Второе дно
Шрифт:
— Знакомься, — хрипловато откликнулась я, бессильно прислонившись к гладкому черному стволу, — Прародительница рощи собственной персоной. Первое мангровое дерево, которое выросло на здешнем побережье.
На ладони, совсем недавно рассеченной дыхательным корнем, не осталось ни капли крови. Крокодилий череп постепенно погружался все глубже, пока не исчез совсем. Прародительница умиротворенно и сыто шелестела листьями, и сквозь ее крону просвечивали далекие звезды. В воцарившуюся жутковатую идиллию как нельзя лучше вписалось испуганное хныканье Терренса, который, кажется, только сейчас начал осознавать,
Принц оторвал нечитаемый взгляд от черных корней Прародительницы и опустил глаза на мальчика — с характерной неловкостью мужчины, которому никогда не приходилось нянчиться с детьми — и я с ужасом поняла, что рановато собралась вздыхать с облегчением.
А сил и так ни на что не осталось…
Принц, по счастью, понимал, что остался в меньшинстве, и ничего не пытался предпринимать. Но что-то в его облике говорило о том, что сдаваться на милость победителя Его Высочество уж точно не собирался, и я обреченно вздохнула:
— Юный Терренс, вытри сопли. Ты вел себя очень храбро, и сейчас не время отступать от этой линии поведения.
Мальчишка надулся не то от гордости, не то от обиды, но покорно намотал сопли на кулак — хотя подергиваться от всхлипов так и не прекратил.
— Нам нужна твоя помощь, — сказала я Терренсу, старательно игнорируя Тао, с чрезвычайно скептическим видом заломившего бровь, и принца, которого и вовсе слегка перекосило. — Твоя мама сейчас в моем домике, с мисс Вонграт, мистером Кантуэллом и еще несколькими господами. Нужно передать им, что половина дела сделана, и мы вернемся, как только решим оставшиеся вопросы. Мистер Лат отнесет тебя к тропинке, по которой ходят почтальоны со срочными телеграммами, знаешь ее?
— Я тебя не оставлю, — напряженно возразил Тао.
— Нас не оставишь? — намекнула я, скользнув пальцами по гладкой черной коре Прародительницы. — Отнеси ребенка. Ему здесь нечего делать.
Тао покосился на старое дерево за моей спиной и заметно побледнел, но не сдвинулся с места.
— Брось, Тао, — вдруг усмехнулся принц. — Мальчишке на сегодня достаточно переживаний. Не нужно ему видеть, что будет дальше.
— Это что, должно было убедить меня оставить вас двоих? — скептически уточнил он.2041a3
Его Высочество задумчиво склонил голову к плечу и скрестил в щиколотках босые ноги, измазанные в темной грязи.
— А что ты намерен делать, если один из нас решит убить другого? — поинтересовался он. Тао вздрогнул, но промолчал — должно быть, этот вопрос занимал его и так. — Дама благородно берет моральную сторону вопроса на себя. Когда ты вернешься, все уже закончится…
— Так, — резко произнесла я, оборвав его тираду. — Если ты опасаешься, что я натравлю на тебя всех древних существ, что есть в этой роще, едва Тао скроется за поворотом, то можешь не тратить воздух понапрасну. Во-первых, заинтересованных в моральной стороне вопроса несколько больше, чем… — я осеклась и обернулась через левое плечо, впервые осознав, что давно уже не чувствую холодка призрачного прикосновения на коже, и похолодела безо всяких мистических явлений. — Мне срочно нужно зеркало!
Судя
— Его Величество?..
Я нервно кивнула, прикусив губу. Зеркало, зеркало… где вообще взять отражающую поверхность в мангровой роще посреди ночи?!
Спохватившись, я скомкала ткань блузки на левом плече, пачкая ее кровью из рассеченной ладони, но так и не ощутила привычного холода. Старый король, который ни разу еще не упускал возможности подпитаться, чтобы продержаться в живых как можно дольше, не откликался, словно его и не было.
А значит, на изогнутом ходульном корне рядом с Терренсом сидел, босой и взъерошенный, король молодой, и его смерть — даже в результате несчастного случая — привела бы к беспорядкам в Вайтоне и резкому охлаждению отношений с Фурминтом. Его Высочество должен был вернуться в столицу немедленно.
Тао не задал мне ни единого вопроса. Ему хватило одного только выражения моего лица, чтобы скорбно опустить взгляд, но меня саму, признаться, волновал отнюдь не положенный траур по покойному королю и даже не перспектива увидеть на троне колдуна.
— Его Величество не мог не предвидеть последствий своей скоропостижной кончины, — севшим голосом констатировала я. — Он…
С принца разом слетела маска язвительной сдержанности. Он подался вперед, едва не сверзившись, и вцепился в корень, чтобы удержать равновесие, — судорожно, до побелевших костяшек.
— Папа?.. — растерянно произнес Ричард Аллистер — и впервые за все время начал выглядеть на свой возраст: просто двадцатидвухлетний парень, натворивший дел, растерянный и раздавленный. — Нет, не может быть, он же был в полном порядке, когда я уезжал из Старого Кастла!
Был. А потом его старший сын, который и без того доставил ему пару неприятных моментов, вдруг растворился в джунглях — и обнаружился два с лишним месяца спустя, в жуткой маске из крокодильего черепа, с похищенным ребенком и бастардом от ньямарангской певички в перспективе, из-за чего болотная ведьма была готова собственноручно развести под принцем костер. И старому королю не оставалось ничего, кроме как тихо уйти, чтобы ни у кого рука не поднялась на его ребенка.
Я стиснула зубы, чтобы не произнести это вслух. Если у Его Высочества осталось хоть что-то человеческое в душе, то до подобных выводов он дойдет сам. Я не была готова обсуждать степень его — и своей — вины. Желающие выпотрошить принца или меня (а то и обоих сразу) всегда найдутся и без моей помощи.
— Что ж, — процедила я, скрестив руки на груди, — думаю, у нас нет другого выбора, кроме как немедленно отправить тебя к свите, Ричард Аллистер.
Принц выдохнул, но тут же недоверчиво изогнул бровь.
— Вот так просто?
— Нет, — не стала разочаровывать его я.
— Вивиан, — как-то напряженно окликнул меня Тао, — ты же не станешь пичкать принца печеньем?
Его Высочество слегка позеленел, выдавая, что слухи о ведьмином угощении доходили даже до морских пещер. Я не отказала себе в удовольствии полюбоваться на его вытянувшуюся физиономию, прежде чем ответить: