Второй этаж

Удалец Дина

Он садится рядом, крепко обхватив меня руками.

— Все прошло, малышка, — шепчет он, раскачивая меня из стороны в сторону. — Она больше не вернется. Я обещаю.

***

Вскакиваю в холодном поту и с ужасом оглядываюсь. Где я?

— Всего лишь сон, всего лишь сон, — бормочу себе под нос, стараясь забыть этот кошмар. Я дома. В безопасности. Или почти. Вспоминаю вчерашние события. Ощущаю жуткую головную боль. Как я могла забыть эти ощущения? «Ты это заслужила, Миа.

Не нужно было говорить ему о Роме. Ты слишком много о себе возомнила». Бреду в ванную. Подхожу к зеркалу и охаю, на щеке проявилась хорошая отметина. Прикрываю глаза и глубоко вздыхаю. Открываю и снова изучаю себя в зеркале. От той милой позавчерашней девушки ничего не осталось. Волосы торчат в разные стороны, словно сосульки, глаза, опухшие от слез, а щека припухла от выступившего на ней «рисунка». Нужно отказаться от шашлыков. «Но ты так этого ждала», — не соглашается со мной Миа-2.

— Значит, грим, — говорю про себя.

— Куда собираешься?

Вздрагиваю и оборачиваюсь. Валера стоит, сложив руки на груди, и прижимается к косяку. Его глаза смотрят куда угодно, но только не на мое лицо. Подхожу к нему ближе и глажу по щеке.

— Прости.

Он решается посмотреть мне прямо в глаза, и я охаю.

— Миа, ты не должна извиняться. — В его голосе много боли. — Это я…. Прости меня.

— Нет, я виновата.

— Миа, перестань! Ты ни в чем не виновата.

— Я не должна была этого говорить.

— Позволишь? — Валера несмело касается моих волос.

Я мотаю головой. Не хочу, чтобы он видел.

— Миа, — с нажимом произносит он, берет меня за подбородок и бережно поворачивает мою голову.

— Боже! Прости меня.

— Это ты меня прости.

— Я поступил как животное. Мне нет прощения. — По моим щекам начинают струиться слезы. — Пожалуйста, не плачь. Я готов отрубить себе руку.

Я распадаюсь на части. Не знаю, что и думать. Я чувствую себя виноватой. Я довела его до этого. Прижимаюсь к его груди и с силой стискиваю в своих объятиях. Валера осторожно кладет свои ладони мне на спину. Мы стоим так, пока где-то в глубине квартиры не раздается звонок телефона.

— Мне нужно ответить, — шепчет муж и отстраняется.

Оборачиваюсь к зеркалу. На меня все еще смотрит крайне измученная женщина. Принимаю душ и маскирую отметину, сушу и зачесываю волосы на правую сторону и надеваю кепку. Что ж вполне симпатично и ничего не видно. Улыбаюсь своему отражению и морщусь. Больно.

Когда я вхожу в зал, Валера сидит на диване, обхватив голову руками. В квартире стоит давящая тишина.

Осторожно сажусь с ним рядом.

— Как мы дошли до этого? — говорит он, спустя несколько минут.

— Не знаю.

— Миа, пожалуйста, прости меня. Я больше никогда не ударю тебя.

Валера медленно отрывает руки от головы, поворачивается и смотрит на меня.

— Ты не виноват.

— Миа, пожалуйста. Ты не должна винить себя. Это я тебя ударил. Я мудак. — Он выглядит таким раздавленным.

— Я тебя люблю.

— Нет! — резко произносит он и вскакивает. —

Ты не должна это говорить! Не должна!

Я непонимающе на него смотрю.

— Миа. — Валера встает передо мной на колени. — Такого больше никогда не повторится. Прости меня.

В его взгляде столько раскаяния. Глажу его по щеке, ощущая, как колется щетина. Поддаюсь порыву, склоняюсь и целую мужа. Валера не сразу отвечает, но потом осыпает меня поцелуями, даря тонну нежности. И я забываю то, что было. Ссора, пощечина, боль — все стирается словно ластиком. Есть только я и мой муж.

— Может, ты не поедешь? — поглаживая меня по голой спине, спрашивает Валера.

— Поеду.

— Ты уверена, что в порядке?

— Да.

— Ладно. Мне тоже нужно будет уехать на пару часов.

Приподнимаюсь на локте и заглядываю ему в лицо.

— Куда?

— Позвонили, попросили о встрече, — уклончиво отвечает он.

— Кто?

— Ты не знаешь. — Валера глубоко вздыхает и прижимает меня к себе.

Решаю больше не допытывать. Лежим так еще немного. Молчим. Думаем, каждый о своем. Надеюсь, Валера простил меня и себя. Мне не хочется, чтобы он мучился от угрызений совести. В том, что произошло, есть и моя вина. И даже, если он в чем-то повинен, я простила.

— Мне нужно одеваться, — говорю я, глядя на часы.

— Уже?

— Да, мы договорились встретиться у офиса в одиннадцать. У меня есть тридцать минут, чтобы добраться.

— Давай я отвезу тебя. — Внезапно порывается он, и я прихожу в ужас.

— Нет! — вскрикиваю я. Нельзя, чтобы он узнал!

Валера изумляется моей реакции.

— Я сама доеду, — более спокойным тоном добавляю я.

— Как знаешь. — Он гладит меня по волосам и к моему облегчению не настаивает.

— Миа, я поеду с тобой, — с самодовольной улыбкой сообщает мне Илья, пока мы ожидаем остальных участников выездного корпоратива.

— Конечно, дорогой, — подстебываю его. — Как же я без тебя!

— Что сказал, Валера, когда узнал, что ты едешь с нами одна?

— Он не знает.

— Миа, — он произносит мое имя с укором. — Разве можно так обманывать своего любимого мужа?

Я хмурюсь.

— Знаешь, если бы я был твоим мужем, то никогда не отпустил бы тебя одну.

Опять?!

— Это почему? — Я удивляюсь его наглости.

— Миа, девочка моя, ты слишком красива. Тебя нужно запереть дома и никогда не выпускать. — Он немного фальшивит.

— Илья, мальчик мой, спасибо тебе за комплимент, — вторю я. — Но я очень рада, что мой муж не ты.

— Это вопрос времени, малышка.

И я впервые за сутки искренне смеюсь. Все мои тревоги отступают. Об остальном я подумаю потом.

— Веселитесь? — весело спрашивает Константин, выходя из своей машины… с Виталием.

Надо же! Они вместе.

— Доброе утро, — радостно машу им рукой..

— Ждем Гришу и Мишу, и в путь, — констатирует Смельчак.

— А вот и они! — восклицаю я. — Поехали.