спасены! Теперь в кабину!
— Нет, — она с трудом поднялась, стараясь не обращать внимания на боль в спине и локте, которым ударилась при падении. — А как же Варвич и… профессор с Таишей?
— Мы попробуем, — коротко ответил пилот, включая зажигание. Несколько раз нервно чихнув, «Москит» кое-как оторвался от земли. С первых секунд стало понятно, что флайер все-таки поврежден. Летел он неровно, толчками, руля слушался через раз. Ольга при каждом толчке скрипела зубами — локоть болел все сильнее по мере того, как проходил шок. Сустав распухал на глазах. Как минимум сильный ушиб. А если перелом? И, как назло, правая рука! Хорошо, что в аптечке все лекарства уже заряжены в одноразовые шприцы. Нашарить нужный и вколоть сперва новокаиновую блокаду, потом обезболивающее, а потом противостолбнячную сыворотку можно и одной левой рукой.
Гурвиль на нее не смотрел — все его внимание уходило на то, чтобы заставить двигаться «Москит». Похоже, вдобавок к поврежденному рулю, отошедшим кое-где при толчке контактам и разбитому навигатору добавилась протечка в топливном отсеке. Но они все-таки поднялись над платформой, и Ольга, отвлекшись от своих бед, наконец, увидела, во что она превратилась.
Глава 11
Глава 11.
Платформы больше не было. Несколько глубоких трещин рассекли ее на части, словно в задачке — разделить пирог на шесть частей двумя разрезами. Все трещины сходились возле того, что еще недавно было алтарем, а теперь внезапно оказалось верхушкой странного сооружения из разноразмерных блоков, уложенных один на другой так, что оставалось лишь удивляться мастерству строителей. Грани между блоками слабо светились. И вся конструкция мелко дрожала. Или это только так казалось?
— Мать твою, — выдохнул рядом Гурвиль. — Рассказать кому — не поверят…
— Ну, почему же? Поверят, — услышала Ольга свой голос. — Инопланетная цивилизация…
— Но какой уровень культуры!
— Вы это снимаете?
— Докторка, вы еще можете об этом думать? В такой момент?
— Ну, надо же представить доказательства…
— Ладно.
Мужчина чем-то щелкнул на пульте.
— Пишется!
— А вон наши, — Ольга с трудом отвлеклась от невероятного зрелища. До сих пор подобное она видела только в исторических фильмах — римейках приключений знаменитого археолога прошлых веков Индианы Джонса — «Индиана Джонс и Машина Времени», «Индиана Джонс и Черный Ящик», «Индиана Джонс и Последняя Египетская Пирамида». Действительно, рассказать кому — не поверят.
От платформы осталось несколько островков, возвышавшихся над морем обломков. На одном из них, поддерживая друг друга, стояли три человека. Вернее, стояли двое,
— Черт! Докторка, вы видите то, что вижу я?
Ольга бросила взгляд вниз и прикусила губу. В трещинах, на дне разломов среди камней что-то происходило. Там словно шевелились какие-то… ну, можно было сказать, что детали — словно ты смотришь в недра сложного механизма и пытаешься разобраться, как цепляются друг за друга все эти шестеренки.
— Все-таки инопланетная техника, — проворчал пилот. — Забираем наших — и ходу отсюда, пока тут все не рвануло к такой-то матери.
Ольга была с ним согласна.
Описав полукруг, «Москит» завис над людьми.
— Штормтрап, — приказал Гурвиль. — Вон тот рычаг… И ремни для тяжелого.
Недавно все это уже приходилось пускать в ход — когда спасали Равиля. И вот — снова. Проделать необходимые манипуляции одной рукой было трудно, пришлось помочь себе коленом.
Сначала в ременную люльку для тяжелых запихнули профессора Якорна. Потом по трапу полезла Таиша. Варвич остался ждать внизу и, судя по тому, как он несколько раз бросил себе взгляд под ноги и переступил с места на место, он ощущал что-то странное.
Люльку с профессором и Таишу подняли почти одновременно. Аспирантка тут же принялась суетиться вокруг своего начальства, забыв отцепить шторм-трап.
— Помогите мне, докторка! — причитала она. — Ему плохо, вы должны что-то сделать!
— Трап! — прикрикнул пилот. — Отцепи трап!
— Не орите на меня! Я — женщина! Докторка Крыж, что же вы? Человеку нужна ваша помощь!
— Трап!
— Да сейчас-сейчас… — еще больше засуетилась Таиша, — заело что-то! Не получается! А разве нельзя…
Варвич снизу что-то крикнул, заглушенное ревом двигателей.
Платформа под ним пришла в движение. Древний механизм — если это был он — активировался.
— Снижайтесь, — приказала Ольга, распахивая дверцу со своей стороны.
— Дура! — прокомментировал Гурвиль, но послушался.
Кусок платформы под Варвичем уже ходил ходуном. Соседний разломился надвое, и осколки его погрузились в недра горы с грохотом и скрежетом, который перекрыл даже рев моторов. Одновременно то, то раньше было алтарем, начало медленно вращаться, постепенно поднимаясь на поверхность. Земля уже дрожала и тряслась так, что Варвичу приходилось все внимание тратить на то, чтобы просто стоять.
О том, чтобы посадить тут «Москита», не было и речи. Можно было только зависнуть и тут же рвануть вверх, пока не стало слишком поздно. Подобные механизмы имеют нехорошую тенденцию либо ломаться, либо взрываться.
По счастью, Примеку Варвичу не требовалось объяснять, что надо делать. Едва «Москит» снизился, он прыгнул.
И пилот тут же рванул машину вверх, не дожидаясь, пока старпом подтянется на руках.
Ольга наклонилась вперед. Она была пристегнута, но руки поднять не могла — правая лежала на коленях мертвым грузом, нуждаясь в лубке, левой она держалась. Варвич висел как раз напротив ее дверцы, цепляясь за шасси. До него было так близко, что Ольга с ума сходила от бессилия. Если бы не рука! Пилот вел машину быстро, но аккуратно, стараясь лететь так, чтобы не задеть болтавшимся внизу человеком за деревья, и в то же время не забираясь слишком высоко, чтобы, если Варвич разожмет руки, ему не пришлось высоко падать.