Второгодник
Шрифт:
Какое-то время все тормозилось отсутствием приказа по Кингисеппскому РОНО о назначении наших директоров, но два дня назад Нонну вызвали в город, и оттуда она вернулась с приказом на всех наших директоров и учителей. Так что путь открыт, и все в наших руках.
Завтра директора и учителя выезжают на места для приема должностей, знакомства с ситуацией и составления планов. Вместе с ними едут наши коммерсанты: Виктор Сергеевич, Елена Петровна, Петрович, Александр Сергеевич, Сергей Александрович и Семен Ефимович. Они будут метаться кабанчиками между селами и выяснять перспективы хозяйственной деятельности, а кроме этого, намечать планы строительства общежитий, спортзалов, детских центров, домов для жилья педагогов.
Тема тиражирования школ обсуждалась давно и подробно, но входила в головы довольно трудно,
Когда директора примут должности, мы проведем "высадку десанта". Школьников, родителей, наших артистов, — всех задействуем в этой войсковой операции, но сделаем наше мероприятие ярким, шумным, памятным, с гулянкой, демонстрацией организованности и дисциплины. Одним словом — красивым! После того, как удастся вывести из равновесия все село, планируем оставить в каждой школе по десять наших ребят и педагогов новых предметов.
Вот так выглядели планы, если излагать их стенографически. Все понимали грандиозность задуманного, легонько мандражировали, но при этом были абсолютно уверены в том, что справятся.
Вчера, когда мы с Нонной сидели после работы на лавочке, она вдруг с каким-то странным придыханием сказала:
— Боже, что мы творим!? Игорь, ты понимаешь, что мы собираемся поставить на уши огромное число людей, которые нас об этом не просили?
— Ты думаешь, этого нельзя делать? Они сами должны нас призвать, как славяне Рюрика!
— Не знаю. Честно, не знаю. Уверена, что они сгниют, но не позовут. Просто потому, что не знают, что можно позвать, не знают, зачем это делать, не знают, в чем корень их проблем и как с ними бороться. Будут чахнуть, как чахли их отцы и деды. Наиболее активные сбегут в город, но и там они особо никому не нужны. Но ведь насильно мил не будешь!
— Помнишь, с чего начинался наш коллектив? С насаждения дисциплины. Слышишь, с насаждения, причем дисциплины. Не с раздачи конфет. А по-другому коллективы не формируются. А сейчас спроси: надо ли было?
— Да, прав ты, я сама все это прошла, все знаю, все понимаю, но руки трясутся.
— Как у артиста перед выходом на сцену? — улыбнулся я и прислонил голову к ее плечу, потому что меня вдруг затопила волна нежности к этой женщине, другу и соратнику.
— Игорь, а ты можешь спеть мне песню, чтобы проняло и успокоило?
— Не знаю, удастся ли, но попробую. Пойдем в клуб.
"Эскадрон моих мыслей шальных, Ни решеток ему, ни преград… Удержать не могу я лихих скакунов, Пусть летят, пусть летят. Мои мысли, мои скакуны, Вас пришпоривать нету нужды, Вы аллюром несетесь и Не признаете узды. Мои мысли, мои скакуны, Словно искры, зажгут эту ночь, Обгоняя безумие ветров хмельных…"— Точно в яблочко! Мысли — скакуны, их пришпоривать нету нужды, — Нонна улыбалась. Не думаю, что дрожь в ее коленках ушла далеко, но появились силы скрывать свои страхи от других. Выглядела она бодро.
— Спасибо, Игорь.
Из щелей повылазили наши "Виражата" и с протянутой рукой начали выклянчивать ноты и слова. Черти попрошаистые! Пришлось выдать из своих закромов.
