Второстепенный
Шрифт:
– Простите! Простите, пожалуйста, я случайно! – побледневший Вадим схватил салфетки и попытался промочить испачканную рубашку.
Белый от бешенства лорд Бэрбоу вырвал руку из трясущихся пальцев, схватил тонкое горло и процедил:
– Будь ты моим воспитанником…
Мальчишка по цвету разом сравнялся с простыней. Зрачки сжались в крохотные булавочные головки, из посеревших губ вырвался всхлип.
Профессор Хов вскинул руки раньше, чем сообразил, почему и против кого применяет заклинание. И только когда лорд Бэрбоу отлетел в сторону,
Заметив неладное, к ним поспешили посетители трапезной.
– Что такое?
– Что случилось?
Целители склонились над Вадимом, но тот шарахнулся от них и упал, опрокинув стул. Корион выскочил из-за стола и оттащил взволнованных медиков. Вадим вцепился в его руки и застыл, уткнувшись лбом в плечо. Всё его тело сотрясала мелкая дрожь.
– Всё нормально… Сейчас пройдет, - прошептал он.
– Расступитесь, забери вас тьма! – рявкнул безумно знакомый женский голос. – Чего скалишься, толстяк? С дороги, иначе прокляну, не будь я Каракурта!
– Лорд Бэрбоу! Какая встреча! Все-таки решили выползти из своей норы? – ленивый бас легко перекрыл шум толпы.
Корион вскинул голову. Над каким-то пухлым мужчиной угрожающе нависла роскошная темноволосая красавица с дьявольским огоньком в голубых глазах – леди Эрида, а лорда Бэрбоу аккуратно зажали с двух сторон огромный, похожий на медведя Артур и щуплый, когда-то ослепительно красивый, а сейчас изуродованный шрамами и абсолютно седой Ирвин.
– Привет, Корион, - хрипло выдохнул Ирвин сорванными связками, и его рот искривился в гротескном подобии улыбки. – Как там Абигор?
– Кто о чем, а Эксвилл в любой ситуации первым делом спросит о сыне! – закатила глаза Эрида, оставив толстяка в покое. – Что с мальчиком?
Корион потрепал Вадима по кудрям и ответил:
– С ним всё хорошо. А твой сынок, Ирвин, весь в тебя – уже вертит почти всеми курсами, как хочет.
Под взглядами троицы врачи и пациенты сразу разошлись по своим столикам, предоставив им самим разрешить конфликт. Корион наконец-то позволил себе немного расслабиться. Пришли его боевые товарищи. Орден Золотой Розы.
– Лорд Бэрбоу, что вы сделали с ребенком? – грозно уперла руки в боки Эрида. Артур и Ирвин аккуратно, но твердо зафиксировали руки лорда.
– Ничего, - абсолютно искренне ответил лорд, хмуро поглядывая на Вадима. Мальчишка выдохнул, отцепился от Кориона, сел на услужливо подставленный стул и мелкими глотками осушил стакан с водой. Он был все еще бледным, но уже не дрожал и дышал нормально.
– Позвольте вам не поверить, - продолжала наступать Эрида. – Мы все прекрасно знаем, с какой изощренностью вы обходите Второй Изначальный закон.
Вадим дернул Кориона за рукав и вопросительно изогнул брови.
– Дети неприкосновенны, - прошептал Хов ему и поспешил вмешаться, пока подруга не вызвала лорда на дуэль. – Оставьте его.
– Но Корион, мальчик…
– Лорд Бэрбоу
– Отпустите меня, дуболомы!
Боевые товарищи неохотно отступили. Лорд выдернул руки из захвата, пригладил волосы, одернул свою изумрудную рубашку, небрежным щелчком пальцев избавился от пятна и холодно кивнул Кориону.
– Я не прощаюсь.
Корион схватил его за локоть и, притянув ближе, ядовито выплюнул в породистое лицо:
– А я попрощался давно. Но, видимо, следует повторить. Благодарю вас, лорд Бэрбоу, за все, что вы для меня сделали. Я никогда этого не забуду, - он демонстративно потряс холеную, мягкую ладонь и после брезгливо вытер руку салфеткой.
Лорд насмешливо дернул уголком губ, тоже старательно обтерся о нагрудный карман Кориона и отвернулся.
– Ублюдок, - бросил он напоследок.
– Жертва инбридинга, - прошипел Корион и выдохнул, когда лорд все-таки соизволил удалиться.
За прошедшие годы дед не изменился ни на йоту. Всё такой же надменный, скользкий и смертельно ядовитый, словно медянка. При одном взгляде на эту вытянутую в идеальной осанке фигуру у Кориона засосало под ложечкой. Да, он все еще боялся. До икоты, до заикания смертельно боялся.
Однако сегодня страх наконец-то отпустил его горло. Облегчение ударило в голову, опьянив не хуже шампанского. Корион медленно перевел взгляд на друзей и опустился на стул рядом с Вадимом.
– Что хотел этот засранец, я спрашивать не буду. Так этого мальчика ты хотел показать нам? Вадим Волхов, правильно? Ты в порядке?
Эрида заклинанием сотворила еще один стул и опустилась на него, не по-женски положив лодыжку на колено. Легкая ткань коричневых брюк задралась, обнажив изящную, перевитую ремешками босоножки белую ступню. Корион против воли сглотнул и перевел взгляд на красивое лицо. Короткое каре шло Эриде чрезвычайно, давая рассмотреть изящную шею и подчеркивая точеный подбородок. Дерзкая, смелая, независимая - она одним своим видом бросала вызов всем женщинам эльтов, которые еще со времен войны кричали о возмутительном поведении леди Шейк и её ужасном вкусе. Эльтки не обрезали волосы, не носили мужской одежды, не пререкались, не бились рядом с мужчинами плечом к плечу, но парадоксальным образом Эрида была в тысячу раз привлекательнее всех их вместе взятых. Словно непокоренный Эверест на фоне невысоких гор.
Вадим молча кивнул на все её вопросы, абсолютно не впечатлившись кошачьей грацией женщины. Лишь сверкнули любопытные глаза. Эрида, здоровяк Артур, изуродованный Ирвин – внимания всем досталось поровну. На уродливые келоидные рубцы он смотрел точно так же равнодушно, как и на женскую красоту, разве что проскользнуло чуть больше интереса, безжалостного и профессионального. Ирвину, который привык к отвращению и жалости в детских глазах, это явно понравилось, хоть и озадачило.
Корион взмахнул рукой, наложив дополнительные чары от подслушивания.