Второй этаж

Удалец Дина

— Конечно, дорогой. — Киваю и задаю вопрос: — Расскажи мне то, чего я не знаю о Григории?

— Хм. — Он озадаченно трет подбородок. — Он гей.

Я не сдерживаю улыбки.

— Ты что офонарел?! — Набрасывается на него парень.

— Не кипятись, — спокойно просит Смельчак. — Шучу!

— Ай-яй! Врать не хорошо, — шутливо корю его.

— Это сложно, — задумчиво говорит он и выдает: — Гриша встречается с двумя девушками одновременно.

Перевожу взгляд на Григория, он становится пунцовым от злости

или стыда.

— Зато честно! — Защищаю Илью и подначиваю обиженного: — Гриша, теперь, твоя очередь.

— С удовольствием! — пищит он.

— Расскажи мне то, чего я не знаю про Илью.

Миа-2 злорадно смеется.

Что же он скажет?

— Илья ни разу не спал с девушкой. — Григорий злорадно хихикает, явно довольный своей шуткой.

От такого признания у меня отпадает челюсть. А мужчины с трудом подавляют смех.

— Я сейчас тебя придушу, дебил?! — Илья не на шутку злится. Прикладываю руку к его груди, призывая остановиться.

— Илья, это же всего лишь игра, — невинным тоном произношу я.

— Что неприятно, дэбил? — дразнит Смельчака Гриша. На лице у Ильи играют желваки.

— Гриша, не провоцируй, — говорю назидательным тоном. — Скажи правду.

Григорий согласно кивает и заявляет:

— Ему нравится одна девушка, но он боится ей признаться.

Илья сурово зыркает на него.

Ого! Мистер Обояшка влюблен?

— И кто она? — намеренно спрашиваю, встречаясь взглядом с Константином.

Заявитель открывает рот, чтобы ответить, но Илья опережает Гришу:

— Не важно.

— Ладно. Сдаюсь. — Пожимаю плечами. — Константин!

Смотрю на него с самодовольной улыбкой, он уверенно принимает вызов.

— Расскажи мне секрет Виталия?

«Плохая Миа, плохая!» — Мысленно шлепаю себя по попе.

Костя переводит взгляд на брата, Виталий абсолютно спокоен, мол, говори, что хочешь.

— Окей. — Довольно причмокивая, Константин прикидывает, чем бы меня шокировать. — Он нанял тебя не просто так.

Воу! Сплошные намеки.

Это признание вроде бы застигает Виталия врасплох. Лицо директора принимает изумленное выражение. Остальные обескуражены, как и я.

Даже не знаю, правильно ли продолжать?

— Продолжай-продолжай! — сменив изумление на уверенность, подначивает брата Виталий.

— Сам скажи, — уходит тот от ответа.

— Ладно, — безразлично говорит директор, переводит взгляд на меня и отчеканивает: — Я нанял тебя, потому что ты мне понравилась.

Я охаю. Не может быть!

— Ты хорошо себя проявила на собеседовании, — спешно добавляет он, с моих плеч спадает напряжение. — Я поверил в тебя и не прогадал. Ты стала отличным дополнением нашего мужского коллектива.

Парни в подтверждении его слов кивают головами.

— Спасибо, — смущенно улыбаюсь и отпиваю вино.

Костя недовольно качает головой. Я понимаю, что это

со мной не связано, то есть связано, но он явно ожидал, что Виталий скажет другое. Но что?

— Эй, Миа! — спохватывается Илья. — А желание?! Ты обещала каждому желание!

Я довольно смеюсь.

— Давай, незабывчивый мой.

— Скажи, кто из нас тебе больше всего нравится?

Я перевожу взгляд на Костю.

Илья ерзает на стуле в нетерпении. Конечно же, ждет, что я назову его имя.

— Я как-то не думала об этом, — растерянно отвечаю.

— Ну, Миа, — с нажимом произносит Смельчак и подмигивает мне. — Подумай сейчас.

Красивые карие глаза смотрят на меня в упор, а я в них.

Неужели ты?

— Вы все мне нравитесь, — отвечаю с фальшивой улыбкой, стараясь скрыть истинные чувства, и на всякий случай добавляю: — Но люблю я своего мужа.

Костя пристально смотрит на меня, я отвожу глаза и смотрю под ноги.

Почему у меня ощущение, что он видит меня насквозь?

— Валера, Валера, чем ты заслужил эту женщину? — пытаясь выдать эти слова за шутку, бурчит Илья.

— А мое желание… — пищит Григорий. Никогда не привыкну к его голосу. — Танец!

— Танец? — удивляюсь я.

— Да! — радостно восклицает он и хватает откуда-то сбоку пустую бутылку из-под коньяка. Протягивает ее мне и поясняет: — Крути. На кого попадет, с тем и танцуешь.

Что?! Он издевается?!

Я удивленно моргаю, но принимаю жребий и, освободив место на столе, кручу. Бутылка делает полный круг и останавливается на… Константине. Как неожиданно! Встаю, чтобы исполнить желание Григория. Изумленный Громов берет меня за руку.

Миша залезает в салон автомобиля и услужливо включает на полную громкость «When you believe» Уитни Хьюстон.

Ох!

С первых нот мой партнер притягивает меня к себе, кладет одну ладонь мне на поясницу, другой бережно сжимает мои пальцы, прижимая наше «сплетение» к своей груди. У меня перехватывает дыхание. Запрокидываю голову и заглядываю в карие глаза. Все, что позади нас расплывается. Я, будто загипнотизированная, подстраиваюсь его острожному и плавному ритму. Уитни поет что-то про чудеса, веру, надежду. И я вторю ей, отдаваясь моменту. Глаза в глаза, рука в руке.

Мы настолько растворяемся друг в друге, что не замечаем, как заканчивается песня. Так и двигаемся, не сводя жаждущих большего глаз. Я боюсь прервать эту связь, как будто могу потерять целый мир, которые они предлагают. И, наконец, понимаю, что это…

Я хочу, чтобы он хоть раз поцеловал меня, чтобы его намеки стали реальным желанием. Я хочу, чтобы он стал решительнее и сделал, то о чем мы оба будем жалеть долгие годы. Но я хочу его. Неправильно. Неверно. Подло. Но хочу….

— Ребята, вы там не переусердствуете? Песня уже закончилась, — разрывает момент Илья.