Завтра, в последний день
Актовый зал набит под самую завязку. Особенно много школьников, отъезжающих и просто любопытных. Секретов от ребят мы не делаем уже давно, потому что стоит признать большим вопросом, кто из нас больше учитель, а кто — ученик. Мы с Нонной многократно фиксировали ситуации, когда дети учили нас делать дела, выстраивать отношения, анализировать события, строить планы. Таким образом, и для меня, и для Нонны этот вопрос остается открытым и дискуссионным. А пока мы решили выложить все карты на стол и играть в открытую и честно. Невозможно воспитывать детей аморальными, диктаторскими, не честными методами, с грязными целями, без любви и заботы о них. Это справедливо даже тогда, когда требуется достать ремень и нахлопать по заднице нерадивое чадо.
— Товарищи, слово предоставляется директору школы Карасевой Нонне Николаевне, — начала собрание Елена Петровна.
— Друзья, вы начинаете новую жизнь. Я хочу пожелать вам удачи на этом очень трудном, но таком счастливом пути! Сегодня открою вам тайну, которую я постигла буквально недавно. Тайной она является для многих педагогов, думаю, даже для большинства. Очень хочется, чтобы вы не только послушали мои слова, но и услышали их. Так вот, я говорю вам, что вы…не педагоги, вы… Полководцы! И вы будете не обучать и воспитывать детей, а поведете их на битву. Все эти индивидуальные подходы, гармоничные личности, душещипательные наставительные беседы, короче, все, что написано в сотнях тысяч книжек и диссертаций, педагогикой не является. Это не педагогика, а фантазии на тему педагогики, сочиненные авторами из соображений получить звания, заработать денег, добиться популярности; они не имеют никакого отношения к детям, родителям, учителям, к школе. Эти книжки из Зазеркалья. Пожалуйста, не читайте их, они сбивают вас с пути реального воспитания. Читайте Макаренко, Сухомлинского, Шацкого, Песталоцци, там вы найдете ответы на все ваши вопросы. Вы полководцы, а школьники — ваши солдаты, а битва, которая начнется на второй же день после приезда на место, это битва с серостью, унылостью и беспросветностью жизни, которая вас там встретит. А еще вы строители и мечтатели, вы будете строить новую жизнь, но сначала вместе с ребятами ее нафантазируете. Они такие выдумщики, вы просто поразитесь. Так вот настоящая педагогика — это реализация детских мечтаний, а, чтобы сделать их реальностью, вам придется ввести твердую дисциплину и даже наказания, сформировать традиции, создать четкое управление; словом, сделать то, что вы увидели здесь, у нас. Запомните и не перепутайте местами: сначала детские мечты, а потом дисциплина для их воплощения, не наоборот. Педагогика должна быть такой, чтобы никакой педагог, даже в лупу не смог ее найти в вашей школе. Педагогика — это битва за светлую, счастливую жизнь. А дети… дети сами собой воспитаются, в процессе, так сказать. Удачи вам и помните: мы всегда рядом и рады вам помочь. Помочь создавать себе проблемы! Без них нет жизни, нет педагогики. Еще раз удачи вам!!!
Нонна Николаевна села, и тут же вскочил Игорь Петрович Иванов, сверкая глазами, как автомобиль дальним светом в темную ночь:
— Можно мне, я тоже хочу сказать пару слов! Вы можете себе представить, что вот эта женщина была моей ученицей и я ей ставил двойки? Можете? А мне никак, потому что теперь уже я чувствую себя ее учеником, и вы не представляете, какое это счастье.
Знаете, я как раз из тех педагогов, которые пишут книжки и принимают диссертации. Мне всегда казалось, что занимаюсь нужным делом, а тут встает моя ученица и говорит: "Глупости все это. Не читайте эти книжки, они будут отвлекать вас от педагогики, да и не педагогика это, а фантазии." Каково? Так вот самое удивительное — она права! Это заявляю вам я, доктор педагогических наук, профессор педагогического института Иванов Игорь Петрович. За четыре месяца здесь я научился большему, чем за предыдущую педагогическую жизнь. Тех слов, которые так легко произносит Нонночка, всего полгода назад я вообще не знал. Поразительно! Вы просто не представляете, как вам повезло с учителем, поэтому уверен, что у вас все получится. К тому же вы не расстаетесь, а становитесь соратниками. Удачи вам!